Когда жидкость в бутылке приобрела буроватый оттенок, я быстро вынул шланг и добавил еще часть спирта, примерно столько же, сколько лил изначально. Снова установил шланг. И стал следить, как на дне зеленой бутылки от ягера появляются первые капли конденсата.
Воздух, вытесняемый эфиром, выходил через узкое отверстие с тихим шелестом. Когда шелест становился совсем неразличим, я чуть подогревал смесь. Тут главное не перегреть. Уйдем выше 150 градусов и получим совсем не то, что нужно.
Я помахал рукой, подгоняя к носу поток воздуха из бутылки. Почувствовал легкий сладковатый аромат. Отлично! Всё шло, как надо. Вдыхать эфир в большом количестве не стоило. Я не собирался отрубаться.
Когда в прозрачной бутылке осталось примерно половина объема жидкости, а на дне зеленой скопилось достаточно эфира, я погасил зажигалку и разобрал лабораторную установку.
В итоге я получил примерно пятнадцать миллилитров эфира – отлично воспламеняющейся жидкости. Летучей, огнеопасной, а при необходимости и неплохо вырубающей сознание. Когда‑то его применяли для общего наркоза, но из‑за высокого риска воспламенения и взрыва прекратили. К тому же, вещество очень чувствительно к концентрациям, и времени ингаляции, а в качестве побочки рвота, галлюцинации и жесткий отходняк. Но сейчас мне эта чудо жидкость может понадобится. Конечно, можно справиться и без нее, но стоило использовать все возможности. Кто знает, как пойдет дело. По той же причине (на всякий пожарный) я заряжал батарею белой кнопки, выставив ее на солнце. То, что зарядка использует именно солнечную энергию было не точно, но источник реально быстрее заряжался днем, чем ночью.
Осталось провести испытания полученной мной жидкости.
Бутылка ягера приятно холодила ладони. Это было хорошо. Эфир в жару не устойчив. Я планировал вылить имеющуюся жидкость на землю, отойти подальше и поджечь какую‑нибудь тряпку или палку. А затем кинуть её в место разлива. По идее, должно неплохо пыхнуть.
Оставалось лишь найти, что может послужить фитилём.
Как назло, вокруг ничего не было.
Я вспомнил, что в каюте капитана я уже отрывал край от простыни, чтобы перевязать картины. Пускать на лоскуты что‑то еще – слишком расточительно. Я припрятал бутылку с эфиром в тень под палубой, тащить взрывоопасную и сильно летучую жидкость в помещение не хотелось.
Обернулся я быстро. Рваная простыня валялась на полу. Я оторвал полоску, а заодно прихватил один из арбалетных болтов. Намотал полоску на него. Достал из кармана початую фляжку спирта, пропитал импровизированный факел небольшим количеством, пока шел к выходу. Не тратить же время впустую. Резкий дух этанола мгновенно разлился вокруг. Я сморщился. Не люблю запах чистого спирта.
Спрыгнул на землю. Протянул руку под палубу, где оставлял бутылку и… нащупал лишь пустоту.
Бутылки с эфиром на месте не было.
Глава 7
Идем в поход
Не скажу, что я запаниковал, но действовал очень быстро. Кто мог взять бутылку? Меня не было пару минут! Главное, чтобы не Таха!
Не знаю почему, но я вдруг представил, как девочка, играя с медоедом нашла эту чёртову бутылку и решила узнать, что в ней такое. Черт!
Я бросился бежать. Обогнул нос корабля слева. Таха возилась с Теке метрах в ста от меня. Не могла она так быстро найти мою заначку убежать. Да и зеленой бутылки в её руках я не видел.
Отвернувшись, я побежал дальше. И едва не запнулся об катающегося по земле и хрипящего Макса. Бутылка валялась рядом с ним.
– Какого чёрта⁈ Что происходит?
Макс хватался за горло, кашлял, его трясло и слышались рвотные позывы. Он пытался встать, но тут же валился на землю, как в хламину пьяный человек. Наконец его вырвало. Он попытался схватить камень. Не знаю зачем. Может хотел разбить бутылку, вызвавшую в нем такие симптомы. А нефиг брать, что не твоё!
На всякий случай, я взял бутылку, подобрал валяющийся рядом колпачок и закрыл ее. На дне осталось еще довольно много эфира. Вряд ли он его выпил, скорее сильно втянул носом, решив понюхать, что внутри. Не зря химиков учат правильно проверять запах незнакомого вещества.
Макс уже немного пришел в себя. По крайней мере он не ползал на карачках и не задыхался, как готовый откинуть кони алкаш.
– Что это? – едва различимо прохрипел он.
– А ты что ожидал там найти?
Я не мог отделаться от мысли, что он видел, чем я занимаюсь и решил проверить, что у меня получилось. Вот только зачем? У меня и так были подозрения о его намерениях, но сейчас…
– Думал там ягер… со вчера… остался. Хотел… допить.
Речь Макса стала яснее, но хрипоты и рвотных рефлексов после каждой пары слов хватало.
Черт! Неужели и впрямь такой тупой? Или притворяется?
При таком отравлении ничем помочь нельзя. Может смогла бы Таха, но я не стал звать девочку. Пусть Макс помучается. В следующий раз не будет брать без спроса то, что не его. Раз жив, то уже и не помрет. Эфир страшная штука, если её использовать бездумно.
– Выпей немного воды и прополоскай горло, – посоветовал я. – Главное не пей много. Вырвет – будет только хуже.
Макс закивал, поднялся на ноги. Его штормило, но было понятно, что прогресс есть. Единственная проблема для него – отходняк будет жутким.
Я убедился, что Макс ушел ко входу в рубку. Там лежали наши запасы. В том числе пластиковая канистра с водой. Я понаблюдал, как он налил в ладонь сделал пару глотков, затем прополоскал горло. Все, как я и сказал. Ладно. Может я не прав, что подозреваю его? Может и впрямь действовал без умысла?
Спирт с пропитанной тряпки уже испарился, так что пришлось потратить его еще немного, чтобы провести запланированный эксперимент.
Я отошел подальше, на всякий случай подождал и проверил нет ли ветра, откупорил бутылку и вылил эфир на землю, расплескав его на квадратный метр площади. Почувствовал сладковатый запах и тут же задержал дыхание. Не хватало еще тоже им надышаться. Отошел на несколько метров. Над местом розлива поднимались пары, создавая легкое марево.
Вспыхнувший от зажигалки болт я бросил примерно в центр испарений.
Бахнуло!
Воздух в момент вспыхнул, вызвав слабый объёмный взрыв. А затем полыхнула и земля. Огонь был почти прозрачный. На солнце его можно было заметить только зная, что он есть.
Я подождал пока огонь погаснет. На всякий случай не стал подходить ближе. Пламя могло не исчезнуть полностью, а у меня в руках была бутылка с парами эфира внутри. Не стоило рисковать, к тому же она мне еще понадобиться. Я собирался приготовить новую порцию эфира, на этот раз побольше.
«Бульдозер» был готов через час после того, как я закончил заниматься синтезом. Выглядел трицикл с отвалом брутально!
Гордая собой Оля восседала в кузове, как королева кузнецов – перепачканная в чем‑то и с молотком, закинутым на плечо. Сейчас она была очень привлекательна. Недаром и Петрович, и Дариан на неё пялились. Но, кажется, ей было даже приятно.
– Всё готово, шеф! – крикнула Оля и помахала мне рукой.
Я проверил, что охлаждение бутылки с эфиром работает, сначала хотел снова оставить её в тени, но передумал. Теперь я опасался диверсии. Макс топтался рядом с трициклом, внимательно изучая его.
– Как едет? – спросил я, подходя ближе.
– Как гусеничный трактор, – хохотнул Петрович. – Хрен разгонишь. А если разогнал, то хрен остановишь.
– Так и должно быть. Надо бы еще добавить ему веса. Задача ясна?
– Матвей, уверен, что нужно? Я его и так с трудом разогнал на тесте.
– На нем поеду я. У меня сил побольше твоего. Справлюсь.
Петрович зыркнул на меня, но промолчал.
– Сделаем, – отчего‑то недовольно произнес он.
Мне же требовалось подготовить остальное. А именно сделать арбалет способным исчезать в биополе.
Ни у кого из наших громоздкого оружия больше не было. А можно ли сделать системным автомат я не знал. Но полагал, что нет. Слишком это было бы просто. Система на даст себя обмануть таким примитивным способом. Было бы у меня сильно больше монад, я бы попробовал, но подозреваю, что только зря потрачу время и ценный ингредиент.
