— Думал, что откажешься, — хмыкнул мой почти бывший жених.
— Шея дороже гордости, — честно призналась я.
Будем падать только вместе! В одиночку я с этой лестницы в преисподнюю не покачусь!
— В академии говорят, что у тебя не язык, а змеиное жало, но я недоумевал, кого ты вообще способна ужалить. Теперь понимаю, о чем шептался народ, — самым любезным тоном, словно сыпал не гадостями, а комплиментами, поделился размышлениями Алекс.
— Представляешь, как мне приходилось сдерживаться? — не стала отпираться я.
— Зачем? — бросил он на меня взгляд искоса.
— Думала, если буду хорошей, то ты в меня влюбишься.
Спустившись, мы приблизились к Чейсам-старшим. Увидев, что мы держимся под локоток, как настоящая пара, готовая летом с такими же торжественными минами отправиться в храм к брачной чаше, Энтон удовлетворенно кивнул.
— Госпожа Чейс, вы потрясающе выглядите! — с восхищенной улыбкой обратилась я к Ирэне, только-только закончившей разговор с кем-то из гостей.
— Уж точно не лучше тебя, моя дорогая, — улыбнулась женщина в ответ.
Гости прибывали. Здоровались, отвешивали ничего не значащие, пустые комплименты, осматривались.
— Какое чудное украшение, — тихонечко, чтобы никто не услыхал, промурлыкала Ирэна и указала на узор, украсивший мою руку.
— Подарили на Новый год безделицу, — не ожидая подвоха, пояснила я.
— Вот как… — Она таинственно улыбнулась и пригубила из высокого бокала мутно-белый напиток, по всей видимости, какой-то коктейль. — Не знала, что теперь живые украшения Энариона считаются безделицами. Похоже, я безнадежно отстала от жизни.
Насмешливо отсалютовав мне бокалом, она немедленно вернулась к супругу, встречающему прибывающих гостей, а я ошарашенно пыталась переварить новость. Если Ирэна права, то «безделица» на моей руке стоила достаточно, чтобы никогда в жизни больше не принимать с ней горячую ванну… И немедленно вернуть дарителю, едва закончится новогоднее мучение.
— Что тебе сказала маменька? — нахмурился Алекс.
— Что стоило надеть колье и не кривить физиономию, — сухо отозвалась я.
— Изредка она дает дельные советы, — с ехидцей хмыкнул он и вдруг оцепенел.
Даже на расстоянии ощущалось, как напряглось его поджарое тело, упакованное в смокинг. Невольно я проследила за взглядом жениха, устремленным в сторону входной двери. Слуги суетливо помогали раздеться ректору Ос-Арэта с супругой. Вместе с ними в дом зашла компания студентов, видимо, приглашенных на традиционный академический ужин в канун Нового года.
Не представляю, чем Чейс-старший подкупил главу учебного заведения, разве что красочным фейерверком в полночь, но увидеть Ноэля в поместье было одновременно странно, волнительно и очень похоже на сон.
Он передал пальто прислуге и, как всегда, безошибочно глазами отыскал меня. Мы обменялись долгим проникновенным взором, а потом сдержанно друг другу кивнули, как хорошие знакомые, но не настолько близкие, чтобы обниматься при встрече.
Ноэль с бесстрастным видом повернулся к друзьям. Я перевела взгляд на новую пассию Алекса, появившуюся в особняке вместе с другими гостями. Она осматривалась в роскошном холле с робостью человека, впервые попавшего в серпентарий к аристократам. Застенчиво улыбнулась горничной, должно быть, предложившей унести верхнюю одежду в гардеробную комнату для гостей.
— Теперь я понимаю, что именно имел в виду твой отец, говоря, что обо всем позаботится, — насмешливо прокомментировала я возникновение стипендиатки на приеме. — Пойдем его порадуем? Вдруг он будет счастлив и подарит тебе на Новый год что-то стоящее. Ты не просил у светлых духов Нового года коняшку или…
— О чем ты, Шарлотта? — Александр резко перехватил меня за локоть, заставив остановиться.
— Твой отец решил продемонстрировать, кто в доме хозяин и кто в этом же доме настоящая невеста. Боюсь, твоей мышке с книжкой придется пережить встречу с реальным миром.
— У нее есть имя! — процедил он, не зная, к чему прицепиться.
— Очень рада, но не нахожу ни одной причины, почему должна его помнить.
Обмен любезностями с ректорской четой был коротким, но достаточно емким, чтобы у окружающих создалось ошибочное впечатление, будто мы ближе, чем были на самом деле. Наверняка умненькая стипендиатка с прекрасными магическими способностями, упрямо кусающая губы и подчеркнуто избегающая смотреть на нас с Алексом, считала, будто я поступила в одну из лучших частных академий королевства, не пошевелив ни одним из двух накрашенных блестками мизинчиков. Просто принесла документы и отправилась почитывать мертвые языки в толстых фолиантах.
К огромному сожалению, поступать мне пришлось в общем потоке, и я едва не провалилась! Да и учеба, мягко говоря, простой не оказалась. На единственной дочери Гатри Тэйра преподаватели отыгрывались за все поколения мужчин нашей семьи, прежде окончивших Ос-Арэт. Страшно представить, в какой ад превратилась бы моя жизнь, окажись я на факультете высшей магии.
— С господином Коэном вы, полагаю, знакомы. — Ректор указал на Ноэля, прежде стоящего за его плечом.
— Добро пожаловать в наш дом, — изображая благодушие, поприветствовал Чейс-старший. — Как вам Шай-Эр? Уже привыкли к местным нравам, господин Коэн?
— Вполне… Люди здесь приветливые, — ответил он. — К слову, пару дней назад мне рассказали о традиции застольных игр. В одну я даже сыграл. Было познавательно и весело.
У меня вспыхнули щеки и появилось непреодолимое желание начать избавлять мир от северных варваров с помощью любимой чугунной кочерги.
— Шарлотта, ты хорошо себя чувствуешь? — заботливо уточнила супруга ректора.
— Простите? — отвлеклась я от мысленной расправы над Коэном.
— У тебя покраснели щеки.
Да демоны вас всех раздерите! Если еще секунду назад всем было наплевать, как я себя чувствую, то теперь обернулись даже Рэдмин с Эйнаром, спокойно ожидающие окончания приветственной церемонии. Теперь только слепой не увидел моей пылающей физиономии, а таковых среди собеседников не нашлось.
— В зале душно, — соврала я.
— Ноэль, мы должны вас поблагодарить, — вдруг произнес Энтон, вызвав у нас всех немой вопрос. — Вы помогли нашей дорогой Шарлотте успешно сдать экзамен по северному диалекту.
Я-то полагала, что главными звездами вечера назначили Алекса с его девушкой-простушкой, и не ожидала откровенного выпада в свою сторону. Хорошо, что покраснеть еще сильнее мне не удалось бы чисто физически. Однако Ноэль не повел бровью:
— Думаю, нам еще стоит поработать над самобытным акцентом. Что скажешь, Шарлотта?
Я подавилась на вздохе и ничегошеньки не сказала. В общем, как всегда, в нужный момент блеснула интеллектом и смекалкой, как выкрутиться из неловкой ситуации. Да что тут попишешь? Конспиратор из меня вышел посредственный.
Пока я строила страшные глаза Ноэлю, с трудом сдерживающему смех, пришла очередь публичной порки Алекса.
— А вы, должно быть, Елена Эридан, — в знакомой неприятной манере прокудахтал Энтон, обращаясь к девушке своего сына. — Одна из самых перспективных студенток третьего курса.
— Спасибо за приглашение, у вас очень… Кхм… — Она нервно покосилась на Алекса, изображающего бесстрастное дерево, но поддержки или подсказок у дуба не получила, поэтому выкрутилась сама: — У вас очень красивый дом.
— Добро пожаловать в наш очень красивый дом, — давая понять, что неловкость замечена, отозвался Энтон. — Я видел ваши результаты на конкурсе по высшей магии. Ей-богу, впечатляет!
— Благодарю, — зарделась девушка, не понимая, что сейчас ее припечатают какой-нибудь гадостью. Энтон всегда осыпал комплиментами, прежде чем унизить человека.
— Полагаю, вы — лучшее вложение денег учебного фонда Чейсов за последние десять лет, — проговорил он с милейшей улыбкой химеры, застрявшей в личине крокодила. — До сих пор помню, как я подписывал грамоту на вашу стипендию. Верю, что вы нас не подведете и не разочаруете.
Щеки Елены вспыхнули. Вообще, получить недвусмысленное напоминание, что учеба в частной академии оплачивается из кармана родителей парня, в сторону которого она неровно дышала, весьма неприятно.
