— Мы разработали план.
Я перевел на него взгляд и уставился, ожидая продолжения.
— Нам же нужно узнать, что это такое, верно? — Задал он риторический вопрос, впрочем, тут же продолжая на него отвечать. — И скажем так… У нас есть добровольцы. Разное отребье. Насильники, убийцы, мародеры — на планете повсюду повылезало огромное количество смутьянов, решивших воспользоваться послевоенной неразберихой.
— Не слишком ли бесчеловечно, скормить их непонятной твари? — Задал я прямой вопрос, не очень одобряя такие действия.
Президент только махнул рукой.
— Каждый претендент совершал такие ужасные вещи, что даже эта участь для них слишком легка. Насилие, убийства, пытки и это то, чем они, условно говоря, занимались до завтрака. Там самые худшие представители человечества.
Он достал из инвентаря папку с досье и протянул мне.
— Вот, можешь сам ознакомиться.
— Да… — Протянул я, перелистывая документы.
В представленных сведениях хватало мерзости. Пожалуй, если бы я что-то из этого увидел воочию, то не раздумывая, прикончил бы подонков, причем максимально мучительным способом.
— Я знал, что ты согласишься. — Добавил мужчина, наблюдающий за моей реакцией.
По его команде, в помещение вошел конвой с первой жертвой.
— Вы чо творите падлы⁉ Это ваще не по понятиям! Я буду жаловаться! Верните меня обратно в камеру!
В голове у меня сразу возникло фото из первого досье: окровавленные жертвы с многочисленными ранами, следы насилия, причем противоестественные, с применением подручных предметов, невзирая на пол и возраст жертв. Беглый зэк, с огромным шлейфом правонарушений дорвался до свободы и в одиночку вырезал небольшой многоквартирный дом на пару десятков квартир. Ему достался навык, с помощью которого он мог выделять из тела парализующий газ и вместо того, чтобы прокачиваться на монстрах, поднимаясь по лестнице силы, выбрал глумление над обычными людьми.
Но сейчас, без коммутатора на запястье, он был словно младенец по сравнению с конвоирующими его людьми, одетыми в белоснежные пилотские костюмы.
Его затолкали внутрь стеклянного куба, пинком отправив подальше и закрыли дверь.
Убийца подскочил, бросился к нам, безошибочно определив главных и заколотил кулаками напротив, что-то крича. Сквозь динамики раздавался хриплый вой человека, своим гнилым нутром чувствующего приближающийся конец.
Он развернулся, прижался спиной к стеклу, словно пытался выдавить его и начал сучить ногами, спешно перебирая. Но тщетно. Сверхпрочное стекло, способное выдержать выстрел из крупнокалиберной снайперской винтовки вплотную, с лёгкостью сопротивлялось его потугам.
А затем лежащий по центру труп твари внезапно начал истлевать и я понял, что началось.
Как в самых низкопробных ужастиках, стоящий за стеклом человек внезапно замер в неестественной позе, согнувшись так, как никогда не сможет сделать живое существо, его тюремная роба треснула и порвалась, выпуская созданный из позвоночника хвост.
Тварь развернулась и уставилась на нас немигающим взглядом. Подняла свою лапу, посмотрела на неё и сжав в кулак, ударила по стеклу. Оно пошло трещинами, но не успело рассыпаться, как куб тут же начало заливать жидким азотом.
Глава 13
Глава 13
Тарнелиус, уже в который раз за последнее время –пил. Всё опять шло совсем не по его плану.
Как в воду канул хуман, которого он считал своим живым оружием и на которого имел планы, причем исчез так, что его не могли найти многочисленные наёмники, несмотря на щедрое обещание вознаграждения.
Вдобавок, раздражало то, что хуманы вырвались из Колыбели в открытый космос и теперь повсюду раскидывали свои щупальца, засылая разведчиков, дипломатов, и даже простых представителей, отправившихся в путешествия. Он организовывал сопротивление, оплачивая работу различного отребья, но большая часть попыток захватить хуманов в рабство или даже просто уничтожить — проваливались за счёт обладания ими могущественными силами, даруемыми артефактом Предтеч. Единичные удачные покушения не могли предотвратить ползучую экспансию, а скорее помогали ей, потому что хуманы отправляли с каждым разом всё более подготовленных агентов, с лёгкостью втираясь в доверие практически ко всем разумным галактики. И все они, собирали информацию о расе эльфов
Он в который раз пожалел о том, что в своё время не додавили заразу. Пожалел о том, что в своё время не захватили галактику, установив доминирующее положение, а стали довольствоваться ролью контролёров и мстителей, позволив бесконтрольно развиваться. Теперь молодая поросль среди других рас почувствовала себя слишком независимо, смея игнорировать поступающие указания, а попытка провести несколько акций устрашения неведомым образом провалилась и выяснить причину Совету до сих пор не удалось. Исполнители либо просто пропали, либо были найдены мертвыми, что говорило о том, что на арене, на которой тысячелетиями доминировала одна сила — появился новый игрок.
Учитывая, что всё, что изменилось — это появление хуманов, были все основания полагать, что это либо их рук дело, либо внутренняя интрига одного из лордов Совета. И ко второй версии он склонялся гораздо охотнее, потому что появилась чистая эльфийка, способная претендовать на трон. Вот только она была воистину неуловима, несмотря на то, что на её поиски были брошены все силы, не только его личные, но и доброй половины Совета, желающего воспользоваться ею в своих целях. Можно было бы подумать, что на самом деле её не существует, что это всё лишь новый виток большой игры в Совете, делящего зоны влияния, если бы не несколько фактов.
Он лично видел следы её присутствия, посещая планеты, на которых она побывала. Допрашивал местных жителей, безжалостно потроша их разумы психотропными препаратами для получения достоверных сведений. Находил места, где она ступала своими ногами. И в месте, где у неё произошла стычка с младшим из подчинённой ветви, нашел образцы её крови.
Это действительно была чистая. Его ключ к господству. И тем невыносимей была мысль о том, что кто-то может перехватить её раньше. Может запудрить ей мозги, обратив против него. Утешало только то, что без управляющего артефакта гипотетическим противникам всё равно не обойтись и рано или поздно, те, кто её найдут — будут вынуждены прийти к нему. И он постарается подготовиться к этому событию. Он не имеет права проиграть. Просто не может позволить себе это.
Либо он добьется своих целей, либо сгинет пытаясь.
* * *
Покрытое паутиной трещин стекло выдержало, хотя тварь успела нанести ещё несколько ударов лапой, прежде чем я зашел внутрь.
Создавалось ощущение, что на жидкий азот ей было плевать, по крайней мере никакого замедления или признаков дискомфорта я не заметил. Только если меня защищал костюм, то она нивелировала воздействие как-то по-другому.
Она бросилась на меня, планируя убить одним ударом, но я был готов. Снова замедленное и плавно течение времени, снова пойманный хвост, который я дернул на себя и один точный и выверенный встречный удар. Как я выяснил, после контакта моего тела с телом монстра, спонтанная телепортация уже не проходила, так что можно сказать, что я наловчился справляться с ними.
В принципе, думаю и президент смог бы как минимум сдержать её или обезвредить, но вот нанести ей урон получалось только с помощью моего оружия, созданного в обход системы. Остальное либо не брало, либо мы просто не дошли в своих экспериментах до уязвимостей.
Голова монстра покатилась по металлической палубе, его чёрные глаза до последнего смотрели на меня с такой жаждой и ненавистью, что казалось, что даже смерть не может остановить желание добраться до меня, но потом всё же остановилась. Такие радикальные меры против него работали.
В помещение прекратили закачивать азот, нагрели до комнатной температуры, и я уселся возле трупа твари, ожидая следующего заключенного.
