Лекс. Книга II - Нетт Евгений

Виктория поджала губы. Отвечать она не спешила, но и прогонять меня – тоже.

– Я не буду расхваливать то, что получилось, или указывать на совсем очевидное. Просто дам совет, – продолжил я, осторожно подбирая слова. – Ваша амбициозная иллюзия имела всего один большой недостаток – разнообразие. Удержать в голове множество отличных друг от друга, подвижных объектов, созданных в одно мгновение, задача непомерно сложная даже для опытных операторов эрикс-искусств. Люди получились «кляксами» не от недостатка таланта, а из-за недостаточной оптимизации. Я заметил, что вы вцепились в эту слабую сторону получившегося воплощения, и уже после этого всё посыпалось. Ошибка в подходе, леди.

– И какой же подход предложите вы? – Виктория подняла голову, задав вопрос тоном, полным одновременно настороженности, недоверия и любопытства.

– Простой, – я чуть улыбнулся. – Если не отказываться от масштабов и разнообразия, то стоит сосредоточиться на развитии стабильности потока разума. Суть предельно проста и, очень вероятно, вы уже где-то слышали об этом методе. Берётся что-то знакомое, любимое, то, что вы знаете вплоть до мельчайших деталей. Брошь, кольцо, кулон – что угодно. Материализуйте это в точности и держите при себе. Не на себе, – я чуть повысил тон, – это опасно, если потеряете контроль. А в сумке, например. Пусть это что-то будет с вами как можно дольше. Час, два, десять, шестнадцать. Занимайтесь другими делами, а оно пусть остаётся.

– И что это даст? – брюнетка скептически приподняла бровь.

– Не сразу, но вы привыкнете поддерживать образы, даже не концентрируясь на них в моменте. Это сгладит последствия вспышек эмоций или, допустим, боли. Чем дольше вы сможете удерживать объект, тем лучше, – пояснил я, наконец-то почувствовав, что меня внимательно слушают. – Когда вам спустя время собьют концентрацию, воплощение не начнёт разваливаться, как случилось в нашем состязании. У вас будет «окно», за которое можно успеть подхватить упущенную технику. Это не сделает вас безусловным гением уровня Александра, но сильно поможет в будущем.

«Особенно важно это для кого-то эмоционального. Шутка ли – метод тренировок, в училище необходимый каждому третьему магу? Спокойными бывают не все, а ошибаться из-за гнева, печали, радости или даже тычка по рёбрам не нравится никому».

Виктория задумчиво хмыкнула, отведя взгляд куда-то в сторону. Опустила ноги, нащупав стопами туфли.

– Александр говорил о том, – начала она тихо, – что с вами, господин Лазарь, не стоит конфликтовать. И я… должна извиниться перед вами за своё дурное поведение. Прошу прощения.

– Я принимаю извинения, леди, – я кивнул, поднявшись со скамьи. Поправил полы пиджака. – Экзамены – нервная пора, как-никак. Надеюсь, мой совет вам поможет.

– Я не обещаю, что последую ему, – неуверенно бросила девушка, совладав с застёжками на туфлях.

«Всё ещё сопротивляется. Как… забавно».

– Этого и не требуется. Достаточно того, что вы меня выслушали, леди Виктория. Хорошего вам дня.

Я развернулся и двинулся прочь, в направлении общежития. Не оглядывался, просто понадеявшись на то, что она извлечёт из услышанного урок в обоих смыслах, а эта ненужная конфронтация сойдёт на нет.

«Было бы славно разобраться со всеми мелкими проблемами в первые же дни» – подумалось мне перед тем, как густые заросли лишили меня даже теоретической возможности обернуться и посмотреть, чем занята эта странная девица, а первый настоящий учебный день закружил меня в водовороте предельно скучных по сути, но познавательных в целом событий.

После перерыва, который я посвятил изучению родословных аристократии Первой Империи и «наших» родственников во вражеских государствах, последовало практическое занятие.

Там ничего серьёзного или даже просто интересного не давали, но мне любопытно было посмотреть на студентов в не слишком стрессовых обстоятельствах.

Попутно подтвердился тот факт, что простолюдины действительно плохи в практическом использовании эрикс-искусств, потому как нахватались по верхам, и не имеют за своими навыками хорошего фундамента. Дело поправимое, ведь даже на практическом занятии профессор давал знания с самых-самых азов, и никуда особо не торопился, но сам факт подтверждал не самые радужные мои предположения касательно доступности информации.

После практики и обеда нам заботливо поставили ещё пару пар по истории Первой Империи и истории Эрикс-Искусств, – смертельное комбо для человека, который откровенно плавал в обеих темах, – и только после всего этого ужаса отпустили на свободу.

За ужином наша компания собралась в полном составе в дальнем углу общего зала – Виктор прибыл сюда первым, предусмотрительно уйдя как можно дальше ото скопления людей. Дима, Лиза, Виктор, Эльза и я с комфортом расположились за длинным столом, обложившись яствами всевозможных видов, и теперь неспешно обсуждали последние события, орудуя вилками, ложками и ножами.

– Эта женщина не оставляет мне выбора, – произнёс блондин страдальческим тоном, демонстративно насадив кусок пирога на вилку. – Сегодня после обеда я нашёл у себя на столе записку. Приглашение на чай. И где нашёл? В собственной комнате! Запертой!

– А от кого записка-то? – ехидно уточнила Лиза, блестящие глаза которой с головой выдавали её осведомлённость.

– Мариэллы Озмунд, будь она неладна, – простонал Виктор. – Она пишет, что «надеется на продолжение нашей увлекательной беседы». Какой беседы?! Я сделал три комплимента, спросил про погоду и третий этап, а после сбежал!

– Три комплимента – это практически предложение руки и сердца, дорогой кузен, – совершенно спокойно заметила Эльза, разделывая ножом кусочек курицы в сливочном соусе. – По меркам герцогских дочерей, конечно же.

– Ц-ц-ц. Тебе-то откуда знать? – возмутился парень, подняв взгляд.

– Потому что я тоже герцогская дочь. Ну, почти. Плюс-минус несколько ступеней по иерархии…

Виктор обречённо откинулся на стену, спрятав лицо в руках:

– Хоть ты не издевайся, дорогая кузина, а? Я правда не знаю, как ещё отказать, не усугубив ситуацию…

– А зачем отказывать? – Громов подался вперёд. – Соглашайся, да шагай вперёд и с песней, Вик. Сам посуди: что ей от тебя надо пока совершенно неясно. Может, она вообще хочет тебя проучить? Тогда ты просто дашь ей то, что она хочет, и все будут жить счастливо.

– Или умрут в один день, – вздохнул Шталь театрально.

– Пф-ф, – Эльза фыркнула. – Больно ты нужен дочери целого герцога, Вик, чтобы с тобой в один день умирать. Чего тебе стоит ещё немного полицедейничать? Ты и так полжизни только и делаешь, что притворяешься. Никто не заметит подставы…

– Фи, «подставы»? Что за вульгарные словечки? – Виктор ужаснулся демонстративно. – Лекс, это ты так дурно влияешь на мою дражайшую родственницу?

– А что сразу Лекс-то? – я поднял голову, оторвавшись от супницы. – Я вообще самый благородный, честный и воспитанный человек в этой академии. Выше меня только, может, Его Высочество. И Эльза, – торопливо добавил я, почувствовав фантомную боль в рёбрах.

– То-то же, – отозвалась рыжеволосая аристократка, поправив блузку. – И вообще, Виктор Шталь, ты уже не маленький. Наделал делов – будь добр держать ответ как мужчина.

– И ты, Брут…

В процессе истребления продуктов Громов как-то между делом упомянул о том, что Белль Сориар предложила ему присоединиться к клубу «точных конструкций», который организовал её родственник при поддержке аж двух наставников.

И этого оказалось достаточно, чтобы фокус с еды вновь сместился на ранее вялотекущий разговор:

– Это что-то вроде моделирования, но с акцентом на воплощении механизмов и электроники, – пояснил он. – Ну, функциональный калькулятор из ничего и всякое такое.

– Звучит интересно, – не удержался я, сменив суп на чашечку салата. – Такое вполне может пригодиться. А как далеко они заходят знаешь?

– Не-а, – Дима покачал головой. – Схожу, погляжу, чего покажут. Если всё ограничивается чем-то примитивным, то откажусь, пожалуй…