Он запнулся, явно не решаясь продолжать.
— Но что? — требовательно спросила Ольга. — Говори, Асмунд. Что случилось с князем?
— Мы были в одном дне пути от поселения, где могли получить помощь, — воевода говорил тихо, словно опасаясь, что его услышат чужие уши. — Ночью на нас напали. Не люди — порождения тьмы. Чёрные тени с горящими глазами, быстрые как ветер, сильные как медведи. Они проходили сквозь стальные клинки как дым, но их когти раздирали плоть.
По рядам дружинников пробежал испуганный шёпот. Даже бывалые воины крестились и делали знаки против зла.
— Мы сражались, но их было слишком много, — продолжал Асмунд. — Половина наших пала в той схватке. Князь бился храбрее всех, но и его в конце концов одолели. Я видел, как тени окружили его, а потом… унесли. Живого или мёртвого — не знаю.
— Унесли? — недоверчиво переспросила Ярослава. — Куда?
— На север, в леса за холмами, — Асмунд указал направление. — Свенельд, несмотря на рану, немедленно организовал погоню. Лучшие из оставшихся воинов отправились с ним. Нас, раненых, он отправил к реке, чтобы найти путь в Киев и привести подкрепление.
Ольга стояла неподвижно, переваривая услышанное. Чёрные тени, похищение вместо убийства, разделение отряда… всё это звучало странно. Слишком странно.
— Когда это произошло? — спросила она.
— Три дня назад, — ответил Асмунд.
— А когда тиверцы отправили гонца в Киев?
Воевода нахмурился:
— Тиверцы? Какого гонца? Мы не встречали тиверцев и не посылали вестей в Киев. Просто не было возможности.
Ольга и Ярослава обменялись встревоженными взглядами. Значит, старуха была права: гонец действительно оказался ловушкой.
— А что случилось с купцом, который был с вами? — спросила Ольга. — С Альриком?
При этом имени лицо Асмунда странно дёрнулось.
— Альрик… — протянул он. — Да, странный человек. Он… отделился от нас раньше. Сказал, что должен встретиться с кем-то, и ушёл на восток, в сторону Тмутаракани. Обещал вернуться в Киев позже.
— Перед нападением теней?
— Да, за день или около того.
Ольга задумалась. Если верить Асмунду, картина складывалась такая: Игоря похитили тёмные создания, Свенельд отправился в погоню, а Виктор таинственным образом исчез перед этим. Слишком много совпадений.
— Куда именно повёл дружину Свенельд? — спросила она. — У тебя есть точное место?
— Не слишком точное, — признался Асмунд. — Но я знаю человека, который может привести вас туда. Один из наших разведчиков, он вернулся вчера на поиски припасов. Видел издалека лагерь Свенельда у подножия Чёрных холмов.
Он повернулся и крикнул:
— Всеслав! Подойди сюда!
К ним подошёл молодой воин — тот самый Всеслав, который прибыл в Киев с первыми вестями о крушении флота. Ольга сразу узнала его, но, странно, он смотрел на неё как на незнакомку.
— Княгиня, — поклонился юноша. — Рад видеть тебя в добром здравии.
— Мы встречались в Киеве, — сказала Ольга, внимательно наблюдая за его реакцией. — Ты принёс первую весть о судьбе флота.
Всеслав недоуменно нахмурился:
— Прости, княгиня, но я не был в Киеве с момента отплытия. Всё это время я находился при князе, а потом при воеводе Свенельде.
Ольга и Ярослава обменялись многозначительными взглядами. Либо этот Всеслав лгал, либо тот, кто приходил в Киев, был самозванцем… или чем-то худшим.
— Неважно, — сказала Ольга после паузы. — Ты можешь отвести нас к лагерю Свенельда?
— Могу, — кивнул юноша. — Но путь неблизкий и опасный. Земли за Чёрными холмами недобрые. Даже днём там царит сумрак, а ночью… говорят, ночью там ходят мертвецы.
— Мы выступаем немедленно, — решительно заявила Ольга. — Асмунд, ты и твои люди пойдёте с нами или останетесь здесь?
Воевода выпрямился:
— С тобой, княгиня. Мой меч принадлежит роду Рюрика, и если есть хоть малейший шанс спасти князя, я должен быть там.
Ольга кивнула, оценив его преданность:
— Хорошо. Собирайтесь быстро. До заката ещё далеко, мы можем покрыть значительное расстояние.
Пока дружинники готовились к выходу, Ярослава отвела Ольгу в сторону:
— Ты ему веришь? — тихо спросила она. — Асмунду?
— Не знаю, — честно ответила Ольга. — Что-то в его рассказе не складывается. Если похитители хотели убить Игоря, почему не сделали это сразу? Зачем уносить его? И почему Свенельд разделил отряд, отправив раненых отдельно, вместо того чтобы держаться вместе?
— И Всеслав, — добавила Ярослава. — Он ведь точно был в Киеве. Я сама говорила с ним.
— Либо это не тот Всеслав, либо он лжёт, либо… его память изменена, — задумчиво произнесла Ольга. — Виктор говорил, что его враг может влиять на разум людей.
— Что будем делать?
Ольга достала бронзовый диск. Сегодня он был особенно тёплым, почти горячим на ощупь. И пульсировал, словно бьющееся сердце.
— Пойдём за ними, — сказала она. — Но будем настороже. Возможно, нас ведут в ту же ловушку, но другим путём. Однако выбора нет — если есть хоть малейший шанс найти Игоря, я должна его использовать.
Ярослава кивнула, соглашаясь с решением княгини. Опасность была очевидна, но и оставаться на месте в неведении было бы мучительно.
* * *
К концу дня объединённый отряд — дружинники Ольги и уцелевшие воины Асмунда — преодолел значительное расстояние. Местность становилась всё более дикой и пустынной. Лес сменился холмистой равниной, поросшей жёсткой травой и низким кустарником. Вдалеке виднелась тёмная гряда — те самые Чёрные холмы, о которых говорил Всеслав.
На ночь остановились у подножия первого из холмов, в небольшой ложбине, защищённой от ветра. Воины расположились двумя лагерями — дружинники Ольги держались несколько обособленно от людей Асмунда. Это не было проявлением недоверия — просто естественное разделение между теми, кто привык действовать вместе.
Ольга сидела у костра, задумчиво глядя на пламя. За весь день путешествия она не проронила ни слова о своих подозрениях. Асмунд держался почтительно, отвечал на вопросы обстоятельно, и всё же… что-то неуловимое в его манерах, в его взгляде заставляло её настораживаться.
Небо затянуло тучами, поднялся холодный ветер. Дружинники поплотнее завернулись в плащи, готовясь к неуютной ночи. Ярослава подсела к Ольге, протягивая ей чашу с горячим отваром.
— Пей, — сказала она. — Это придаст сил. Травы из моих запасов, не волнуйся.
Ольга благодарно приняла питьё. Ароматный напиток согрел изнутри, немного прояснив мысли.
— Завтра будем у Чёрных холмов, — тихо сказала Ярослава. — Говорят, это древнее место, ещё скифы считали его проклятым. Там стоят каменные идолы, старше чем любое известное племя.
— Сейчас меня волнуют не древние идолы, а живые люди, — отозвалась Ольга. — Если Игорь действительно там, в плену… Что они могут с ним сделать?
— Не думай об этом, — Ярослава положила руку ей на плечо. — Ты должна сохранять ясный ум. Ради него, ради ребёнка, ради всех нас.
Ольга кивнула, но тревога не покидала её. Она снова почувствовала лёгкое шевеление под сердцем — ребёнок, словно отзываясь на её беспокойство, давал знать о себе.
— Что бы ни случилось завтра, — сказала она, накрывая живот ладонью, — я защищу тебя. Клянусь.
Ночью ей снова приснился сон — яркий, отчётливый. Она стояла на вершине холма, окружённая каменными столбами, покрытыми странными знаками. В центре круга лежал человек, привязанный к каменному алтарю. Игорь. Его грудь была обнажена, и на ней чёрной краской начертаны те же символы, что и на бронзовом диске.
Вокруг алтаря двигалась высокая фигура в тёмных одеждах, напевая на незнакомом языке. Голос, глубокий и мелодичный, казался смутно знакомым. Фигура повернулась, и Ольга увидела лицо — молодое, красивое, с глазами цвета расплавленного золота. Глаза встретились с её взглядом, и губы тронула лёгкая улыбка:
— Ты пришла, — сказал незнакомец. — Я ждал тебя.
— Кто ты? — спросила Ольга.
