Кроме того, печать Сципион всё ещё пыталась убить ведьмочку, так что мы с Вийонами должны были немедленно приступить хотя бы к той части плана, к выполнению которой мы готовились. Но, что если этим мы только спровоцируем Регину?
С такими мыслями я стоял возле постели Октавии вместе со своими союзниками и думал, как поступить.
Но всё сводилось к тому, что любое действие в отношении нашей пациентки несло в себе слишком сильный риск.
Всё упиралось в непредсказуемость Регины. Чего она добивается на самом деле? Хочет заманить меня в ловушку или просто лишить сильной союзницы?
Действительно ли она ждёт, что я буду с ней «играть» так как она хочет? Или может быть понимает, что поставила практически невыполнимые условия, а значит рассчитывает, что я снова выйду с ней на связь и начну торговаться?
Вполне возможно, что она действительно готова продать жизнь Октавии за пару моих секретов. Чужие тайны — всегда были её слабостью.
И я даже мог бы пойти на такую сделку, если бы был уверен, что на этом всё закончится. Но, если уж Регина запустила куда-то свои когти, то так просто добычу не отпустит. Пойдя один раз на сделку с шантажистом, на всю жизнь окажешься у него на крючке
Октавия продолжит жить как на пороховой бочке, а вместе с ней и я. Потому что теперь отвечаю за её судьбу. Я пообещал защитить её от Регины и не привык разбрасываться словами.
И у меня был один-единственный способ сделать это прямо сейчас.
Защитный ритуал Рихтеров.
Тот самый, который сохранил моё тело в целости и сохранности и помог мне выжить даже когда чужое заклинание активно пыталось меня убить.
Тот, которой позволило нам, в конце концов, вернуть к жизни юных Рихтеров из другого склепа.
У него была одна важная особенность, под его воздействием тела словно застывали вне времени и пространства. На них не действовали никакие физические законы, да и от магического влияния, этот ритуал тоже хорошо защищал.
А если внести в него пару правок, то уверен, что я смогу буквально спрятать Октавию от Регины.
Она перестанет её чувствовать так, словно та исчезла из мира живых и, соответственно, убить её уже не сможет. Даже с помощью своей куколки.
Конечно, стопроцентной защиты не даст даже этот ритуал. В конце концов, мои таинственные враги нашли способ повесить сверху другое заклинание, которое сильно испортило наши планы.
Но на расстоянии нечто подобное провернуть просто невозможно. Так что Октавия будет в безопасности, пока сюда не заявится Регина собственной персоной или ещё какой-то сильный заклинатель. А уж на своей территории я готов её встретить.
В любом случае, это сделает нашу задачу по защите Октавии гораздо проще, потому что не придётся каждую секунду держать в уме, что княгине Сципион надоест её игра, и она решит мгновенно всё закончить.
Причём я знал, что когда она говорила про час или месяц, то вовсе не шутила. Скорее даже преуменьшала степень наших проблем.
Она вполне могла убить Октавию уже в эту минуту, а потом расхохотаться мне в лицо.
Так что на счету была буквально каждая секунда.
И, приняв решения, тянуть я не стал.
К счастью, в замке моей ведьмочки хранилось всё, что могло пригодиться для ритуала.
По крайней мере мне не пришлось долго искать магические чернила, которыми я собирался начертить нужные знаки, вокруг её кровати и комнаты и даже на самом её теле.
Конечно, охранять её было бы проще в моей резиденции, но везти ведьмочку туда прямо сейчас точно плохой вариант. Лучше уж разобраться с этим попозже.
Так что я взялся за работу, попутно объясняя Вийонам, что нам сейчас нужно сделать.
Услышав о Регине Сципион, они, как и ожидалось, мигом побледнели и покрылись холодным потом.
— Надеюсь, она не заявится сюда прямо сейчас, — нервно сглотнув, сказал Морис.
— Не заявится, — ответил я, — она не станет так рисковать и соваться ко мне без подготовки. Кроме того, вы забыли, что мы пока ещё не открыли метро для всех. Так что она может прилететь сюда только на дирижабле.
— Ну да, — немного успокоился он, — после того, что случилось с Катариной, повторять это она вряд ли захочет. Но честно говоря всё равно страшно. Очень страшно!
— Если бы мы знали, что это такое, — согласился с ним Клод, — но мы не знаем, что это такое!
Он имел в виду саму Регину и магию рода Сципион. Действительно, свои секреты ведьмы берегли с особой тщательностью. И за эти два дня Вийоны узнали больше кошмарных подробностей, чем за всю свою жизнь.
До этого момента они, конечно, знали, что ведьмы — сильные заклинательницы, но понятия не имели как сильно они продвинулись в ментальной магии.
Так что теперь мысль о том, как просто можно оказаться в полном подчинении у безумной княгини, приводила их в настоящий ужас.
— А я ещё думал, что это некроманты самые страшные… — прокомментировал новую порцию информации Морис, — простите, Максимилиан, за откровенность.
Я машинально кивнул, занятый ритуалом. А Клод добавил:
— Чувствую, что я начинаю стремительно любить местных химер. Среди них есть много довольно милых существ, в самом деле.
Вийоны продолжали переговариваться, радуясь, что Катарину победил я, а не Регина, и что им хватило ума занять мою сторону.
Я в разговор не встревал и даже почти его не слушал. Мне нужна была полная концентрация, чтобы не упустить какую-либо деталь, через которую сможет пробиться Великая Княгиня.
Но задача Вийонов сейчас была гораздо более простой, так что им болтовня совсем не мешала. Даже, наоборот, насколько я мог судить, таким образом они поддерживали свой моральный дух.
Ещё бы! Любой нормальный маг с работающим инстинктом самосохранения уже бы сбежал отсюда сверкая пятками, только узнав, кому мы сейчас противостоим.
К чести лекарей, в такой ситуации они вели себя вполне спокойно и отлично делали свою работу.
С первой частью ритуала я справился всего за полчаса. И теперь мог ненадолго выдохнуть. Работы предстояло ещё много, но главная задача выполнена. Регина больше не может просто так прикончить Октавию по любому своему капризу.
Вот только, до настоящей победы было ещё далеко.
Проблема в том, что мой ритуал будет действовать только до того момента, пока ведьмочка остаётся в подвешенном состоянии между жизнью и смертью.
Стоит нам позволить ей очнуться, как ниточки контроля Сципион снова в неё вцепятся.
И, полагаю, что Регина прикончит её в этот же момент. Вряд ли ей понравилось то, как я сейчас щёлкнул её по носу. Так что второго шанса она нам уже не даст.
А значит, я всё равно остаюсь перед тяжёлым выбором.
Если я хочу вновь увидеть Октавию не в образе спящей красавицы в хрустальном гробу, то мне всё равно нужно отнять её биологический материал у Регины.
Каким образом? Здесь тоже лишь два варианта, выкрасть или вырвать из её мертвых рук.
Меня устраивали оба. Но как это провернуть?
Конечно, я мог просто отложить решение этого вопроса до момента, пока клан Рихтер, да и я сам не окрепнем достаточно, чтобы объявить ей открытую войну. С Октавией при должной охране за это время ничего не случится.
Но я практически сразу его отмёл.
Во первых, Княгиня Сципион воспримет бездействие за слабость. А раз так, то эта психопатка будет искать всё новые и новые способы меня достать. Я буду вечно в роли обороняющегося. Это, если мягко выразиться.
Если жёстко, я стану для Регины желанной добычей, жертвой. И это даже не будет преувеличением.
С такими как она нельзя давать даже малейшей слабины. Она и так знает, что я не тот, что прежде. И, если она успеет, развернуть вокруг меня свои сети в полную силу, то даже мне будет сложно из них выпутаться.
Более того, могут пострадать все, кто находятся вокруг меня. Она и глазом не моргнув перебьёт всех до кого только сможет дотянуться. В то время, как я вряд ли смогу защитить каждого.
Так что время всё равно играло против меня.
Сейчас нужно действовать быстро и решительно, как никогда.
