Оставшиеся нити никак не желали подцепляться, я безрезультатно перепробовала все, но они лишь ускользали. Пришлось тратить силы на переход на магическое зрение, собственные глаза начали подводить. В магическом видении это были не просто нити, скорее - цепи. Неоднородная структура, связанная между собой. Я набрала побольше воздуха, теперь на выдохе.
Садиться нельзя, ног я почти не чувствую, они одеревенели, их будто свело, и стоило попытаться ими пошевелить, как все тело простреливала боль. Последние две. Может, действительно попробовать дернуть их разом?
Гримуар хлопал обложкой, он взлетел уже высоко, на уровень моих глаз. Страницы шелестели, и в этом шелесте слышался испуг.
После двух разом оборванных нитей я все-таки не устояла, покачнулась и осела на пол, подтянула колени и прижала их руками к груди. Теперь можно и посидеть, моя роль в постановке исполнена. Жаль, что уйти нельзя - в груди поселилась пустота, совершенно не хотелось видеть, что произойдет дальше. Нити, связывающие нас с гримуаром, безвольно обвисли и постепенно таяли. С ними таяла и моя сила... странно, я думала, что именно это будет самым болезненным. Сейчас я ощущала все примерно так, будто беспрерывно создаю мощные заклинания: резерв пустеет, наваливается усталость. Только бы на пол не завалиться.
Тем временем Марьян развел руки, от его пальцев потянулись новые нити, сразу десять - племянник короля не мелочился. Они обвили гримуар и потянули его к себе. Книга без труда далась магу в руки, на лице парня отчетливо читалось торжество. Как же - я мучилась не менее часа - свечи почти догорели, превратившись в небольшие огарки, а он за пару минут завладел гримуаром. Я отвернулась, чувствуя, как к горлу подступает обида за подобную несправедливость. Чем он заслужил право обладать?
И тут вокруг меня послышались возгласы стоявших свидетелей. Я недоуменно вернула взгляд к темному. Он стоял, но это явно ненадолго: кровь из носа буквально хлестала, глаза закатились, по лицу пробегала судорога. Нити лопались одна за другой, и каждый разрыв ударял мощнейшей отдачей по магу. Пять нитей - и Марьян со стоном рухнул вниз, гримуар выпал из его рук, но нити все еще связывали их, натягиваясь сильнее. Еще один разрыв - маг выгнулся дугой, из его рта вышло какое-то сдавленное бульканье, а дальше он закашлялся кровью.
Я, забыв обо всем, следила за неравной борьбой: племянник короля, враз растерявший всю спесь, проигрывал неравный бой с артефактом. Четыре нити, хлопок, пламя от почти сгоревших свечей слилось в единую вспышку, полыхнуло и опало, оставив отпрыска Высокого рода без поддержки заговоренных свечей и магического огня. Едва тлеющие фитильки слабо освещали место ритуала. В их тусклом свете лицо парня заострилось, казалось, что кожа натянулась до предела и вот-вот лопнет. Судорожное дыхание с хрипами и стонами. Я со своего места видела, как отчаянно билась жилка на белой шее: кажется, еще чуть-чуть, и удар убьет темного даже раньше, чем гримуар окончательно вытянет из него силы.
О том, что я закусила губу, я поняла только по привкусу крови во рту, так увлеклась удивительной сценой. И я еще думала, что это мне передача гримуара далась нелегко. А ведь он действительно не выдержит. Третья нить лопнула, отдача зацепила и меня, обожгла внутренности огнем. Каких-то две нити - и ритуал завершится ничем. И что дальше? Вряд ли решатся проводить его повторно, да и будет ли с кем? Темный маг не факт, что переживет сегодняшний вечер, а если и переживет, то что с ним станет потом?
Впрочем, какая разница? Гримуар вернется ко мне: однозначно, больше никто не рискнет связываться со строптивой книгой. И мне не придется его отдавать - проблема будет решена. А всякие выскочки его в любом случае недостойны.
Вторая нить дрожала, звенела, будто настоящая струна. Ну же, еще чуть-чуть…
И тут я ужаснулась собственным мыслям: я ведь никому не желаю зла! Жить и знать, что человек погиб на моих глазах, чтобы я смогла и дальше владеть столь опасной вещью? Однажды из-за него, из-за его внезапной и ненужной помощи погибли мои бабушка с дедушкой, теперь я сижу и буквально жду смерти другого человека. Какая разница, достоин он или нет. А что дальше? Кто будет следующий?
И мои ли это мысли вообще...
Я встала на колени и потянулась вперед. Руны пульсировали, впитывая в себя силу Марьяна и… мою? Кажется, нарушив ход ритуала, я потеряю еще больше магии… Плевать, я должна это сделать.
Я положила руку на гримуар, почувствовав его кипящее негодование.
- Тише…
Сказала я это вслух или попросила в мыслях - не поняла сама. Но артефакт отозвался на мою просьбу.
- Так нельзя, мы не убийцы, - я гладила обложку, ощущавшуюся как никогда мягкой. - Дай ему шанс, отделаться от хозяина ты всегда успеешь. А я… - я взглянула на гримуар. - Я тебя не хочу, ты слишком сложный и слишком опасный.
И когда-нибудь ты сможешь слишком глубоко врасти в меня. И тогда кто знает, смогу ли я остановиться в похожей ситуации? Сумею ли сдержать себя? Вряд ли. Я и сейчас с трудом нашла на это силы, так велик соблазн пожертвовать чьей-то жизнью, лишь бы добиться желаемого. Я так не хочу. Так далеко шагнуть я не готова. Наверное, из меня бы и хорошего темного мага с таким подходом не вышло…
- Ты мне не нужен, - уверенно повторила я. - Или будешь с ним, или верну тебя в тот склеп, ты в нем отлично пролежал десять с лишним лет, вот и еще полежишь.
В ответ в мою руку словно вошла тысяча игл, мягкость в момент превратилась в колючки. Ладонь тут же загорелась огнем.
- Я предупредила.
Руку я убрала, гримуар же… успокоился? Принял неизбежное? Но нити больше не рвались, не натягивались, не пили жизнь из Марьяна. И сам Марьян задышал ровно, правда, прошло не менее десяти минут, пока его взгляд не стал осознанным.
- Гримуар? - сипло произнес он единственное, на что хватило сил.
- Твой. Пользуйся.
Руны погасли, свечи окончательно догорели.
Я поднялась и вышла из схемы. Спотыкаясь, поплелась вперед: дальше, дальше отсюда.
Далеко, правда, не ушла. Шагов через десять меня подхватили на руки и понесли.
- Куда вы меня несете? - больше для приличия спросила я у местора Альдера, в коридоре света было достаточно, чтобы разглядеть. Да и вариантов немного. И куда бы не отнесли - мне сейчас все равно.
- В лазарет.
- А может, в общежитие?
- Нет.
- Ну ладно, - я расслабилась, решив, что лазарет не самое плохое место.
Там есть кровать и можно просто полежать, а все остальное - после.
На улице к бушующему ветру присоединился дождь, он хлестал ледяными струями в лицо, поэтому завкафедрой сильнее прижал меня к себе и бегом добрался до лазарета возле целительского корпуса.
В помещении оказалось так хорошо после непогоды, что я готова была здесь остаться навсегда, лишь бы на улицу не выходить.
- Сейчас надо раздеться и лечь, - скомандовал мужчина.
- А можно просто лечь?
- Нельзя. Я позову дежурную девушку, - в лазарете практиковались целители.
Девушка пришла, когда я пыталась стащить с себя сапоги. Принесла рубашку... да что ж такое-то? Опять я в лечебнице и в рубашке?
- Я помогу, - кажется, студентка была на курс младше. Она ловко сняла с меня все до белья, буквально нахлобучила рубашку и пошла отчитываться преподавателю.
- Целительский сон на двенадцать часов, а дальше посмотрим, - решил местор Альдер. - Без моего разрешения леди Риар из лазарета не выпускать.
- Я могла бы и в комнате поспать, - попробовала возразить я.
Но целительский сон не оставил простора для маневра, обрушившись резко и сразу.
37. Лазарет
Первым, кого я увидела, открыв глаза, предсказуемо был местор Альдер. Он стоял, задумчиво глядя на наручные часы, и, уловив мое пробуждение, облегченно вздохнул.
- Я уже начал волноваться, - признался преподаватель, - думал, что давно не работал с пациентами-людьми и растерял все навыки.
