– Лим? – тонкие пальчики коснулись его волос, – что произошло? Почему я больше не чувствую ее? Ту, другую душу?
Она приподнялась на локтях.
Лимерий присел рядом, легкими движениями убирая растрепанные пряди с ее лица. Наклонился, целуя лоб, висок, щеки, губы. Чувствуя тепло кожи и радуясь этой победе. Грандиозной, самой важной в его жизни.
– Ее больше нет, родная. Она сыграла свою роль. Спасла тебя.
– А Яру?
– И ее тоже. Но больше так не делай. Не рискуй собой так необдуманно.
– Прости…
– Я хочу тебя кое о чем спросить…
– Да?
– У тебя есть паук?
– Конечно. Стефаний. Он очень вредный и непослушный. Но, кажется, изо всех сил старался не пустить меня из замка. Будто чувствовал, что там ждет беда. Нужно срочно отыскать его и успокоить!
Она шустро спрыгнула с кровати, словно и не лежала при смерти пятью минутами ранее. Все-таки, волшебство домовых – невероятная сила!
– Погоди, – Лим встал следом, ловя ее за руку и притягивая к себе, – я тоже хочу его поблагодарить.
– Ох, вряд ли вы подружитесь! – Сай заулыбалась. Чисто и светло, словно из детства. – Он у меня немного диковат и не любит посторонних.
– Уверен, мы найдем общий язык.
Лим чуть склонил голову, лаская взглядом любимые черты. Он не мог налюбоваться ими. И избавиться от мысли о потери, что чудом удалось избежать.
– Почему ты так смотришь? – она смутилась, чуть порозовев.
Он улыбнулся. Провел по ее щеке кончиками пальцев, склонился, слегка касаясь рта губами. Сайена замерла, и вдруг подалась навстречу, смыкая руки за его шеей.
Прижал к себе как можно крепче, углубил поцелуй, наслаждаясь волнами тепла, расходящимися по всему телу от сердца и чувствуя приятную дрожь по спине. Отстранился, заглядывая в фиалковые глаза.
– Ты – моя победа, Сай. Моя любовь. Моя жизнь.
Сайена счастливо заулыбалась.
Другого ответа он и не желал.
Конец
Бонусный рассказ. Предложение
Сайена торопилась из замка.
В Северные Долы пришло лето и хотелось за мимолетные деньки отсутствия сильных морозов завершить косметический ремонт в особняке. Лима не устраивало, что она ютится в комнатке завхоза, и сначала предложил ей целую башню в собственное распоряжение. Но ее угнетали стены замка. Этот громадный каменный исполин словно жил своей жизнью и обладал собственной энергией, душой. Сай постоянно чувствовала чье-то присутствие рядом, даже находясь в абсолютном одиночестве. А уж после нападения на Витморт оборотней и вовсе перестала чувствовать себя в безопасности.
Как же она была удивлена, когда в один из мрачных зимних вечеров Лимерий пригласил ее прогуляться в лес. Обычно он выступал ярым противником подобных прогулок.
Сначала они шли пешком, потом минут двадцать летели над лесом. Она никак не могла привыкнуть к способности некромантов летать, потому предпочла закрыть глаза и не видеть, как далеко внизу мелькают макушки заснеженных елей.
А когда они приземлились, некоторое время стояла с открытым ртом, не веря в то, что видит.
Лес расступился, являя взору небольшое озеро и трехэтажный особняк на берегу. Удивительно, мороз был нипочем озерной глади – кристально-чистая вода абсолютно не тронута льдом. Напротив, по берегу отсутствовал даже снег, пробивались зеленые растения, и даже цвели неизвестные ей голубые цветы.
– В этом месте особая магия, – прокомментировал тогда Лим, обнимая Сайену за плечи. – Особняк когда-то подарил моей маме отец. Она была южанка, а потому и чары здесь чуждые северу. Теперь он твой.
С того дня прошли три недели. Топатыч добровольно согласился перебраться к ней и теперь отвечал за уют и вкусную еду. Его страсть к готовке никак не угасала, напротив, даже набирала обороты и Сай, набрав аж два лишних килограмма, всерьез беспокоилась за свою фигуру. Горг начал отвешивать ей комплименты, а это самый тревожный звоночек из всех, какие только могли быть!
Стефаний, оказавшийся воплощением отца Лима, наконец, получил в свое распоряжение целый дом и теперь мог шастать, где душа пожелает, не рискуя оказаться раздавленным или прибитым каким-нибудь студентом. Но Сайена все равно брала его на занятия, дабы паучок подпитался магической энергией, а заодно и помог ей с дисциплиной в классе.
Она все чаще приезжала в особняк на волчьей упряжке, которую зачаровал Лимерий на полное подчинение ей. Первый раз было страшновато одной садиться в сани, запряженные четырьмя дикими животными, но каждый последующий раз давался все легче, а буквально позавчера волки впервые послушались ее мысленному зову. Лим сказал, что это знак добровольного подчинения и теперь ему необязательно сдерживать их разум, они сами выбрали себе хозяйку. Но Сайена просила и дальше продолжать контролировать их. Мало ли, что может переклинить в мозгах у этих зверей.
Лето в Витморте мало чем отличалось от зимы. Мороз стал немного слабее, чаще шел мягкий пушистый снег, и небо развиднелось, напоминая, что оно все же голубого цвета, а не темно-серого.
Но, если признаться, убегала Сай сейчас из замка не совсем по причине хорошей погоды и затянувшегося ремонта. Сегодня шел десятый день, как она вынудила Элен признаться Артану в их родственных связях, и та теперь жестоко мстила за последствия. Сложно пересказать, в каком он был шоке. Закатил жуткий скандал призраку матери, запретив ей в наказание свободно блуждать по замку. Конечно, скоро он упразднит это правило, но Элен Сайену вряд ли простит. Уже два раза на нее падали книги с полок, взрывались зелья на уроках, сами по себе разбивались окна в аудитории, а недавно так вообще: вся еда, что клала себе в тарелку, мгновенно прокисала! В общем, находиться в замке стало невыносимо. Пожаловаться Лиму или Артану совесть не позволяла. Несмотря ни на что, Сай чувствовала себя виноватой. Все-таки, не надо было так принижать гипертрофированные материнские чувства Элен.
Если говорить об Артане – у него только-только все наладилось в сердечных делах: приворот окончательно выветрился из крови, Яра начала ладить со своими новообретенными ведьмовскими чарами, и они, наконец, пришли к обоюдному согласию связать друг с другом судьбы. На днях Ярине исполнилось восемнадцать, и они по всем правилам провели ритуал бракосочетания. Стоило так долго водить себя и ее за нос? Сай еще не раз припомнила ему о глупом самолюбии и стремлении контролировать всё и вся. Целый год он издевался над собой и этой девочкой, не решаясь послушать собственное сердце! Слава Богам, все кончилось хорошо. Правда, парочка из них вышла такая же взбалмошная и чуток ненормальная, как и они оба вместе взятые.
– Сай! – оклик за спиной отвлек от мыслей.
Обернулась, расплываясь в мягкой улыбке. Лимерий торопился к ней по мосту, держа в руках какой-то сверток.
– Еще так рано, а ты уже торопишься сбежать!
Он ступил на твердую поверхность заледенелой земли и машинально обнял одной рукой, завлекая с собой по тропинке к лесу. Неподалеку переминались с ноги на ногу волки, но Лим провел Сайену мимо саней.
– Хочется больше проводить времени на свежем воздухе, – слукавила она, прижимаясь к телу любимого. – Лето ведь здесь скоротечно.
– Все верно… И ничего тебя в замке не тревожит? – будто знал о конфликте с призраком.
– Ты догнал меня, чтобы спросить об этом? – постаралась уйти от ответа.
Отстранилась и прошла немного вперед. Обернулась, ловя взгляд карих глаз. В груди тут же потеплело, по коже прошлась приятная волна легкой дрожи. Сай никак не могла привыкнуть к этому взгляду. Словно она – единственная ценность в его жизни.
Стоит вспомнить бабушкины слова, которые в очередной раз оказались верными: «Если мужчина тебя любит, ты почувствуешь это. В равной степени, как и тот момент, кода любовь угаснет». Сай и не задумывалась, что когда-нибудь наступит тот самый, второй момент. Она тонула в его глазах, объятиях, и неповторимых чувствах, в которые нырнула с головой. Хотелось верить, что это будет длиться вечно.
