Дыхание перехватило, и несмотря на то, что меня в любой момент могли убить, сердце радостно затрепетало: я нужна ему! Визул не ошибся!
— Ты не можешь отказаться! — рассерженно воскликнула Талина. — Клянусь, об этом узнают…
Старуха внезапно захрипела, упала и почти мгновенно обратилась в прах.
— Правильный выбор, — удовлетворенно кивнул Визул.
И тут на комнату обрушилась тишина. Исчезли все звуки, словно уши залили воском. Я со страхом посмотрела на полыхающую границу круга. Подсвечники накалились, ореол темной энергии вокруг них стремительно возрастал. Видимо, раньше эту силу контролировала вампирша, а теперь удержать ее было некому.
Мрачные Арт и Анхайлиг одновременно закрылись щитами. Сначала тьма прорывалась отдельными дымными щупальцами, которые разбивались о стены, оставляя на тех угольные кляксы. Но защита круга все слабела, и вот бесконтрольная энергия вырвалась за пределы заклинания. Я испуганно вскрикнула и непроизвольно сжала руку Визула.
— Не бойся. Рядом со мной очень сложно умереть, если я этого не хочу, — одними губами улыбнулся он.
Интересно, почему вся эта сила не выходит за границы комнаты?
Я прищурилась и вдруг поняла, что в стены этой комнаты вплетены мощные защитные чары. Что ж, и то хорошо: хоть на голову ничего не рухнет.
Наконец ураган иссяк, оставив только выжженный круг, разрушенный алтарь и стены, покрытые инеем. Подсвечники превратились в оплавленные золотые лужицы.
Вот и все.
Правда, отпускать меня светлый архимаг не спешил. В душе зашевелились нехорошие подозрения, а сердце испуганно застучало. Ну почему я тогда не взяла у Арта ожерелье? Гордость взыграла? Вероятно, представилась бы возможность использовать телепорт, а теперь пропала и надежда на силу архивампира. Визул победил, и все из-за меня!
— Визул, ведь она больше не нужна. Оставь девушку, — разорвал тишину Анхайлиг. — Светлый, неужели в тебе ни капли благородства не осталось?
— Кто бы говорил о благородстве! — тотчас ощерился Визул. — Один из вас очернил ее душу, другой вообще держал рядом лишь для того, чтобы принести в жертву. — Архимаг вдруг обратился ко мне: — Посмотри на них, Амелинда. Вспомни наш разговор. Я защищаю своих людей, никого не оставляю в беде и никогда им не лгу. Делал ли твой архимаг для тебя хоть что-то подобное? А этот… монстр? Ты ведь, уверен, даже и не знаешь, как на самом деле выглядят архивампиры? Вижу, не знаешь. Он не рискнул бы тебе это показать. Артур только играл на твоих чувствах, использовал, чтобы добиться своей цели. И даже то, что ты подходишь ему, его не смутило. Милая, ты жива не потому, что Артур жалеет тебя, а потому, что у него просто нет иного выхода — против инстинктов сложно пойти. Но это не значит, что ты ему такая нужна, у вас даже детей быть не может. Я мог бы убить тебя, чтобы ослабить его, но когда говорил о том, что вижу чистоту твоей души, — я не лгал. И снова предлагаю помощь. Посмотри на них и спроси себя, Амелинда, действительно ли ты хочешь вернуться? Подумай и скажи искренне. Если да, обещаю, отпущу тебя.
А ведь он прав. С каждым словом архимага я понимала это все отчетливей.
— Прекрати, Визул. — Анхайлиг поморщился. — Что ты хочешь теперь доказать?
— Что твое влияние не настолько велико, как все считают! — крикнул светлый, и что-то во мне изменилось.
Даже если Визул и прав, я все равно не желаю иметь ничего общего с безумным фанатиком, угрожающим уничтожить всех темных. Эх, если бы не Скрижаль! Вот ведь она, совсем рядом, Визул сам поднес к ней мою руку, и если схватить чуть выше, за цепь… Нет, не смогу. Ни один темный не сможет, Скрижаль доступна только светлым, да и магия защищает ее от чужих рук. Однако в момент обращения рассеивается любая магия! Пусть ненадолго, но много времени и не нужно!
Вдруг я перестала бояться, что умру, думала только о том, как успеть сдернуть Скрижаль до этого. Я просто обязана успеть, ведь больше такой возможности ни у кого никогда не будет!
Сердце сжалось, а потом бешено застучало. Надеюсь, лесные эльфы оказались правы, и во мне достаточно крови Ари для того, чтобы скрыть свои истинные намерения.
Я подняла голову и посмотрела прямо на Визула:
— Вы действительно можете мне помочь?
Пронзительные глаза, казалось, в один миг просмотрели мою душу, а потом он рассмеялся.
— Ты проиграл, Анхайлиг, — сказал Визул.
Я взглянула на некроманта, ожидая увидеть на его лице осуждение, презрение, но ничего. Равнодушие и собранность.
— Извините, — прошептала я, и на меня обрушился слепящий водопад.
Здесь не было никакой границы, никакого выбора. Просто в одно мгновение все вокруг вспыхнуло, и мир изменился. Потеплел на руке браслет Двайны, знакомая фигура в потоке света счастливо улыбнулась. Мягкий, убаюкивающий океан чистой силы, в котором хотелось раствориться без остатка и забыть обо всем… Вспомни, зачем ты здесь. Вспомни!
Резко открыв глаза, я вцепилась в цепь и рванула Скрижаль на себя.
В то же мгновение комнату поглотила Тьма. Визул не успел даже вскрикнуть: несколько темных вихрей ужасающей мощи распылили его практически сразу. Меня пробрала дрожь: вокруг, за границей мягкого сияния, бушевал темный водоворот такой мощи, что стало ясно — одним Анхайлигом тут не обошлось. Не в силах смотреть на происходящее, я зажмурилась и крепко прижала Скрижаль к груди. Слишком уж хрупкой и невесомой казалась ее защита.
Однако ничего не происходило. Мир вокруг успокоился, и я нерешительно открыла глаза. В небольшой комнатушке стояли архимаги Темного Круга и все как один смотрели на меня.
Неужели все закончилось? Весь этот ужас наконец позади?
Скрижаль Мораны ободряюще потеплела. Я вгляделась в ее мерцающее сияние и отчетливо поняла, что теперь никто не сможет причинить мне вреда. Ни архимаги, ни вампиры, никто в мире не способен на это. И почему Анхайлиг и другие такие хмурые? Почему боятся Скрижали? Ведь она прекрасна!
Со счастливой улыбкой я оглядела окружающих и внезапно натолкнулась на полный печали взгляд Арта. Так же он смотрел на меня в последние минуты на плато.
И все вернулось. Спало очарование Скрижали. Улыбка Двайны, холодный лик Мораны — ничто теперь не имело значения. Остался только взгляд, от которого сердце невольно забилось быстрее. Нет, в моих чувствах к вампиру не изменилось абсолютно ничего, хотя теперь мне уж точно не на что надеяться. Я постаралась прогнать слезы. Винить тут некого — сама сделала такой выбор.
Резко развернувшись, Арт быстро покинул комнату. А потом пришла боль. Душевная боль, которую не могло исцелить никакое сияние.
На негнущихся ногах я подошла к Анхайлигу и разжала руку — Скрижаль Мораны с глухим стуком упала на дно обсидианового ларца.
Дальнейшее помню смутно. Поздравления окружающих, сияющая Рэй, Амалика, расписывающая преимущества факультета целителей перед обучением у элементалистов, все смешалось в один безликий клубок. Я чувствовала растерянность и усталость, в глубине души что-то тоскливо ныло. Все вокруг казалось одновременно и естественным и неправильным. А после целого дня пытливых, изумленных и вопрошающих взглядов хотелось спрятаться куда-нибудь подальше и хотя бы ненадолго остаться в одиночестве. Но куда? Где найти такое место, если даже в комнате жаждет общения радостная элементалистка?
Озаренная идеей, я направилась в морг.
Быстрым шагом миновав зал Грента и радуясь, что никому не попалась на глаза, я скользнула во внутренний двор факультета некромантии. Однако едва за спиной закрылась дверь, я оказалась в абсолютной темноте и почти сразу споткнулась на ступеньках. Я ничего не вижу?! Почему?! Волна страха прошла по телу, и только потом я поняла, что на улице обычная безлунная ночь. Похоже, кровь темного эльфа тоже потеряла силу.
Постепенно глаза стали выхватывать смутные очертания домов и деревьев. Как же я, оказывается, отвыкла от нормального человеческого зрения! Приходилось с напряжением вглядываться в темноту, чтобы снова не зацепиться за что-нибудь, однако шар света я из упрямства не вызывала. Раньше ведь обходилась как-то, значит, надо привыкать заново.
