– Слушай, мне кажется, со стороны леди Мириам это мелкое пакостничество, – наконец вздохнул Лаор. – Не может быть, что это ЕДИНСТВЕННЫЙ подходящий нам источник!
– Учитывая, что я не так давно зарядила совершенно все столбы защитного круга поместья, может, и единственный, – пропыхтела я, заваливаясь в сугроб.
– Это ты поторопилась, конечно, – глубокомысленно заметил друг, успев ухватить меня за рукав пальто. – Впрочем, надо искать свои плюсы. Спустя две недели мы бы шли не по сугробам, а по водно-снежной каше. Так что радуемся, да, Мареллина?
– А я что? – смутилась мышка на моем плече. – Я сижу. Болею за вас морально.
К счастью, долго болеть не пришлось и, как только мы вышли из лесочка, заметили протоптанную тропу, которая как раз вела в нужную сторону.
Так что спускались в лощину мы уже в приподнятом настроении.
Как и обещала леди Мириам, источник нашелся в корнях большого дерева.
Небольшой ручей, который образовывал черную полынью, тонким потоком скрывался под снегом и уходил куда-то вдаль. Я достала сложенный листок с заклинанием. Вода в роднике была неподвижной и темной, как зеркало. Я посмотрела на своё отражение, на бледное лицо и полные решимости глаза.
Заговор был странноват, и звучал так, словно Риодея наугад открыла старую сказку и зачитала из нее текст:
– Живой родник, неведомый, Сквозь лёд и тень влекомый, Открой дорогу тихую, Защити от взгляда лихого. Я иду с миром, не прячась, Прошу не дара – а пути. Спрячь меня под гладью своей, Обереги и доведи.
Каждое слово отдавалось едва ощутимой вибрацией. Заклинание словно впиталось в черную гладь воды, и над ней возникло серебристое марево, формируя дверной проём. Тонкий и зыбкий. Я шагнула к двери, собираясь коснуться створки, как вдруг за спиной раздался резкий окрик:
– Адель!
Голос я узнала, даже не оборачиваясь. И терять время на такие излишества не собиралась!
Ткнув ладонью в проём, я почувствовала, как меня потянуло вперёд – телепорт сработал! Но в последний момент меня дернули за край плаща, но вытащить из перехода уже не смогли. Вокруг хлынула вода, закрутилась спиралью, и вместе со мной внутрь телепорта влетел Дар, а через пару секунд воронка затянула и Лаора. Тот успел лишь выругаться.
Вода сомкнулась над головой, закружила, захлестнула нас целиком.
Это было очень странное водно-безводное пространство. Потому что, несмотря на ощущение, что нас несет течением неведомо куда, проблем с дыханием, к счастью, не возникло.
Мареллина вцепилась в мой капюшон и что-то невнятно попискивала с подозрительно молитвенными интонациями. И в целом я разделяла ее эмоции. Очень захотелось помолиться, потому что портал Риодеи оказался далек от комфортного.
И закончился очень уж внезапно!
Просто выплюнул нас на берегу какого-то ручья.
Шлеп!
Стоим, обтекаем… В прямом смысле, потому что вся одежда была влажной. У Лаора вообще капало с вьющихся от влаги волос.
– Вся укладка псам под хвост, – недовольно отбросил с глаз кудрявую челку инкуб.
– Я бы не переживал за прическу, когда без головы можно остаться, – тоном, грозящим неприятностями, проговорил в ответ Одар.
– Угрожать потом будешь, – выдохнул Лаор. – Предлагаю уделить внимание настоящему, потому как настоящее слишком уж заинтересовалось нами.
И тогда я, наконец, огляделась. Кажется, теперь точно нужно начать вспоминать все молитвы…
Над головой раскинулось пронзительно синее небо, солнце сверкало на снежных шапках гор, и все вокруг было упоительно красивым. Легкий теплый ветерок разносил ароматы цветов и жимолости.
Но нам было не до природы.
Потому что мы стояли в стороне от… лагеря. Повсюду располагались палатки, громоздились деревянные баррикады, валялись брошенные оружие и доспехи.
Только был небольшой нюанс. Лагерь явно принадлежал нечисти. Низшей нечисти, которой на поляне было очень много!
Высокие, чешуйчатые, бронированные твари с саблями, секирами, массивными когтями и длинными хвостами. Несколько особенно крупных особей, похожих на плод запретной любви ящерицы и медведя, рыскали между палатками.
И к счастью, пока не обращали на нас внимания. Но это не мешало мне начать паниковать. Вот тебе и продуманный побег!
– Где это мы? – пискнула Марель у меня на плече.
Судя по горам и местному контингенту?
– В долине Хар, – прошептала я едва шевеля губами.
Тут из ближайшей палатки вылезли два здоровенных ящероподобных типа. И учитывая, как сразу же на нас уставились маленькие, косящие глазки, шансов остаться неузнанными не было.
– Люди? – угрожающе заворчал ближайший.
– А я этого мужика знаю! Я его бил! – возмущенно зашипел второй, указывая когтем на инкуба.
Тот невозмутимо поправил воротник и хмыкнул:
– И как я вижу, бил плохо.
– И этого знаю, – тот же ящер перевел взгляд на Дара. – Этот меня бил…
Разговор привлек внимание остальных обитателей лагеря.
Монстры, взявшие нас в кольцо, начали медленно приближаться. В груди похолодело, а тело мелко затрясло от их тяжелых шагов, шумного дыхания и злобных взглядов. Уж точно не чай с нами пить, как со старыми знакомыми, монстры хотели. Те щелкали зубами, явно надеясь если перекусить, то нашими телами.
У Дара в руках появилась уже знакомая трость с набалдашником-змеей, и в тот же миг я ощутила, как воздух вокруг словно сгустился, наэлектризовался. Затем выставил трость перед собой, и из деревянного кончика вытянулось тонкое, смертоносное лезвие.
Лаор отряхнул ладони, принял боевую стойку, и в его руках мелькнули короткие кинжалы. Во взгляде появилось сосредоточенность, а привычная нахальная улыбка исчезла.
– Их слишком много, – коротко бросил наемник Одару. – В идеале надо куда-то деть нашу ведьму, чтобы ее случайно не съели.
– Я прикрою. Адель, назад! – резко скомандовал Дар.
Я не спорила. Отбежала к ближайшим деревянным ящикам, поставленным друг на друга, забралась на второй и с ходу поставила щит. Едва он встал, как сверху лёг ещё один – от Ибисидского.
– Не геройствуй, – бросил он через плечо.
– Кто бы говорил, – буркнула я и взобралась повыше. Оттуда было лучше видно поле боя.
Нечисть первая напала.
Больше не было веселой перепалки. Да и времени на то, чтобы эффектно играться с противниками, тоже не находилось, ведь в этот раз их было мало того, что гораздо больше, чем тогда, у поместья, так еще и никакой подмоги в виде призраков рода Харвис.
Да и твари, если честно, куда страшнее и озлобленнее!
Огромные тела – чешуйчатые, бронированные, с когтями и шипами. Из оружия у кого-то топор, у кто-то арбалет, а кто-то просто с клыками наружу. Дар метнулся навстречу тварям, клинок на его трости сверкнул в воздухе подобно молнии. Один удар – и первый ящер завалился на бок. Второй замах – и с громким шипением отлетела чья-то лапа. Он двигался быстро, почти беззвучно, только сверкающий металл и вспышки силы выдавали его.
Лаор в это время сдерживал фланг, сражаясь в полсилы, но эффективно. Один особенно дерзкий получил кулаком по челюсти и тут же влетел в соседнюю палатку, пробив ее.
Я подняла руки. Слова огненного заклятия вспыхнули на языке, и с пальцев сорвался огненный шар. Он врезался в спину увлекшегося Лаором ящера, и тот с воплем опрокинулся на землю, катясь и пытаясь потушить пламя, перекинувшееся с одежды на хвост.
Снова заклятие – и ещё один огненный шар с треском врезался в деревянный щит врага. Тот загорелся, ящер завыл и швырнул в меня какую-то явно смертоубивательную гадость.
Я успела выбросить вперед щит, по которому с шипением стекла зеленоватая жижа, и порадовалась, что Сара меня заставляла отрабатывать защитные чары до автоматизма.
Марель, сжимающая лапками мою одежду, выдохнула с облегчением.
Я продолжила следить за битвой, стараясь держать себя в руках и не поддаваться панике. А очень хотелось! У меня сердце билось с бешеной скоростью. Я ведь сбегала от опасности, но в самый эпицентр куда большей опасности попала.
