Нереальный мир - Ганин Дмитрий Юрьевич

Мухоморы, поганки, боровики, лисички и шампиньоны, белые грибы – носители сил тьмы. Гриб – это личность, которая вытесняет тебя и прорастает внутри, и ты становишься грибом. И люди становятся грибами, Рыжова! Это не сказки, Галя!

– А ты смешная, Диана! Что ты несешь! Это ересь, придуманная телевизором. Я смотрела передачу про Ленина. Смеялась потом долго.

– Зря смеялась, Рыжова, а это правда, и я докажу тебе, – произносит Диана и убирает шнур с тела, не развязывая руки, держит Рыжову за шею. Кидает ее на стол, девушка сопротивляется, брыкается. Кошка лежит на стуле и смотрит внимательно. Руки и ноги Гали притягиваются к столу шнуром, а одежда задирается. Диана завязывает рот Гали большим шариковым кляпом.

Девушка отчаянно мычит, яростно извивается, вырывается, но Диана щупает обнаженное тело Гали, прикасается рукой к пупку. – Явись мне, Боровик!

Рыжова смотрит испуганными глазами на сияние, идущее через руку Дианы, потом по телу идет дрожь. Что-то внутри шевелится и дает о себе знать, проделывая глубокие борозды на теле. Рыжова выгибается и истерично мычит, когда тело вздувается в разных местах. Кожа становится серой.

Проявляются едва заметные очертания большого гриба. Диана смеется и убирает руку. Сияние исчезает, тело приходит в исходный вид. Рыжова откидывает голову и смотрит с нескрываемым ужасом, глаза наполняются слезами. Диана ласково гладит Галю по голове, натягивает одежду пленницы обратно.

– Видишь, как сказка становится былью. Я исцелю тебя, но ты сделаешь работу. Ты согласна? – спрашивает Диана, Галя кивает и вырубается.

– Теперь она поверит и будет служить нам. Она не знает себя. Ей много нужно пройти и понять, и я помогу ей познать свою сущность. С ее помощью мы поработим мир и истребим Собачников. Кошатников никто не остановит, – восклицает Диана, а вошедший мужик с бородой выносит девушку.

Братство собак

Собачница и подшипник

Небольшое, тускло освещенное помещение, напоминающее молельню.

Потолок невысокий, не сводчатый, окон нет. Внутри все убрано и ухожено.

На стенах роспись и изображения разных пород собак. В комнате стоят мраморные колонны и скульптуры собак, горят свечи. На полу изображен круг, в его пределах лежат разные породы собак, среди которых овчарки, терьеры, мопсы и даже дворняжки. Животные виляют хвостами, шевелят ушами. В центре находится круглый стол, за которым сидят люди в балахонах. Их четверо, на их головах надеты капюшоны. Незнакомцы оживленно беседуют.

– Мы собрались здесь в связи с чрезвычайной ситуацией. Откладывать это собрание больше нельзя. Кошатники вышли на тропу войны, задавили нас по всем фронтам, а теперь имеют наглость безнаказанно истреблять членов нашего братства. Несмотря на бурные обсуждения в прессе и обвинения, никто ничего не может доказать, а они продолжают свою безнаказанную деятельность. Братство кошек обнаглело и вышло за рамки, превратившись в угрозу не только для нас, но и для всех. Это новая чума, кошмарнее коммунизма, которая распространяется и поработит человечество, если мы не помешаем.

– Но что мы можем сделать, Стаж? Мы бессильны. Средства массовой информации практически под их контролем, невзирая на наши попытки рассказать правду. Да, есть еще не купленные источники, но они исчезают.

Партия кошек действует методами шантажа, запугивания и угроз. Неужели ты хочешь, чтобы мы начали убивать их тоже? Но мы не сможем решить проблему, если прибегнем к насилию. Чем мы тогда лучше?

– Я согласен, но мы находимся на тропе войны, Качко, а значит, все средства хороши. Это не информационная война, а самая настоящая кровавая война. Я знаю, что насилие ничего не даст, но надо отвечать адекватно. Раз они убивают нас, мы просто обязаны отвечать аналогично.

Поверьте, я не очень хочу прибегать к радикальным методам, мы желали бы использовать дипломатические меры, но переговоры не помогут. И я нашел важный козырь.

– И кто же будет искать и уничтожать наших врагов так, чтобы никто не заподозрил нас? Дорого нам обойдется нанять таких спецов. Если ты думаешь, Каторжник, что кто-то из моих бывших друзей из ФСБ согласится на грязную работу, ты ошибаешься. Никто ни за какие деньги не будет марать руки, а у нас с финансами плохо, как видишь. Нас тогда ограбила эта проклятая фирма «Моветон финансы», а деньги до сих пор не получены.

Насколько я помню, они обманули и наших врагов, так что им точно не жить.

Но деньги надо получить пока есть возможность.

– Я не прошу твоих чекистов делать грязную работу, а деньги мы скоро вернем, Мыло. Мои люди поехали в фирму махинаторов, так что они вернут нам деньги. Наш Бог говорит нам, что скоро все изменится. Нужно ждать, и вы будете ждать и верить мне. Я говорю от лица нашего Бога, известного как Пес. Скоро вы все узнаете и ободрите мои действия. То, что я делаю, я делаю в интересах братства. Мы должны рассчитывать на свои силы, учитывая тот факт, что поддержки не будет. Нас бросили на произвол судьбы.

– И сколько нам еще ждать? Мы теряем людей. Братство уменьшается. Мы знаем, что за партией зла стоят могущественные темные силы, которые их прикрывают, поэтому они не чувствуют страха и творят беспредел. Их Бог КОТЭ жаждет крови. Стало опасно идти к нам и становиться членом партии, можно умереть в любое время. Убийцы партии «КОТЭ» подстерегают каждый наш шаг, имеют ключи от всех дверей, от них не скроешься. Скоро они примутся за простых собачников, которые не связаны с нами, а простые любители. Теперь выгулять собаку стало опасно. И мы это допустили.

– К сожалению, я соглашусь с Шипом. Мы теряем людей. Это факт, но мы пока не можем найти теневых правителей кошек, этих демонов. Вопрос времени. Везде сидят шпионы партии кошек, которых мы не в силах выявить.

Хотя мне пришлось уволить из нашего центра двух пьяниц – Сидора и Бабника, сына декана, и они теперь пакостят нам, находясь под крылом нашего «старого друга» ректора Шило. Я уверен, что они там чувствуют себя прекрасно, но ненадолго. Мы достанем их, если удастся мой план. Давайте сделаем перерыв.

Люди прекращают беседу и снимают капюшоны. Сразу видно, что оба человека лысые, внушительной комплекции и высокого роста, только один – с пышными усами, другой – с окладистой бородой. Гиганты своим видом внушают уважение, лица строгие и задумчивые, уставшие. Еще два человека – серьезных, в очках, с короткими стрижками, невысокого роста и атлетического телосложения – погружены в думы. Все смотрят на лежащих внутри круга лохматых собак. Псы тоже бросают быстрые взгляды на людей, шевелятся, встают и идут к ним, отряхиваются по пути. Люди чешут животных за ушками, гладят, те виляют хвостами, высунув языки, отвечают довольным лаем. Затем псы садятся рядом с людьми и тихо слушают.

Неожиданно открывается дверь, и входит еще одна фигура в балахоне.

Человек спортивного телосложения, маленького роста, идет энергичной походкой, подходит к столу и кивает собравшимся, направляется к одному из сидящих и шепчет что-то. Тот встает и уходит вместе с прибывшим гостем. По пути человек снимает капюшон, это прелестная девушка в темных очках, с короткой стрижкой, длинной челкой. Спутник любуется плавными и грациозными движениями попутчицы. Они идут по коридору, заходят в другую комнату, откуда доносятся громкие мычащие звуки, неразборчивая речь. Кто-то надрывается, стонет.

В маленькой комнате без окон, где стоят столы с инструментами, находятся два человека среднего роста, парень и девушка. Парень полной комплекции, коротко стриженный, в очках, девушка хорошо сложена, худая, тоже с короткими волосами. Люди стоят в центре комнаты, рты залеплены широкими серыми лентами, руки связаны веревками и привязаны к перекладине наверху. Ноги связаны внизу. Пленники таращат злые глаза, дергаются и отчаянно мычат, видя гостей в балахонах. Вошедшие люди бегло осматривают связанных пленников, присаживаются на стулья, стоящие напротив узников.

– Я рад твоему возвращению, Клава, и ты прекрасно поработала!