— А сколько у него жен? — прямо спросила Анна.
— По языческому обычаю — несколько, — признал Добрыня. — Но если примет христианство, оставит только одну. Главную.
— И этой главной должна стать я?
— Так, ваше величество. Вы станете единственной законной женой крещеного князя.
Анна задумалась. Положение единственной жены правителя великой державы было привлекательным, даже если эта держава находилась на краю цивилизованного мира.
— А что с детьми от других жен? — спросила она.
— Останутся в княжеской семье, но ваши дети будут главными наследниками, — ответил Константин Добрынич.
Это успокаивало. Анна понимала, что в политическом браке важны не чувства, а положение и возможности влияния.
* * *
Через неделю переговоров соглашение было достигнуто. Василий согласился на брак сестры с русским князем при условии, что тот действительно примет крещение и окажет военную помощь против мятежников.
— Ты понимаешь, что жертвуешь собой ради империи? — спросил Василий сестру в частной беседе.
— Понимаю, — спокойно ответила Анна. — Но разве не для этого рождаются принцессы? К тому же, это может быть интересно — стать первой христианской королевой варварского народа.
— Ты сможешь взять с собой священников, слуг, книги, — пообещал брат. — И всегда сможешь вернуться, если жизнь там станет невыносимой.
Анна кивнула, хотя понимала: возвращения не будет. Политические браки не предполагают отступлений.
* * *
Подготовка к отъезду заняла месяц. Анна отбирала самое необходимое из своих сокровищ, составляла свиту, изучала все доступные сведения о Руси и ее князе.
Мирослав — так звали одного из русских послов, прибывшего с Добрыней, — оказался неожиданно образованным и хорошо знающим византийские обычаи. Он часто беседовал с Анной, рассказывая о русских землях.
— Киев — красивый город, — говорил он. — Стоит на высоких холмах над великой рекой. Не такой большой, как Константинополь, но имеет свое очарование.
— А народ? — спрашивала Анна. — Каковы русичи?
— Гордые, храбрые, простые в общении, — отвечал Мирослав. — Они уважают силу, но ценят и справедливость. Если сумеете завоевать их доверие, станете для них не просто княгиней, а матерью народа.
— А князь Владимир? Каков он как человек?
Мирослав задумался:
— Умен, справедлив, иногда жесток, но не жесток. Способен на великие дела, если найдет правильную цель. Вы можете стать этой целью, ваше величество.
* * *
Отплытие состоялось в начале осени. Анна стояла на корме императорского корабля, глядя на удаляющийся Константинополь. Позади оставалась вся ее прежняя жизнь — дворец, привычное окружение, привилегии багрянородной принцессы.
Впереди ждала неизвестность — варварская страна, чужой народ, муж, которого она никогда не видела.
— Страшно? — спросил подошедший Мирослав.
— Да, — честно призналась Анна. — А вы не боялись, когда впервые покидали родину?
— Боялся, — признался он. — Но страх — это не повод отказываться от новых возможностей.
— Какие возможности видите вы в моем браке?
Мирослав посмотрел на морские волны:
— Возможность изменить целый народ. Принести ему новую веру, новую культуру, новое понимание мира. Разве это не стоит некоторого страха?
Анна задумалась. Действительно, ее ждала не просто роль жены правителя, а миссия просветительницы целого народа. Это было пугающе, но и вдохновляюще.
* * *
Путешествие по Днепру заняло две недели. Анна с интересом наблюдала за изменением пейзажей — густые леса, широкие степи, небольшие поселения на берегах. Все было не похоже на привычную ей Византию.
Наконец показались башни Киева. Город действительно был красив — высокие холмы, деревянные терема, блеск куполов немногочисленных церквей.
— Вот ваш новый дом, ваше величество, — сказал Добрыня.
Анна кивнула. Да, это будет ее дом. И ее задача — сделать его достойным христианской принцессы.
На пристани их ждала торжественная встреча. Впереди стоял высокий мужчина в богатых одеждах — князь Владимир собственной персоной.
Анна впервые увидела своего будущего мужа и почувствовала облегчение. Он выглядел не как дикий варвар из византийских сказок, а как настоящий правитель — уверенный, сильный, с умными глазами.
— Добро пожаловать в Киев, принцесса Анна, — сказал он на удивительно правильном греческом языке. — Я рад, что вы согласились разделить со мной трон и жизнь.
— Благодарю, князь Владимир, — ответила Анна. — Надеюсь, мы сможем вместе построить великое будущее для ваших земель.
Первая встреча прошла успешно. Владимир произвел на Анну впечатление образованного и достойного человека, а она на него — умной и красивой женщины.
Но впереди были еще большие испытания: крещение князя, обращение народа, налаживание совместной жизни двух очень разных людей из очень разных миров.
История великого крещения Руси только начиналась.
* * *
*(Владимир)*
Херсонес встретил русское войско сопротивлением более упорным, чем ожидалось. Древний город-крепость в Крыму, оплот византийского влияния в Северном Причерноморье, не собирался сдаваться без боя, несмотря на договоренности с императором.
Владимир стоял на холме, наблюдая за осадными работами. Два месяца его воины штурмовали крепость, но высокие стены и опытные защитники не давали добиться успеха. А время шло, и в Константинополе могли передумать насчет союза.
— Долго они держатся, — заметил Добрыня, подходя к князю.
— Слишком долго, — мрачно согласился Владимир. — Если не возьмем город до зимы, придется отступать.
— А что говорят лазутчики? Есть ли возможность предательства изнутри?
Владимир покачал головой:
— Херсонеситы верны империи. Подкупить их почти невозможно.
В этот момент к ним подошел Анастас — греческий священник из свиты принцессы Анны, оставшейся в Киеве. Молодой клирик неожиданно оказался полезным советником в военных делах.
— Князь, — сказал он, — у меня есть предложение. В городе есть человек, который может помочь.
— Кто? — заинтересовался Владимир.
— Анастас Корсунянин, мой дальний родственник. Он служит в городском водопроводе. Если пообещать ему безопасность и награду…
— Он поможет нам проникнуть в город? — понял Добрыня.
— Лучше. Он может перекрыть водопровод. Без воды город долго не продержится.
Владимир задумался. План был рискованным, но других вариантов не оставалось.
— Как связаться с этим человеком?
— Я напишу письмо и привяжу к стреле, — предложил Анастас. — Он поймет и, если согласится, даст знак.
* * *
Письмо было отправлено той же ночью. Через три дня из города прилетела ответная стрела с коротким посланием: «Согласен. Ждите три дня.»
Действительно, через три дня защитники Херсонеса начали проявлять признаки жажды. Сопротивление ослабло, а на четвертый день городские ворота открылись, и делегация старейшин вышла для переговоров о сдаче.
— Мы покоряемся великому князю Владимиру, — сказал предводитель делегации. — Просим только пощадить жителей и не грабить святыни.
— Будет исполнено, — пообещал Владимир. — Но с условием: город переходит под мою власть окончательно.
Херсонес сдался. Владимир получил важную крепость и, что еще важнее, доказал Византии серьезность своих намерений.
* * *
В захваченном городе князь устроил себе временную резиденцию. Здесь он собирался дождаться прибытия принцессы Анны и здесь же принять крещение — символично было креститься в древнем христианском городе.
— Когда прибудет принцесса? — спрашивал он Анастаса.
— Корабли из Константинополя должны подойти через неделю, — отвечал священник. — Император сдержал слово.
Владимир кивнул, но в душе его терзали сомнения. Правильно ли он поступает, меняя веру предков? Поймет ли его народ? Не слишком ли большую цену он платит за союз с Византией?
