Рис молча и как-то многозначительно кивнул, а тепло в глазах пропало. Убрал от меня руки и, развернувшись, направился к Рэму.
– Он сильно пострадал? – спросила, глядя на бессознательное тело парня.
– Не знаю, – отозвался Дарис, осторожно ощупывая тело Рэмира. – Жив. Позвоночник целый. Кости вроде тоже. Но медицинская помощь ему точно нужна.
– Значит… нужно вызывать медиков?
– Это породит много лишних проблем, – вздохнул Рис. – Потому, Делька, мы поступим иначе. В третьем корпусе есть медицинский бокс. Нам нужно всего лишь доставить этого придурка туда.
– Как?
– Ручками, – хмыкнул Дарис. – Я сам его не донесу, так что тебе придётся помогать.
– Так он же тяжёлый!
– Ну, давай бросим его здесь, – развёл руками Дарис. – Или можешь сразу идти признаваться в своём проступке. Ты, Делька, применила против человека дар, который не контролируешь. Плюс ко всему, ты едва этого самого человека не прикончила. За это грозит суд. И поверь, в изоляторе тебе не понравится.
Суд? Изолятор? Спасибо, что-то мне не хочется.
Да после такой пламенной тирады я первая подскочила к лежащему на земле Рэмиру и обхватила того за ноги и попыталась поднять! Рис же, видя такое моё рвение, тихо и как-то нервно рассмеялся, но комментировать не стал. Подхватил безвольное тело под мышки и скомандовал «Вперёд».
Глава 9. Скелеты в чужих шкафах
Тащили мы Рэма долго, хотя идти оказалось недалеко. При этом я трижды просто роняла этого тяжёлого гада, и если бы не Рис, то у бедолаги Рэма точно прибавилось бы травм. А когда его ноги выпали из моих рук уже в тёмной коридоре третьего корпуса, я не сдержалась и от души пнула бессознательное тело. В этот момент я так устала, что была готова просто бросить его прямо здесь. Руки уже тряслись от напряжения и не желали поднимать ничего тяжелее сумочки.
Рис видя моё состояние только вздохнул и дальше поволок гада сам. Благо до нужной комнаты оставалось совсем немного, а пол оказался выложен гладкими плитками. Но остановившись перед большим стеклянным боксом, Рис всё же опустил Рэма на пол и снова позвал меня на помощь.
– Его нужно раздеть, – сказал эмпат.
– Зачем? – спросила, не особенно хорошо сейчас соображая. – Камера сама избавит его от одежды.
– Затем, Делька, – раздражённо бросил Рис. – Она просто разрежет ткань. После этого от вещей ничего не останется, и кое-кому придётся идти обратно в свой корпус голым.
– Так ему и надо, – мстительно фыркнула я.
– Согласен, но нам не стоит привлекать внимание к случившемуся. Потому, иди сюда и помогай. Я, знаешь ли, не силён в раздевании мужчин.
– А я, по-твоему, сильна? – фыркнула, но всё равно присела рядом.
– Ну, у тебя же были в детстве куклы? Ты их раздевала, одевала?
– Были, но не такого размера.
– Не важно, – хмыкнул Рис. – Принцип тот же.
Он стянул с парня туфли, носки, расстегнул замки на брюках, ну а я, тяжело вздохнув, принялась за лёгкую куртку и футболку. С последней возникли проблемы: я высвободила руки из рукавов, потянула ткань вверх, но горловина оказалась слишком узкой, зацепилась за уши и никак не желала сниматься. Я поначалу ещё старалась действовать осторожно, но в итоге просто дёрнула, кажется, едва не оторвав бедному Рэму ухо. Тот даже застонал, но, к счастью, не очнулся.
– Ты изверг, – шепнул Рис, не скрывая улыбки.
Сам он закончил с брюками и уже хотел снять с Рэмира бельё, но, заметив мой взгляд, остановился.
– Стесняешься, Делька? – спросил, глядя на меня.
– Нет, – поспешила ответить, но всё равно отвернулась.
– А вот я стесняюсь. Значит пусть остаётся в трусах, – весело бросил Рис.
И поднявшись на ноги, дал мне знак открыть крышку бокса.
Общими усилиями мы затолкали нашего бедолагу в медицинскую камеру, Дарис набрал на табло какие-то цифры и запустил программу диагностики и лечения. Когда установка пикнула, известив о начале работы, парень просто отошёл к ближайшей стене и устало присел на пол. Сейчас он выглядел вымотанным и будто опустошённым. Честно говоря, я ещё ни разу его таким не видела.
Чтобы не выдать себя, мы не стали включать освещение, да и не было в нём нужды – нам с лихвой хватало сияния местного ночного светила. Его свет проникал сквозь стёкла большого окна, заливал всё помещение и придавал обстановке этакий мистический налёт. И в этот момент, переводя взгляд на стекло медицинского бокса, я вдруг отчётливо поняла, что нам не удастся сохранить произошедшее в тайне.
И ладно, я со своими проблемами справлюсь. Мне не впервой попадать в неприятности. Но что будет с Рисом? Кто поможет ему? Он ведь вообще во всё это из-за меня влип.
– Рэм ведь снимал всё на свой комм, – проговорил эмпат, подняв на меня взгляд. – Там блокировка по голосу стоит. Сами мы до файла не доберёмся, так что придётся ждать, пока этот негодяй придёт в себя.
Я кивнула, признавая правоту Риса. Мне бы очень не хотелось, чтобы хоть кто-то увидел, как надо мной издевается какой-то гадкий боевик.
– И сколько ждать?
– Возможно, до утра, – ответил Дарис. – Система показала 4 часа до конца сеанса лечения, но могут быть обнаружены дополнительные повреждения.
– Ясно, – вздохнула я. – Спасибо тебе за помощь. Не знаю, что бы делала, если бы ты не пришёл.
– Как я мог не прийти? – спросил он, изобразив лёгкую улыбку. – Может у меня тайное увлечение спасать леди от всяких козлов?
– Герой? – улыбнулась я. И сама же ответила: – Герой. Но сейчас ты устал. Иди, Рис. Я сама как-нибудь дождусь пробуждения Рэмира.
– Нет, – ответил парень. – Я тебя одну с ним не оставлю. Да и вообще, Делька. Отправляйся-ка ты спать. Мы без тебя тут договоримся.
– Чтобы он тебе потом проблемы организовал?
– Они у меня в любом случае будут, – пожал плечами парень.
– Нет, – заявила решительным тоном. – Я сама завтра пойду к ректору и всё расскажу. У меня, между прочим, тоже видео на галути заснято. Так что не переживай.
– Делли, – проговорил Рис, опершись затылком на стену и прикрыв глаза. – Я напал на студента и нанёс ему физический вред. Так что мне всё равно придётся ответить.
– Ты же меня спасал!
– А кого это волнует? Рэмир прав, никто не станет за меня вступаться.
– Я стану! И отца подключу!
– Вот уж не стоит беспокоить лорда Грегора.
– Это мне решать, – заявила решительно. – Но если ты не хочешь тревожить моего отца, тогда я потревожу твоего.
И Рис вздрогнул. Вся его расслабленность слетела в один момент. Он напрягся и будто ощетинился. Словно меня угораздило затронуть именно ту тему, которой ни в коем случае нельзя было касаться. Вот только даже теперь я не жалела о сказанном.
– Не стоит, – ответил Дарис спустя несколько долгих секунд молчания. – Это ничего не даст. А я справлюсь. Мне не в первой.
Вот так. И ни единого лишнего слова. Ни одного намёка. То есть признаваться мы не желаем? Ладно.
– Думаешь, твой отец не поможет, когда узнает, что у тебя неприятности? – спросила я.
А Рис только усмехнулся – явно понял, какую игру веду. И что-то мне подсказывало: просто так он не сдастся.
– Делли, я давно большой мальчик, и сам отвечаю за свои поступки… и проступки, – сказал он. – Да и ты уже не маленькая девочка. Может, хватит всё время прятаться за папиной штаниной.
– К твоему сведению, я подключаю папу только в тех случаях, когда не вижу других выходов. И делаю это крайне редко. Знаешь, что… если Рэмир попробует навредить тебе через свои связи, то я наврежу ему через свои. И посмотрим, у кого руки окажутся длиннее. Но ты, Рис, точно из-за меня не пострадаешь.
– Делли, – он точно хотел попытаться меня переубедить, но почему-то передумал. Вместо этого изобразил дружелюбную улыбку и, хлопнув рукой по полу справа от себя, проговорил: – Иди сюда. Тут снизу проходит система отопления и подачи горячей воды в душевые. Потому и пол, и стена тёплые. Прости, сидеть больше не на чем.
