— У меня много имён, — ответил он. — Но ты можешь звать меня Велеслав. А теперь подойди ближе. Мне нужно то, что ты принесла.
Ольга почувствовала, как бронзовый диск на её поясе нагревается, становится почти невыносимо горячим. Она инстинктивно прикоснулась к нему, и золотоглазый человек улыбнулся шире:
— Да, именно это. Часть целого. То, что соединит нас и освободит меня. Принеси его сюда, положи на грудь своего мужа, и я отпущу его. Простая сделка, разве нет?
Ольга хотела ответить, но вдруг заметила, что по краям каменного круга стоят люди — дружинники Асмунда, Всеслав, и сам воевода. Все с застывшими лицами, с пустыми глазами, похожие на восковые фигуры.
— Не бойся, — сказал Велеслав, заметив её взгляд. — Они просто ждут. Ждут своего нового повелителя. Как и ты… как и весь мир будет ждать, когда я верну свою истинную силу.
Ольга отступила назад, инстинктивно защищая руками живот:
— Я не отдам тебе диск.
Лицо Велеслава исказилось, красота сменилась хищным оскалом:
— Тогда твой муж умрёт. Медленно, мучительно. И ты будешь наблюдать за каждым мгновением его агонии.
Он поднял руку, и в ней появился изогнутый ритуальный нож с лезвием тёмного металла.
— Последний шанс, — сказал Велеслав, поднося нож к горлу Игоря. — Диск или его жизнь. Выбирай.
Ольга проснулась с криком, резко сев на своей подстилке. Вокруг была ночь, тихие звуки спящего лагеря. Никаких каменных столбов, никакого алтаря. Но ужас сна не отпускал её, сердце колотилось как бешеное.
— Что случилось? — Ярослава моментально проснулась, тревожно глядя на подругу.
— Сон, — выдохнула Ольга. — Слишком реальный. Я видела его — Велеслава. Видела Игоря, привязанного к алтарю. Это было… впереди. Там, куда мы идём.
Ярослава обеспокоенно осмотрелась:
— Говори тише. Нас могут услышать.
— Асмунд ведёт нас в ловушку, — прошептала Ольга. — Он и его люди… они под контролем Велеслава. Как куклы на верёвочках.
— Ты уверена? — так же тихо спросила Ярослава. — Это мог быть просто кошмар, порождённый страхом и усталостью.
Ольга покачала головой:
— Нет. Это было больше, чем сон. Диск… он показывает мне вещи. Предупреждает. — Она прикоснулась к сумке на поясе, где лежал артефакт. — И сейчас он почти кричит об опасности.
Ярослава помолчала, обдумывая услышанное.
— Что будем делать? — спросила она наконец. — Бежать обратно? Или продолжим путь, но будем готовы к ловушке?
Ольга смотрела в темноту, туда, где чернели силуэты холмов. Где-то там был Игорь — живой или мёртвый, но она должна была узнать наверняка.
— Продолжим, — решительно сказала она. — Но по-своему. Нужно опередить Асмунда, прийти к месту первыми. Если ловушка неизбежна, пусть хотя бы условия будут нашими.
Они тихо разбудили Добрыню и ещё нескольких самых надёжных дружинников. Объяснили ситуацию, не вдаваясь в подробности о сне и артефакте — просто сказали, что есть причины опасаться предательства со стороны воинов Асмунда.
— План такой, — шёпотом объяснила Ольга. — Мы уходим сейчас, до рассвета. Небольшой отряд — я, Ярослава, Добрыня и ещё четверо. Остальные остаются здесь, делают вид, что всё как обычно. Когда Асмунд поймёт, что я исчезла, они должны задержать его как можно дольше.
— Но мы не знаем дороги, — возразил один из воинов. — Как мы найдём путь без проводника?
Ольга коснулась сумки с диском:
— У меня есть способ. Поверьте, я найду Игоря.
Дружинники переглянулись. Они не до конца понимали, о чём говорит княгиня, но их преданность была абсолютной.
— Да будет так, — кивнул Добрыня. — Мы с тобой, княгиня, до конца.
Они собрались быстро и бесшумно, взяв только самое необходимое. Лошадей оставили — в холмах они были бы скорее помехой, чем подмогой, да и шума от них не избежать. Перед уходом Ольга оставила чёткие инструкции оставшимся дружинникам: задержать Асмунда любыми способами, но избегать прямого столкновения, если возможно.
Они выскользнули из лагеря как тени, двигаясь на северо-восток — туда, где по словам Всеслава, находились Чёрные холмы. Ночь была безлунной, но звёзды давали достаточно света, чтобы различать дорогу.
Ольга шла впереди, держа в руке бронзовый диск. Странно, но она действительно чувствовала, как он подсказывает направление — то нагреваясь, то остывая в зависимости от того, верно ли они двигались. Это было похоже на игру в «горячо-холодно», только ставкой была жизнь её мужа и нерождённого ребёнка.
К рассвету они преодолели значительное расстояние, углубившись в холмы. Местность становилась всё более мрачной — чахлая растительность, тёмные скалы, странные каменные образования, похожие на грубые статуи или алтари. Иногда попадались настоящие идолы — выветренные, древние, но пугающе выразительные даже в своём разрушении.
— Нехорошее место, — пробормотал Добрыня, озираясь по сторонам. — Старше наших богов. Старше любых богов, о которых я слышал.
— Именно поэтому оно подходит для ритуалов, — тихо сказала Ярослава. — Древняя сила, дремлющая в камнях. Сила, которую можно пробудить, если знать как.
— И Велеслав знает, — добавила Ольга мрачно.
Они поднялись на вершину очередного холма, и вид, открывшийся перед ними, заставил всех застыть в изумлении. В широкой долине между холмами раскинулся каменный круг — точно такой, как во сне Ольги. Массивные менгиры, высотой в два человеческих роста, образовывали правильный круг диаметром около пятидесяти шагов. В центре находился плоский камень, похожий на алтарь.
— Это здесь, — прошептала Ольга, чувствуя, как диск в её руке пульсирует всё сильнее. — Место из моего сна.
Они осторожно спустились в долину, приближаясь к каменному кругу. Вблизи менгиры выглядели ещё более внушительно — тёмный камень с прожилками красного, покрытый странными символами, похожими на те, что были на бронзовом диске.
— Смотрите, — Добрыня указал на центр круга. — Там что-то есть.
На алтарном камне действительно что-то лежало — тёмная фигура, неподвижная, словно мёртвая. Ольга рванулась вперёд, но Ярослава удержала её за руку:
— Осторожно, — предупредила она. — Это может быть ловушка.
— Или это может быть Игорь, — возразила Ольга, вырываясь. — Я должна проверить!
Она бросилась к центру круга, преодолевая странное сопротивление воздуха. Казалось, само пространство между менгирами было гуще, плотнее обычного. Наконец она достигла алтаря и замерла, глядя на распростёртую на нём фигуру.
Это был не Игорь. На каменной плите лежал мёртвый олень — молодой самец с небольшими рогами. Его горло было перерезано, тёмная кровь залила камень, впитавшись в пористую поверхность. По телу животного были начертаны странные символы — те самые, что Ольга видела на груди Игоря в своём сне.
— Жертвоприношение, — сказала подошедшая Ярослава. — Недавнее. Кровь ещё не совсем высохла.
— Подготовка, — кивнула Ольга. — Он готовит место для настоящего ритуала. Для Игоря.
Она осмотрелась. Каменный круг был пуст, но она чувствовала… присутствие. Словно сами камни наблюдали за ними, оценивали, решали их судьбу.
— Нужно найти Игоря, — сказала она решительно. — Он должен быть где-то поблизости. Диск… — она посмотрела на артефакт, который теперь пульсировал так сильно, что она едва могла удержать его в руке, — Диск чувствует его присутствие. Он близко.
Они разделились, обыскивая окрестности каменного круга. Солнце поднималось всё выше, но здесь, в долине между высокими холмами, свет казался тусклым, приглушённым. Тени лежали длинные и глубокие, словно чернильные пятна на серой земле.
Ольга обходила менгиры один за другим, ведомая странными импульсами бронзового диска. У одного из камней, особенно крупного, с вырезанным на нём трёхликим символом, артефакт вдруг стал невыносимо горячим. Она едва не выронила его от неожиданности.
— Здесь, — пробормотала Ольга, ощупывая поверхность камня. — Должно быть что-то…
Она обошла менгир и обнаружила на обратной стороне небольшое углубление, похожее на дверную ручку. Когда она потянула за него, раздался скрежет, и часть земли рядом с камнем сдвинулась, открывая узкий ход вниз, в темноту.
