Нереальный мир - Ганин Дмитрий Юрьевич

Семен в порванных в районе колен джинсах и потрепанной спортивной куртке идет по коридору мимо кабинетов. Навстречу идут люди, но небритый курьер проходит мимо и замечает около экономического отдела беседующих людей в строгих костюмах – Зину в очках, туфлях на шпильках и Филю.

Коллеги разговаривают на повышенных тонах, и скоро Зина заходит в комнату, а Филя идет быстрым шагом по коридору, кислый и напряженный, едва не сталкивается с Семеном. Друзья пожимают друг другу руки и отходят к стене. Семен дает парню бумажную купюру, но Филя качает головой.

– Черт, Сеня, когда уже ты запомнишь, что у меня сейчас трудный период. Я не могу тратить деньги, и наличку я всю отнес в банк. Я живу взаймы и плачу картой, как многие люди, а ты старомодный чурбан. Опять ты принес мне крупные деньги! Я не могу разменять их. Будешь мне должен.

– Опять ты со своей неправильной и странной системой, как твоя тетка с прихожей. Филя, ты же хренов финансист, черт тебя побери! Я не люблю быть в долгах. Ты говорил, что она заставляет всех переодеваться за порогом квартиры, чтобы не нанесли грязь. И вы с отцом мучились долго, пока жили вместе.

– Да, я говорил, но лучше об этом не здесь, – злится Филя, поправляя расстегнутый воротник рубашки и вытирая шею. Он в пиджаке. – Мне некогда. Давай лучше позже зайдешь. Я постараюсь у тетки разменять, но она будет бочку на меня катить и на тебя тоже. Для нее размен денег – тоже мука.

– Хорошо, бери. Можешь не менять. Это задаток для новой порции. Я жду от тебя дури, а то у меня кончается. Ты – отличный дилер, дружок! Не то что косоглазые упыри. Ненавижу китайцев! Заполонили рынок барахлом и суют миру, а бараны хватают халяву. Я запарился брюки зашивать, которые всегда рвутся между ног, а девки удаляют мои страницы из сети по дури.

Филя уводит Семена от людей и заводит в туалет. Через некоторое время друзья выходят и прощаются. Филя заворачивает за угол и исчезает, а Семен идет обратно. По пути проходит мимо кабинета начальника юридического отдела, откуда выходит Савва с прилизанными волосами и следует в сторону экономического отдела. Навстречу выходит Зина, начальники беседуют.

Юрист берет папку, и коллеги идут по коридору, исчезая за углом.

Семен с заросшим щетиной лицом находится в коридоре, где с двух сторон висят на стенах стенды с бумагами, рассматривает их. По коридору ходят люди, а курьер стучится в черную дверь, открывает, не услышав ничего в ответ – столбенеет, увидев перед собой стол, заставленный пустыми бутылками из-под водки и пустыми тарелками, сбоку сидит человек внушительной комплекции в костюме. Лысая голова находится на столе, человек храпит. Но Сеню ошарашивает тот факт, что в кресле кто-то сидит.

Компьютер с изображением овчарки на рабочем столе включен, человек смотрит на что-то, щелкает мышкой, поворачивает кресло, и Семен отшатывается. Перед ним находится Галя Рыжова собственной персоной с кошкой на шее.

– Что ты застыл как истукан, Плющ! Садись, раз пришел. Но сегодня Каторжник не выдает зарплату. Он не в том состоянии, как видишь. Важные шишки напоили нашего шефа и купили. Да, здесь тоже есть черная бухгалтерия, и лысый хрен отмывает деньги через мелкие закупочные фирмы, которых у нас две. Повышения ты не дождешься, но твои деньги еще не отмыли. Бери их, Сеня, – сообщает Галя и швыряет на стол конверт.

– Я знаю, кто ты, Галя! Ты – Кошатница, та самая убийца и инженер, но как ты умудряешься жить двойной жизнью? Чего ты добиваешься?

– Пытаюсь помочь тебе. Ты можешь писать разоблачительные статьи, как делает твой друг Филя из главного корпуса. Он ушел оттуда недавно.

– Нет, я не хочу терять работу и начинать с коррупцией бессмысленную борьбу, которую я проиграю. С судами связываться я не хочу.

– Дело твое, а я ведь могу дать тебе ценный материал. Не волнуйся, Каторжник не умрет в ближайшее время, хотя ты хотел его убить.

– Не убить, а попугать. Он не ценит меня, как и руководство, которое не понимает, что без меня у них нет будущего. Они сами угробят себя.

– Ты это уже говорил. Ты глуп, Сеня, раз так считаешь. У тебя мания величия, и угрожать Каторжнику – значит желать уйти быстрее на небеса, – говорит Галя и указывает пальцем в потолок. – Как фанатики сектанты. Ты разочаровал меня, Сеня, ты жалок и пуст. Прокурил мозги и умер.

Семен берет конверт, открывает и пересчитывает деньги. Затем парень прячет конверт в карман с недовольным видом. Каторжник храпит, а Галя внезапно исчезает, курьер поднимает глаза и замечает пустое кресло. Он моргает глазами и трет голову, но слышит шаги и выходит из комнаты. В нее заходят военные люди в форме и с важным видом. Дверь закрывается. Семен смотрит во все стороны и замечает идущую вниз по лестнице Галю.

– Головка болит от похмелья, да, Сеня? Ну, что ты вылупился, как баран на новые ворота. Первый раз что ли видишь меня или соскучился?

– Я видел тебя у Каторжника, но как ты исчезла? Что происходит? Ты выдавала мне зарплату и сидела за компьютером шефа. Не отрицай!

– Чего ты мелешь? Я не была там и не выдавала тебе денег. У тебя разум помутился от дури, и шарики заехали за ролики. Протри глаза, куряка! Босс бухает с генералами, отмечает сдачу проекта. И к нему лучше не соваться.

– Кого же я видел? Что со мной? – недоумевает Сеня, а Галя уходит.

Сеня спускается по лестнице на первый этаж, проходя мимо закрытой двери.

Внизу находятся гардероб и вахта. На стене висят объявления о приглашении на работу программистов и инженеров, а еще протест против платной парковки. Курьер бросает беглый взгляд на стенд и усмехается, выходит в боковую дверь и оказывается на крыльце во дворе. Там стоят машины, неподалеку находится помойка. Сеня закуривает и пристально разглядывает стоящий рядом спортивный мотоцикл. Увлекшись зрелищем, Семен пускает газы и не замечает появившегося на крыльце человека.

– Нравится мотоцикл? Правда, он великолепен. Несется как черт и обгоняет все на пути. В пробке ехать на нем самый кайф, – раздается голос. Семен подпрыгивает и едва не роняет сигарету, поворачивается и видит перед собой Галю Рыжову, которая закуривает и награждает Плюща улыбкой.

– Боже, Галя, ты напугала меня. Никогда не делай так больше. Я не хочу неожиданно загнуться от страха. Как ты умудрилась подойти незаметно?

– Извини, Сеня, привычка такая. Люблю пугать. В детстве баловалась. Не волнуйся, ты пока не умрешь, так что расслабься. Это мой мотоцикл, если что. Я люблю гонять на нем. Обгоняю все пробки и могу корчить рожи стоящим в пробке лохам или показывать им средний палец. Они всегда ругаются, орут, но сделать ничего не могут, лохи позорные. Ты так смотришь на моего «железного коня», явно хочешь покататься. Не выйдет, пацан, не заслужил.

– Я и не рассчитывал на твою доброту и щедрость. Ты же такая упрямая и имеешь тяжелый характер, но ты мне нравишься. В чем-то мы с тобой похожи. Не отрицай!

– Считай как хочешь. Но твой подкат неубедителен и запоздал. У нас ничего не выйдет, и ты это знаешь. Лучше развлеки меня историей.

– Хорошо, как скажешь. Ездил я недавно в военную часть. Внутрь меня не пускают, нет у меня доступа к государственным тайнам, сама понимаешь. Я ждал на проходной как обычно, а там нельзя пользоваться мобильником.

Объявление написано крупными печатными буквами. Хотя сами они болтают по мобильнику без проблем, а нам, гражданским, значит, нельзя. Логика! Не понимаю. Они там на своей секретности и безопасности совсем помешались.

Странные они и дубовые, эти вояки. Все с важным видом в пиджаках и галстуках или в форме, что мне смешно. И заказчики паршивые такие же.

– Они как японцы, Сеня, но надо ценить, что они работают с нами. Платят эти клоуны мало, но именно вояки помогают нам выживать и пользоваться популярностью среди фирм, которые производят роботов. Скажи им спасибо и не ворчи! На полигонах у них весело на испытаниях, но опасно для здоровья. Стреляют все время так, что можно оглохнуть. Контузить запросто может, так что нечего тебе там делать. Радуйся, что не ездишь.