– Да не может этого быть… – чуть хрипло проговорил Рис себе под нос.
И всё же стоило признать, что он на самом деле чувствует себя достаточно хорошо. Да, сил пока не было, движения получались дёрганными, рваными, но так происходило всегда после восстановления сильных повреждений.
А ведь он уже попрощался с жизнью.
Но как такое возможно?!
Медленно выбравшись из капсулы, Дарис поднялся на ноги и кое-как доковылял до окна. В теле всё ещё ощущалась сильная слабость и, чтобы не упасть, ему пришлось вцепиться в подоконник. Пейзаж радовал своей привычностью: белые трёхэтажные здания, светлые крыши, много зелени, раскидистые деревья. Но это значит, что он до сих пор в Белом Университете. А ведь первой мыслью было, что его выкрали бывшие соратники.
– Уже ходишь? Это хорошо, – голос ректора прозвучал так неожиданно, что Рис вздрогнул.
Эмпат резко обернулся и едва не грохнулся на пол – лишь чудом устоял, снова схватившись за выступ подоконника. Такая слабость была для него непривычна, но даже сейчас он пытался держаться с достоинством.
– Хожу, – ответил он на заданный вопрос.
Лорд Трелли кивнул и только теперь закрыл за собой дверь.
– Лучше приляг, – сказал руководитель университета.
Рис послушался. Он и сам чувствовал, что ему пока не стоит напрягать организм. Потому покорно проковылял к кровати, стоящей перед медицинской капсулой, и облегчённо выдохнул, едва его голова коснулась подушки.
– Почему я жив? – вопрос вырвался у него сам собой.
– Тебя это огорчает? – хмыкнул ректор.
– Меня это безумно радует, – совершенно серьёзно ответил Дарис. – Но всё же, почему? Вы ведь озвучили намерение привести приговор в исполнение. Там было множество свидетелей. И я… жив?
Лрод Трелли молчал, наверное, целую минуту. Затем опустился на стул и устало откинулся на спинку.
– Я не смог, – тихо проговорил лорд Трелли.
Это признание стало для Дариса настоящей неожиданностью.
– Знаешь, настоящим палачам проще, – хмыкнув, продолжил ректор. – Они не знают тех, кого казнят, – А я за прошедшие два года умудрился к тебе привязаться.
Рис просто не нашёл слов, чтобы ответить. Ведь если верить ректору, то получается, что он сознательно нарушил предписание суда – пощадил того, кого обязан был убить.
– И не смотри на меня так удивлённо, – бросил лорд Трели. – Рис, у меня нет детей. Нет даже племянников. Я был единственным ребёнком в семье родителей, а моя собственная личная жизнь не сложилась. Мне скоро семьдесят, пусть и выгляжу моложе. Я всегда справедливо считал себя циником, помешанным на науке. И тут появляешься ты – мальчишка, наломавший в своей жизни столько дров, что страшно представить. Конечно, я пытался тебя воспитывать, но ты же сопротивлялся. – Он медленно вздохнул и добавил: – Может, если бы я изначально принял тебя иначе, лучше, то всё сложилось бы не так. Но… мне навязали преступника. Смертника. И я был уверен, что тебя пощадили только из-за того, что ты сын лорда Эргая. Далеко не сразу я понял, насколько у тебя уникальный и сильный дар.
– Вы не убили меня, – сказал Рис, впервые глядя на своего палача… как на простого человека, со своими слабостями. – Но что теперь? Если станет известно, что вы не справились со своими обязанностями, у вас будут проблемы с судом.
– Официально ты – казнён. Тебя больше нет. Твой идентификационный чип теперь чист. А ко второму… есть доступ только у меня, а я им пользоваться не буду. Но ты всё же найди способ от него избавиться.
Всё происходящее было настолько странно, что поверить в это просто не получалось. Ведь Рис всегда воспринимал ректора этаким злобным тюремщиком, которому плевать на своего подопечного. Он не чувствовал эмоций этого человека, и потому глупо принимал за правду тот образ, который сам себе составил.
– Значит, вы меня отпустите? Дадите уйти? – не узнавая своего голоса, спросил Дарис.
– Да, – предельно серьёзно ответил лорд Трелли. – Но пока ты был без сознания, кое-что случилось. И я думаю, что ты сможешь помочь с решением этого вопроса.
Дарис сразу понял, что дело в Аделии. У него просто не было других вариантов. Потому, резко сев, взволнованно выпалил:
– Что с ней?!
– Тише, – ректор поспешил уложить своего подопечного обратно. – Не нервничай. Но ты правильно понял. Леди Тен Алор пропала.
– Когда? – голос прозвучал сдавленно и очень тихо.
– Два дня назад, – отозвался лорд Трелли. – Я пока не сообщал её отцу. Буду ждать до последнего, пока он сам не начнёт её разыскивать. Возможно, Аделия, и правда, сбежала. По крайней мере, камеры наблюдения показали, что ушла она сама.
– Я её найду! – решительно заявил эмпат. – Клянусь вам.
– Верю тебе на слово, Андарис. – Ректор назвал его полным именем, что уже само по себе было удивительно. Вот только Рис уже устал удивляться.
Лорд Трелли будто нехотя поднялся на ноги, явно намереваясь уйти.
– До вечера ты должен полностью восстановиться. Эта палата расположена отдельно от остальных. Здесь обычно приводят себя в порядок преподаватели. Но сейчас я официально закрыл её на ремонт. В два часа ночи на тридцать минут отключу камеры. За это время ты должен покинуть территорию университета. И не смей кому-то попасться на глаза.
– А как же мёртвое тело? Возникнут вопросы… – начал Рис.
– Тело уничтожено в огне, как того и требуют правила для заключённых. Тебя не должны искать. Но если вдруг будут… если попадёшься…
– Я сообщу, что сам сбежал. Или что мне помогли бывшие соратники. О вас не скажу ни слова.
– Лучше не попадайся. Потому что второй раз тебя точно не пощадят.
Он уже направился к двери, когда его остановил голос Риса.
– Спасибо вам за всё, – сказал эмпат. – Я ваш вечный должник.
– Знаешь, для меня будет лучшей наградой, если ты сумеешь вернуть себе нормальную жизнь. Ты хороший парень, Рис. Не смотря ни на что, я благодарен Великой Вселенной за встречу с тобой.
И он ушёл, оставив своего подопечного одного.
Дарис снова лёг на подушку и прикрыл глаза. Сейчас всё происходящее оказалось для него невероятным сюрпризом – да что говорить, ему же фактически подарили шанс на жизнь. И любой адекватный человек взял бы ноги в руки и скрылся в неизвестном направлении. Вот только Рис просто не мог спокойно залечь на дно. Не мог, пока не убедится, что с Аделией всё хорошо.
Как ни удивительно, но его новый галути в невидимом состоянии до сих пор летал где-то рядом и покорно откликнулся на мысленный вызов хозяина. Рис попытался связаться с Делькой, но она не отвечала. Никаких сообщений для него тоже не было, что не удивительно, ведь о наличии у него галути знала только Аделия, а она сейчас уверена, что Рис погиб.
Ректор сказал, ждать вечера, но начинать действовать следовало уже сейчас. Потому, недолго думая, Дарис мысленно надиктовал галути сообщение и отправил Лёшке. И пусть ему не хотелось впутывать друга в новые неприятности, но сейчас никому другому он доверять не мог.
* * *
Когда-то мне пришлось два года прожить детском приюте. Не могу сказать, что мне там нравилось, или что это дало мне в жизни какой-то бесценный опыт. Нет. Там было довольно скучно, серо и не интересно. Но именно в то время я научилась мастерски притворяться спящей. Никогда не думала, что наступит день, когда это умение станет для меня так важно.
– Мне вот интересно, они там, что совсем рехнулись? Выкрасть дочь Грегора Тен Алора?! – с возмущением выдал тихий женский голос. Его обладательницу звали Фена. И она вообще любила поговорить.
За прошедшие два дня, что меня держали в этой комнате, я уже научилась угадывать по голосам каждого, кто здесь появлялся. Их было четверо, дежурили они попарно. И что самое гадкое, одну меня не оставляли ни на мгновение.
– А по мне, так это отличная идея, – ответил ей высокий мужской голосок. Это – Тили. Низкорослый парень, который единственный из всех смотрел на меня с сочувствием.
– Почему? – спросила Фена. – Сколько ни думала, никак понять не могу.
