– Эти приказы у него хотя бы адекватные? – поинтересовался Лёша, с сочувствием глядя на Риса.
– Не всегда, но чаще всего, – отозвался тот. – По-разному бывает.
– А как эмпата он тебя использует?
– Ну конечно, – кисло кивнул Дарис. – Ручной эмпат моего уровня – это же как подарок судьбы. Такие перспективы открываются, – с иронией добавил парень. – Как минимум, я могу кого угодно и в чём угодно убедить. И это только малая часть того, что приходится делать. Но о таком никому не расскажешь. Я и тебе говорить не должен.
– Ты и не говорил, – с самым честным видом выдал Алексей. – Я ничего не слышал. Не было разговора.
– Спасибо, – искренне поблагодарил Рис.
Он понимал, что не имеет права распространяться на эту тему, но просто не сдержался. Всё-таки после всего пережитого вместе с Лёшей, Рис на подсознательном уровне считал этого парня близким человеком. Да и не было у Дариса здесь никого, кто бы просто знал, кто он на самом деле такой, и не осуждал.
– Кстати, ты тут зачем сидишь? – Лёша обвёл рукой зал. – Или на самом деле думал, что я кинусь на тебя с кулаками?
– Очередной приказ ректора, – вздохнул Рис. – У одной особы тут большие проблемы с контролем силы, а дар у неё о-го-го. Ещё и к телекинезу. В общем, теперь мне нужно с ней заниматься, чтобы она хотя бы сама себе вредить перестала. И это при том, что она принимать мою помощь не желает.
– Значит, ждёшь девушку? – уточнил Лёша. – Симпатичная хоть?
И тут дверь снова с шорохом отъехала в сторону, а перед глазами обоих парней предстала юная леди в розовых туфлях на высоких каблуках, узких чёрных брюках, надетом поверх них лёгком полупрозрачном платье с короткой летящей юбкой. На одном её плече висел пиджак с яркими розовыми пуговицами, а на другом болталась небольшая сумочка в тон обуви. Но ярче всего в её образе выделялись волосы: длинные, ярко розовые, точнее даже сказать – цвета фуксии. Густым водопадом они спадали почти до самой талии, и лишь несколько прядей у лица были зачёсаны наверх и закреплены заколками с чёрными драгоценными камнями.
И если Лёша смотрел на шагнувшую в зал незнакомку с откровенным восхищением, то Рис, наоборот, едва заметно поморщился. Уж кто-кто, а он не испытывал иллюзий по поводу этой девушки. И до сих пор с трудом представлял, как строить с ней общение, чтобы их занятия хотя бы закончились без травм.
* * *
Честно говоря, направляясь на это странное занятие с Рисом, я представляла себе множество вариантов нашей встречи: от самых кровавых, до почти спокойных. Да, мне хотелось, чтобы он получил за всё: и за мой испорченный портсигар, и за воздействие после тестов, и за вчерашние злые слова. Настроение у меня было как никогда боевое и воинственное – с таким только карать врагов. Но стоило мне переступить порог тренировочного зала, и я просто растерялась.
Дарис оказался не один. Помимо него здесь присутствовал незнакомый мне темноволосый парень… очень даже симпатичный. Он сидел прямо на мягком полу и смотрел на меня с таким откровенным интересом, что умудрился смутить.
– Занятие переносится? – спросила я, заставив себя повернуться к Рису.
Он тоже сидел на полу, но только у стены. И в ответ на мой вопрос отрицательно качнул головой.
– Нет. Проходи. Только… разуйся, что ли. На каблуках по такому покрытию не ходят, – сказал белобрысый, и спокойно, даже расслабленно вгрызся в бок какого-то круглого фрукта… а может, и овоща.
И не успела я ничего ответить, как его приятель поднялся и протянул мне руку.
– Давайте я вам помогу, – с галантной улыбкой предложил он.
– Не советую к ней прикасаться, – бросил Рис. – И лучше отойди на безопасное расстояние. Эта юная леди может быть очень опасна. Особенно когда дело касается мужчин.
Но этот темноволосый, только усмехнулся и протянутую руку не убрал. Даже интересно: это он не поверил словам Риса, или решил так показать, что его не пугают подобные мелочи?
– Спасибо. Сама справлюсь, – ответила я, всё же не желая приносить вред такому приятному парню.
– А могу я узнать ваше имя? – поинтересовался он, продолжая изображать из себя галантного кавалера.
– Аделия, – ответила, скинув на пол сумку и пиджак.
Туфли упрямо не желали сниматься. На щиколотке имелась пряжка, которая всегда расстегивалась с трудом. Потому, чтобы избавиться от обуви, мне тоже пришлось усесться на мягкие маты.
– А я – Алексей. Можно Лёша или Алекс. Как вам больше нравится, – представился парень, присев напротив меня. И тут вдруг спросил: – Хотите яблоко? Вкусное, сочное. Самое что ни на есть настоящее. Без вредных пестицидов или удобрений. Можно сказать, сам садил, сам растил… сам собирал.
– Яблоко? – переспросила, не понимая, о чём он. – А что это такое?
Кажется, его немало удивил мой вопрос. Он даже повернулся к Рису, будто ища у белобрысого поддержки, но тот только пожал плечами.
– Они не растут больше ни на одной планете Союза, – прожевав, пояснил ему Дарис. А потом посмотрел на меня и добавил странно благодушным тоном: – Не отказывайся. Правда, очень вкусно. И ты нигде кроме Земли их не попробуешь. Лёшка из собственного сада привёз.
Алексей кивнул и, достав из рюкзака большой круглый фрукт с гладкой глянцевой поверхностью, протянул мне.
– Лучше подавай на раскрытой ладони, – посоветовал ему Дарис. – А то при прикосновении к ней можешь получить.
– Слушай, – раздражённо фыркнула я, глядя на этого «умника» с откровенной угрозой. – Без твоих комментариев обойдёмся. К твоему сведению, я не настолько опасна.
– Да кто ж тебя знает? – с усмешкой бросил Рис. – А Лёху мне жалко. Он только второй день на Даркаре. Не хотелось бы, чтобы вместо того, чтобы знакомиться с университетом, он отлёживался в медицинском боксе.
Я с трудом заткнула собственную нарастающую злость, развернулась к Лёше и сама забрала у него фрукт, специально коснувшись его ладони. И… ничего не произошло. Моя внутренняя энергия даже не шелохнулась.
– Спасибо, – поблагодарила Алексея, подарив ему тёплую улыбку. А повернувшись к Рису, самодовольно выпалила: – Вот, видел? И ничего не случилось.
– Даже странно, – ухмыльнулся он.
– Ничего странного. Это ведь не близкий контакт. Да и Лёша не вызывает у меня негатива или страха.
– То есть твой своевольный дар срабатывает в ответ на отрицательные эмоции? – вдруг совершенно серьёзно проговорил Рис. – Ты не желаешь чьей-то близости к твоему драгоценному телу, и дар отправляет бедолаг в нокаут при первом же прикосновении? Так?
– Ну… – Он говорил так уверенно, что я не сразу нашла, что ответить. – Вообще-то, он отталкивает всех мужчин.
– Так уж и всех? – бросил Рис. И вдруг наткнулся взглядом на Лёшку, с любопытством слушающего наш разговор.
Тот всё понял без слов.
– Уже ухожу, – сказал Алексей. – Не буду вам мешать. Рис, удачи. И заходи, как будет время.
– Ты тоже заходи. Я в этом здании живу, на мансардном этаже, справа по коридору последняя дверь.
– Окей, друг. Забегу вечером. Или лучше ты ко мне приходи. У меня есть для тебя подарочек от Сашки, – ответил с улыбкой этот щеголеватый парень. А потом повернулся ко мне и изобразил милый шутливый поклон. – Аделия, был очень рад познакомиться. Сражён наповал вашей красотой, а особенно цветом ваших прекрасных волос. Буду очень рад новой встрече. И…
– Что? – не поняла я его последней оборванной фразы.
– Да так, ничего. Кушайте яблоко. Если понравится, у меня их целый пакет.
После он удалился, и выглядел при этом откровенно довольным.
А когда за Лёшей закрылась дверь, я снова повернулась к Рису и с удивлением наткнулась на его сосредоточенный изучающий взгляд. Но теперь я просто не узнавала этого белобрысого эмпата. Будто в одно мгновение из простого парня, одарённого студента он превратился в незнакомого, собранного и крайне сурового мужчину.
И что самое страшное, теперь в его голубых глазах постепенно появлялось то, чего я, кажется, боялась больше всего в этой жизни: нескрываемая похоть и чисто мужской откровенный голод.
