Перл снова зарыдала и отвернулась от нас к стене, а потом, сквозь слёзы, добавила:
— Я никогда не буду служить вам! Я не прощу вас! Предатели! Уходите!
Я задумался.
У нас не было времени убеждать душу артефакта в том, что Азурион и Мерисса не такие уж плохие люди и что ей стоило бы их простить.
Она невзлюбила их буквально с первого взгляда.
Попробовать и подчинить артефакт силой, как это делал Арман? Я чувствовал, как Перл вздрагивает и сторонится моей энергии.
Сила смерти пугала её.
Арман сумел подчинить её в прошлом, потому что его дар перекликался с даром Сирен. Они брали начало из одного источника. Из магии воды.
Я не знал, что будет, если воздействовать своей силой. Вдруг я превращу волю в умертвие и просто сломаю артефакт?
Влияние Октавии тоже было непредсказуемым. Слишком сильно отличались наши стихии.
Но ясно было и другое. Сирен Перл тоже признавать не хотела.
Королеву она винила во всех бедах, а наследного принца принимала за его далёкого предка. Она им не верила, и я могу её понять.
Даже в этой ситуации, Сирены вели себя, как на светском приёме, строго и чопорно. Им не хватало искренности.
И это тупик, если только не…
— Октавия, — обратился я к ведьмочке, — уведи отсюда королеву и принца. Не будем раздражать Перл ещё больше.
Она кивнула и, коснувшись их руками, сразу же исчезла из пещеры. И я тоже последовал за ней. Затем, чтобы вернуться через пару секунд с ещё одним представителем королевской семьи.
Нэрис даже не успела понять, что происходит, и теперь удивлённо разглядывала пещеру.
К счастью, после того как мы в первый раз проделали путь до сердца острова, делать это заново мне не было нужно.
— Где мы? — спросила у меня принцесса. — И кто она? — Нэрис, наконец, заметила другую девушку. — Это и есть воля артефакта?
Я кивнул.
— Её зовут Перл.
Перл тоже с любопытством уставилась на девушку.
— Кто ты? — с подозрением спросила она, — ещё одна дрянь из свиты Армана?
Нэрис мгновенно вспыхнула.
— Да как ты можешь так говорить! Я ненавижу Салазаров! Я лучше умру, чем буду служить им!
— Я тоже так думала, — тихо ответила Перл, — пока не поняла, что не могу умереть по своей воле.
— А ты хотела? — смягчившись, спросила Нэрис.
— Всегда. Каждый раз, когда Арман мучил меня… когда заставлял убивать мой народ… но мой отец… даже он не смог предусмотреть всего. Он создал меня такой, что я обязана брать то, что мне дают. Даже если это запихивают в меня силой. Ненавижу! — снова воскликнула она.
— Но почему ты не восстала? Почему не использовала свою силу против Салазаров? — спросила Нэрис.
— Потому что мне нужен проводник, — грустно ответила Перл, — без проводника я не более чем обычная вещь. К тому же моим новым хозяином стал Арман. Он — мерзавец… подонок! Но очень умный. Он хорошо исследовал мою магию и знал, как подчинить меня себе даже без моего желания.
— Но теперь ты можешь ему отомстить, — сказала принцесса, — почему ты не стала помогать… эээ… королеве и принцу?
Перед этим я предупредил Нэрис, что, возможно, ей не стоит прямо говорить Перл о том, что она тоже из королевской семьи, чтобы не провоцировать ту на новый приступ агрессии.
И Нэрис запомнила. Умница.
Потому что воля артефакта действительно вновь вспылила:
— Они оставили меня! Позволили мне оставаться в руках этого чудовища! Почему я должна помогать им в ответ⁈
— Потому что мы — твой народ! — столь же горячо ответила ей принцесса. — Мы всё время пытались тебя вернуть! Все те Сирены, чью боль ты была вынуждена пить, — это воины, которые погибли, пытаясь уничтожить Салазаров!
— Но вы не смогли… — грустно ответила Перл, и уверенность в её голосе пошатнулась.
— Не смогли тогда. Но сейчас ты здесь! И нам, как никогда, нужна твоя помощь!
— Что ты имеешь в виду? — заинтересовалась воля артефакта.
А Нэрис от избытка эмоций вскочила с земли и начала ходить по пещере, размахивая руками и громко объясняя:
— Салазары здесь! Под водой! Там, где мы тебя спрятали! Они хотят вновь отнять тебя у нас! Они уничтожают наших защитников! Потом они придут за всеми нами, и ты будешь вновь и вновь пить нашу боль, пока не умрёт последний представитель рода Сирен!
Перл нахмурилась, но тоже встала.
— Я всё равно не буду подчиняться королеве и принцу. Не буду! — упрямо сказала она.
— И не надо! — отчаянно закричала Нэрис. — Помоги мне! Я сама отправлюсь в бой и сделаю всё, чтобы спасти мой народ! Только помоги! У нас нет времени! Салазары уже убили почти всех защитников! Либо мы сейчас прогоним их, либо вечно будем жить в страхе и постепенно все погибнем!
Перл задумалась, а затем ответила:
— Значит, прямо здесь? Хорошо. Я помогу.
— Скажи, что мне делать⁈ — с надеждой смотрела на неё Нэрис.
В ответ та хитро улыбнулась. Впервые за всю нашу встречу.
— Нет. Это ты скажи мне что делать? Что ты хочешь, чтобы я сделала с Салазарами?
— Я хочу, чтобы они все сгинули! — топнула ногой Нэрис. — Уничтожь их! Прикончи их всех! Уничтожь! Я ненавижу их так же, как и ты!
— Хорошо, — серьёзно кивнула Перл.
Затем она медленно вышла в центр пещеры, подняла руки к её сводам и громко запела.
Оглушительная песня зазвучала над островом, так что всё пространство внутри раковины содрогнулось и начало дрожать, едва не сбивая нас с ног.
Мелодия была столь же красивой, сколько и жуткой.
И вместе с ней ошеломляюще-убойный поток энергии вырвался наружу.
Глава 15
Оставаться внутри артефакта, когда самое интересное произойдёт снаружи? Нет уж.
Я не собирался пропускать такое зрелище.
Да и Нэрис здесь находиться уже не было никаких причин. Так что я взял её за руку, и мы вместе вынырнули в реальность.
— Чувствуешь? — спросил я её сразу, как только мы выбрались. — Ты уже не потеряешь с ней связь.
Она кивнула, а на нас смотрели ошарашенные Королева и Азурион.
Октавия и Ольга тоже были несколько удивлены новым поворотом событий, но не настолько. Боюсь, они уже привыкли к тому, что будущее всегда преподносит нам сюрпризы.
С другой стороны, внутренние проблемы Сирен и волновали их гораздо меньше.
И удивлял их больше не новый статус Нэрис, а оглушительная песня, которая доносилась из Раковины Маринуса.
Да, её было отлично слышно даже здесь. И, скорее всего, во всём городе тоже. Во всяком случае, до моих морских разведчиков звук тоже доносился.
Как мы не оглохли при этом, стоя прямо рядом с ней?
За это стоило поблагодарить Маринуса. Он догадался устроить так, чтобы громкость увеличивалась по принципу воронки. Чем дальше от реликвии, тем мощнее звук.
Однако даже так, пение Перл едва позволяло нам слышать друг друга.
— Не могу поверить, — высказался Азурион, — неужели это ты, Нэрис, уговорила её помочь нам? Или она поёт просто так?
— Конечно нет! — возмущённо отозвалась принцесса. — Салазарам конец! Она их прикончит!
— Ты в этом уверена? — осторожно спросила королева.
— Ну… — замялась Нэрис, — всё должно получиться. Перл сказала, что справится.
Я понимал их сомнения. Никто из них не видел раковину в действии. Да и я не видел, что уж тут скрывать.
Поэтому мне было не менее интересно, что произойдёт дальше.
И я приготовился наблюдать за всем глазами своих разведчиков. А заодно предложил сделать это и Ольге с Октавией. Им тоже было крайне интересно, а для ведьмочки это ещё и хороший повод потренировать новую способность.
* * *
— Вот чёрт! — выругался Бастиан, услышав знакомую мелодию.
Хотя Перл практически никогда не пела для них, в этом просто не было необходимости, но он знал, как это происходит.
Значит, они всё-таки опоздали, и Серены сумели захватить контроль над артефактом.
У наследника Салазаров противно засосало под ложечкой.
