РАХАНА
- Не так! – я с трудом сдержалась, чтобы не стукнуть эту нерадивую по заднице. – Макила, да что с тобой?! Ты вообще в ритм не попадаешь! Это не танец, это нож в мое сердце!
- Госпожа Рахана, не переживайте, - Гуно широко улыбнулся, подхватил меня под локоть и увлек в сторону. – Не давите на девочку, будет только хуже.
- Что значит, не давите? – во мне вскипел гнев. – Выступление уже вечером, а она ни в зуб ногой!
- Мака отлично знает танец, - он погладил по руке, раздражая еще сильнее. – Просто это не тот случай, когда надо построже. Вот, смотрите. – Учитель кивнул демонам, что скучали в сторонке.
Они поправили барабаны, прикрепленные ремнями к талии, и неторопливо начали отбивать незамысловатый ритм. Он наполнил пространство, заставляя помимо воли откликаться на него телом – кивками головы, отстукиванием пяткой.
Макила тоже не осталась равнодушной. Сначала подергивала рукой, потом откликнулись бедра, плечи. Когда барабанный бой полностью завладел телом и, казалось, проник в кровь, девушка начала покачиваться в такт. Глаза закрылись, волосы почти полностью закрыли лицо, руки взметнулись над головой, переплетаясь.
Красивые движения, полные внутреннего огня, приковывали взгляд. В них была какая-то первобытная сила, которая завораживала, заставляя следовать взглядом за танцовщицей, что уже была не девочкой из пустынного народа, а сосудом, наполненным яростным пламенем.
Я восхищенно ахнула, когда она закружилась по залу. Этот танец ни на что ранее виденное не был похож. Такое своеобразное, удивительное, сильное и одновременно трепетное действо! Во мне старой занозой заныла зависть – чтобы так танцевать, надо иметь настоящий, недюжинный талант! Которым я обделена по воле высших сил, будь они прокляты!
- Хорошо, убедил, - с неохотой отозвалась я на вопросительный взгляд Гуно. – Готовь ее сам, не буду вмешиваться. Но если запорет выступление, лично ответишь, понял?
- Госпожа, эта девочка вас еще удивит! – учитель нежно улыбнулся.
Мои брови уползли на лоб – обычно наш беловолосый готов придушить танцовщиц, и те отвечают ему тем же. Макила, похоже, и в самом деле непростая девочка! Что ж, раз у них взаимопонимание, пусть работают вдвоем. Все, что угодно, лишь бы у школы Раханы снова появилась достойная прима, о которой будет говорить весь Пандемониум!
Я бросила взгляд на босые ноги дочери пустынного народа и ушла домой. Надо еще кое-что сделать до вечера. А вот и сундук с моими старыми сценическими костюмами. Скрипучая крышка ударила о стену. Совсем рассохся, скоро развалится. Я провела рукой по разноцветным, аккуратно сложенным платьям. Столько воспоминаний!
Каждое выступление моментально всплывает в памяти яркой вспышкой, стоит увидеть тот наряд, в котором танцевала. Вот голубое с длинной юбкой и ассиметричным вырезом на груди – первый заказ на праздник Высшего демона. Золотое с вышивкой – тот номер понравился Архидьяволу Мархозию, толстяк от восторга тряс всеми своими подбородками и замуж звал. А строгое черное надевала на танец во дворце. Даже не представляла в тот момент, что это пик моей карьеры. Да еще и с Мулцибером проклятая судьба свела в тот день.
Я стиснула зубы. Хватит рвать душу воспоминаниями, не за тем в сундук полезла. Времени шить наряд для Макилы нет, используем что-то из моего гардероба, подгоним под ее фигурку. А вот с обувью сложнее. Что тут осталось с былых времен? Туфель много, но у нее ножка миниатюрная, а вот мои ступни никогда маленькими не были, даже в детстве. Но вот эти мягкие, без каблука, подойдут – шнуровку можно потуже затянуть и будет то, что нужно.
Я кивнула, поднялась и захлопнула крышку. Сунула руку в одну из туфелек и сморщилась – все-таки скукожились немного, моментально мозоли натрут. Ничего, это тоже поправимо.
- Мара! – крикнула я, выйдя на балкон. Вот мерзавка! Знаю ведь, что отсиживается в каморке! Делает вид, что не слышит! – Мара!
- Да, госпожа, - беременная служанка, неуклюже покачиваясь, выплыла из-за соседнего домика.
- Натри лучшими маслами, чтобы мягкими стали, - я сбросила ей туфли, - и отдай Макиле. Скажи, что на сегодняшнее выступление.
- Сделаю. – Девушка с трудом подняла обувь и медленно побрела прочь.
Ведь еле ползет! Я покачала головой. А что будет, когда родит? Вот и разрешай слугам после такого детей заводить! Надо быть построже, а то вовсе все распояшутся у меня.
Мой взгляд остановился на дочери, которая проходила мимо. Подняв голову, она посмотрела на меня. Внутри все похолодело – во взгляде Ровены плескалась ненависть.
МАКИЛА
- Гуно, я боюсь. – Тихим шепотом сорвалось с моих губ, когда Рахана ушла.
- Чего-то или кого-то? – проницательный взгляд учителя светился пониманием.
- Всего, - обреченно выдохнула я.
- А ты представь, что худшее уже произошло.
- Ну, ты скажешь!
- Попробуй. Что будет после?
Я хмыкнула. Хотя… Если ошибусь, испорчу танец, что будет? Хозяйка изобьет, обратно в служанки загонит. Да и все. Буду помогать Маре малыша воспитывать. Такой исход заставил меня улыбнуться. И на самом деле, ничего такого уж страшного.
- Вот видишь! – Гуно довольно кивнул. – Умница! А теперь закрой глаза и не думай ни о чем, просто танцуй.
Он оказался прав – теперь, когда Рахана не стояла рядом, гневно раздувая ноздри, я не думала о малейшем движении и не сбивалась с ритма, спотыкаясь на ровном месте. Все выходило легко и просто. Судя по лицу учителя, он был доволен.
- А теперь иди отдохни, - остановил он меня.
- И вовсе не устала! – только вошла во вкус, наоборот.
- Не перечь, Мака! Береги силы, на выступлении понадобятся. Все, кыш-кыш, - демон замахал руками. – Не спорь! И ванну прими!
- Как ванну? – я ахнула. Служанки всегда довольствовались тазиком с песком, что оставался после помывок хозяйской семьи и ведущих танцовщиц.
- А вот так войдешь в ванную, - Гуно задрал нос и с важным видом прошествовал по залу. – И как крикнешь – новая прима купаться желает! Все вокруг тебя забегают, засуетятся, чтобы услужить!
- Ты меня с Фафнирой путаешь! – не выдержала, расхохоталась.
- Шучу, - он тоже засмеялся. – Но ванну в самом деле прими, это обязательно. Отвара выпей, массажик скажи, чтобы сделали тебе. И после всего кожу пусть золотой пудрой натрут.
- Она же такая дорогая! – я ахнула, вспомнив, как мы бережно расходовали это чудо.
- Ай, да не дороже самоцветов-то уж, - Гуно скорчил гримасу и отмахнулся. – Учти, не сделаешь, сам приду и натру тебя пудрой, поняла?
- Поняла, - я закивала, с опаской на него глядя. И в самом деле, ведь придет и сделает. Лучше сама.
Все еще пританцовывая, вышла из зала. Ноги понесли привычным путем, опомнилась только когда к своей комнатке подошла. Зашла внутрь. Пусто. Весь мой нехитрый скарб уже перенесли в домик, подаренный хозяйкой на эту проклятую свадьбу. Настроение резко испортилось. Неужели и вправду придется жить с Агором?
Тяжело вздохнув, я поплелась к маленькому кубику, что стоял неподалеку от ворот. Вошла внутрь. Одна комната, но таких размеров, будто здесь огромная семья обитает. У Странников только лучшие шатры таких размеров.
Половицы из натертого до блеска лкесы заскрипели под ногами. Из-за ширмы в дальнем углу тут же раздалось:
- А, женушка явилась!
Я вздрогнула и с трудом сдержалась, чтобы не поддаться желанию сбежать.
- Иди сюда! – лохматая башка высунулась из-за ширмы. – Муж один скучает, что за дела, женщина? Иди, сказал!
Подошла ближе и увидела на полу пустые кувшины из-под вина. Запах знакомый, сколько раз покупала эту золотистую отраву для Фафниры, она тоже любительница такого. Но ладно прима, она ведь еще и фаворитка Люцифера, самоцветам счета не знает, у нее их в избытке. А демон-то простой как разжился так, что гульванит на широкую ногу?
