Когда совет подходил к концу, в палату вошёл старший дружинник, охранявший вход в терем.
— Князь, — обратился он к Олегу, — купец Альрик просит аудиенции. Говорит, это срочно и касается хазар.
Олег нахмурился. Он намеренно не пригласил Альрика на сегодняшний совет, желая проверить свои подозрения. В последние дни регент всё чаще задумывался о странной роли, которую играл этот купец в его окружении. Альрик появился словно из ниоткуда, когда подготовка к походу на Киев была в самом разгаре. Его знания, его советы оказались невероятно полезными. Но кто он на самом деле? И кому служит?
Слова сказителя Велеслава, недавно выступавшего перед киевской знатью, заставили Олега задуматься. Он не верил полностью ни одному из странных чужаков — ни синеглазому купцу, ни черноволосому сказителю. Но и пренебрегать их влиянием не мог. Оба словно знали больше, чем говорили, оба, казалось, вели какую-то свою, невидимую для остальных игру.
— Пусть войдёт, — решил Олег после короткой паузы. — Послушаем, что он скажет.
Альрик вошёл в палату с достоинством человека, уверенного в своём праве здесь находиться. Поклонился князю и собравшимся воеводам, но в его поклоне не было подобострастия, лишь вежливое признание статуса собеседников.
— Прости за вторжение, князь, — сказал он, обращаясь к Олегу. — Но новости, которые я принёс, не терпят отлагательства.
— Говори, — кивнул Олег, внимательно наблюдая за реакцией советников. Некоторые из них явно были рады видеть купца, другие хмурились, недовольные его появлением.
— Мои торговые партнёры в землях северян сообщают, что хазарские лазутчики уже проникли в их поселения, — сказал Альрик. — Предлагают золото и оружие в обмен на поддержку или хотя бы нейтралитет в случае вторжения. И многие соглашаются.
По палате пробежал встревоженный шёпот. Если северяне перейдут на сторону хазар, восточная граница молодого государства окажется открытой для врага.
— Откуда такие сведения? — спросил Олег, не скрывая подозрения. — Твои торговые партнёры имеют доступ к тайным переговорам между хазарскими послами и старейшинами северян?
— У купцов свои способы узнавать то, что скрыто от других, — уклончиво ответил Альрик. — Золото развязывает языки, вино ослабляет бдительность, а женщины выведывают секреты у мужчин, хвастающихся своей важностью.
Объяснение было разумным, но Олега не оставляло чувство, что купец знает больше, чем говорит, и что источники его информации не ограничиваются традиционными методами сбора сведений.
— Что ещё? — спросил регент. — Есть подробности о планах кагана, о численности его войска, о сроках возможного нападения?
— Хазары собирают силы не только в Саркеле, — ответил Альрик. — Отряды кочевников стягиваются к северным границам каганата, в степи у реки Донец. Это уже не просто демонстрация силы, а подготовка к серьёзному вторжению.
Олег переглянулся со Свенельдом. Информация купца подтверждала их худшие опасения.
— Когда? — коротко спросил регент.
— Как только растает снег, — ответил Альрик. — Весной, когда степь покроется свежей травой для коней, а реки станут полноводными для ладей. Каган готовит удар и с суши, и с воды.
Олег задумался, постукивая пальцами по столу. Времени оставалось мало — зима в этих краях короче, чем на севере, весна наступает рано. Нужно было действовать быстро, решительно.
— Спасибо за сведения, купец, — сказал он наконец. — Они ценны и своевременны. Но позволь спросить: почему ты помогаешь нам? Какая выгода торговцу из далёких земель от того, кто будет править на берегах Днепра — Олег или каган хазар?
Альрик улыбнулся — странной, словно невесомой улыбкой.
— Я много путешествовал, князь, — сказал он. — Видел разные земли, разные народы, разные правления. И заметил закономерность: там, где правит закон и порядок, где есть сильная, но справедливая власть, там процветает торговля, растут города, развиваются ремёсла и искусства. Там, где царит хаос, где каждое племя, каждый род сам за себя, там торговые пути пустеют, караваны подвергаются нападениям, а люди живут в страхе и нищете.
Он сделал паузу, окидывая взглядом собравшихся.
— То, что ты строишь здесь, Олег, — продолжил он, — это не просто новое княжество, не просто расширение владений Рюрика. Это основа будущей великой державы, которая сможет защитить эти земли от набегов с востока и юга, обеспечить безопасность торговых путей, дать людям возможность жить и работать в мире. Такое государство выгодно всем — и местным жителям, и купцам, приходящим со всех концов земли.
Слова Альрика звучали убедительно, искренне. Олег хотел верить им — они соответствовали его собственному видению будущего. Но что-то в глубине души удерживало его от полного доверия. Слишком гладко говорил купец, слишком точно попадал в то, что хотел услышать регент.
— Что ты предлагаешь? — спросил Олег, решив отложить сомнения. — У тебя наверняка есть мысли о том, как нам действовать.
— Есть, — кивнул Альрик. — И они могут показаться неожиданными. Я предлагаю не ждать нападения хазар и не ограничиваться демонстрацией силы. Я предлагаю опередить их — отправить флот к Саркелу.
В палате воцарилась тишина. План был настолько дерзким, настолько рискованным, что даже самые отважные воеводы затаили дыхание.
— Поход на главную крепость хазар? — недоверчиво переспросил Свенельд. — Это безумие. У нас нет ни сил, ни ресурсов для такого предприятия.
— Я не говорю о полномасштабном нападении, — пояснил Альрик. — Речь о молниеносном рейде небольшого, но сильного отряда. Цель — не захват крепости, а уничтожение судов, готовящихся к походу на север, и демонстрация решимости Киева отвечать ударом на угрозу.
Олег задумался. План был рискованным, но в нём была логика. Хазары не ожидают нападения, особенно с воды, особенно ранней весной, когда северные народы традиционно ещё не начинают военных действий.
— С какими силами ты предлагаешь идти? — спросил регент.
— Тридцать ладей, отборные воины, минимум груза для максимальной скорости, — ответил Альрик. — Удар и отход, никаких попыток закрепиться или вступить в длительное сражение.
— Кто поведёт этот отряд? — спросил Игорь, внезапно вступая в разговор. — Мне кажется, такая миссия требует особых качеств от предводителя — не только храбрости, но и хитрости, умения принимать быстрые решения в меняющейся обстановке.
— Именно, — согласился Альрик. — Поэтому я предлагаю доверить командование тебе, княжич.
В палате снова воцарилась тишина, на этот раз ещё более глубокая. Все взгляды обратились к Олегу, ожидая его реакции на столь смелое предложение. Отправить единственного наследника Рюрика в опаснейший рейд на вражескую территорию?
— Нет, — резко сказал Олег. — Игорь нужен здесь, в Киеве. Если хазары нападут с суши, в то время как наш флот будет у Саркела, кто возглавит оборону? Кто удержит власть в городе, если вести о поражении посеют панику?
— Именно поэтому ты и должен остаться, — возразил Альрик, глядя регенту в глаза. — Твой опыт, твой авторитет необходимы здесь. А Игорь… ему нужна возможность проявить себя как полководцу, заслужить уважение дружины не как сыну Рюрика, а как воину, способному вести людей в бой и приводить их к победе.
Олег заметил, как загорелись глаза Игоря. Молодой князь явно загорелся идеей самостоятельного командования, возможностью доказать свою состоятельность как правителя.
— Я справлюсь, — сказал Игорь, выпрямляясь. — Дай мне лучших воинов, и я покажу хазарам, что значит гнев Киева.
Олег смотрел на названного сына с смесью гордости и тревоги. Игорь вырос, повзрослел, стал настоящим воином. Но был ли он готов к такой ответственности? К командованию операцией, от которой могла зависеть судьба всего государства?
— Обсудим это позже, наедине, — сказал Олег, не желая принимать столь важное решение на публике. — А сейчас вернёмся к общему плану действий против хазар.
Совет продолжился, но Олег чувствовал, что появление Альрика и его неожиданное предложение изменили настроение собравшихся. Воеводы разделились на тех, кто поддерживал идею упреждающего удара, и тех, кто считал её слишком рискованной. Игорь больше не скрывал своего желания возглавить экспедицию, активно участвуя в обсуждении деталей возможного похода.
