Местор Норан, преподаватель паразитологии, встречал студентов с такой ехидной улыбочкой, что сразу становилось не по себе. Мы с Элис переглянулись, заметив, что остальные тоже подозрительно смотрят на местора и напряженно ерзают на местах.
- Ну, все в сборе? - больше для вида поинтересовался преподаватель, довольно потирая руки.
Был он из тех, про кого говорили: “мужчина в самом расцвете лет”. Наметившееся пузо и лысина вкупе с торчащими ушами, которые и скрыть-то нечем, делали серьезного специалиста больше похожим на актера с уличных подмосток. Да и костюмы он всегда носил так, что, вроде, все сшито нормально, а сидит сикось-накось. Но чувство юмора (черное, разумеется) местора невозможно было не отметить, как и выдумку, с которой он подходил к своим занятиям. Его уроки, даром, что не отличались приятностью, проходили всегда бойко и интересно.
Вот и сейчас местор явно приготовил для своих студентов нечто особенное.
Преподаватель обошел длинную кафедру и принялся доставать банки, до боли напоминающие закрутки, которые бабушка готовила.
Вот только в бабушкиных закрутках ничего не шевелилось…
- Вот, - сделал приглашающий жест рукой маг. - Подходим, не стесняемся, берем каждый по штуке, можно по две, мне не жалко. Здесь на всех хватит.
Народ осторожно потянулся вперед за знаниями, то есть банками, конечно.
Я, преодолевая отвращение и постоянно сглатывая, взяла банку с какими-то белыми насекомыми, похожими на опарышей, только крупнее. А так такие же толстые и продолговатые, только у этих имелись ножки…
- Элис, я не смогу, - простонала я, борясь с приступами тошноты.
- Дыши глубже, - посоветовала подруга, закаленная хирургией. - Ты пока только банку в руках держишь, а не саму шилку.
Я, переборов себя, внимательнее разглядела паразитов. Так вот из-за кого был весь этот сыр-бор.
- Итак, как многие уже правильно поняли, сегодня мы в самых что ни на есть боевых условиях изучаем шилок. Нас тут одни особо одаренные надолго обеспечили этим практическим материалом, так что изучим шилок мы вдоль и поперек.
На наших столах лежали зажимы, скальпели, иглы… Мы что, еще и резать их будем?!
К слову, позеленела не одна я, многие сидели бледные, дышали глубоко и через рот.
- Нашлись у нас учащиеся, которые решили немного подзаработать и разводили пухошерстных овцекоз, - пустился в объяснения местор, когда раздача шилок закончилась. - Специальный пушной гибрид, как вы понимаете. Их шерсть высоко ценится последние годы, как и шкуры, - преподаватель недовольно расхаживал взад-вперед, заложив руки за спину. - А у них начес такой, что не только шилка, трехглавый цербер завестись может, если не ухаживать нормально, конечно. Но уходом наши юные таланты себя особо не утруждали. Длина шерсти у овцекоз - до полуметра. И подшерсток ого-го, - изобразил руками подшерсток местор. - А держали они их стадом в пятьдесят голов в одном укромном уголке зоосада.
- Пятьдесят голов, и смотрители не заметили? - усомнился кто-то из аудитории.
- Так они темных магов-иллюзионистов привлекли, так сказать, взяли их в долю. А темные и рады стараться, создали такую иллюзию, которая не только зрение обманывала, но и слух с обонянием. Там же блеяние стояло на весь зоосад и запах соответствующий, - местор сам поморщился. - Следили за овцекозами, стало быть, из рук вон плохо и пропустили заразу. А она через птиц разнеслась по всему зоосаду.
- И как в итоге нашли? - заинтересовался Янг.
- Один наш выпускник, гордость академии, - ныне лейтенант тайной стражи, вызвался помочь справиться с напастью. Очень, скажу вам, выдающийся молодой человек, - продолжение “не то что вы, бестолочи” так и просилось, но местор если и подумал, вслух говорить не стал. - Он эту иллюзию в два счета раскусил, нашел стадо, а в нем целая колония паразитов, еле извели.
- А что с овцекозочками стало? - взволнованно спросила девушка, Милли, кажется.
- Остригли, вылечили, но некоторых пришлось забить - шилки страшны еще и тем, что продукты их жизнедеятельности весьма токсичны и быстро поражают нервную систему. Это приводит к нарушению всех функций в организме. Вот так-то, - поднял указательный палец мужчина, подтверждая весомость своих слов.
Мы по-новому посмотрели на копошащихся насекомых. Вроде как к людям они цепляются редко, но, учитывая, что их тут вряд ли кормят, думаю, паразиты будут рады всем. Я на всякий случай мысленно повторила заклинание дезинфекции.
- А теперь, господа студенты, мы приступаем к самому интересному, - радостно заулыбался преподаватель. - Доставайте по одной штуке, крепите к разделочной доске и готовьте скальпели. Зажимами доставайте, остолопы! - прикрикнул он на парней, голыми руками полезшими в свои банки. - Вас-то не жалко, но вдруг потом опять животных каких заразите? Так что все соблюдаем правила безопасности. И перчатки не забудьте.
Я, надев перчатки и стиснув зубы, достала одну, шевелящуюся, склизкую и перебирающую тоненькими лапками. Ушедшие, помогите пройти это испытание!
Элис невозмутимо препарировала шилку, в чем я ей ужасно завидовала. Вот уж точно прирожденный хирург. Я же дрожащими руками кромсала насекомое, которое мне даже стало как-то жаль. Ни одно живое существо, пусть и такое мерзкое и вредное, не заслуживало подобной мучительной смерти.
- Что ты с ней возишься? - кинула взгляд на мой стол подруга. - Смелее, увереннее. Взяла, раз-раз - и готово.
Я только зубы стиснула. Раз-раз…
После “разделки” мы брали шприцы, увеличительные стекла, реагенты. Элис сделала все одна из первых, она примерно представляла, что будет на занятии, и сразу взяла все необходимое, а не бегала двадцать раз искать нужное.
Я ожидаемо оказалась в числе отстающих, но с заданиями все же худо-бедно справлялась. Поэтому очень удивилась, когда рыжая, доделавшая весь список исследований, встала и направилась к стойке с реагентами, возле которой копошилось еще несколько одногруппников.
- Ты чего? - спросила я, когда Элис вернулась и невозмутимо начала переделывать один из первых тестов со своей подопытной шилкой.
- Да хочу кое-что проверить, - неопределенно повела плечами подруга.
Что именно она проверяла, я поняла минуты через две, когда из другого конца аудитории раздался душераздирающий визг.
Моя заклятая “подруга” Мартина с криком принялась расстегивать ряд мелких жемчужных пуговичек на длинной манжете. Остальные девушки как-то не спешили ей на помощь, напротив, сделали несколько шагов назад.
- Что случилось, леди Кнауф, - скорее заинтересованно, чем взволнованно поинтересовался преподаватель.
- Там… она… у меня... - дальше снова крик.
В итоге пуговички Мартина рванула, жемчужины разлетелись, рукав блузки пошел по шву.
Местор Норан не торопясь сошел с кафедры и подошел к студентке, развернув ее руку, чтобы лучше что-то на ней разглядеть.
- Поздравляю, леди, вы заработали внеочередной тест по правилам техники безопасности. Сдадите сегодня на кафедре. Или не сдадите, - задумчиво проговорил местор.
- Но я, - принялась оправдываться Мартина, - я все соблюдала.
- С такими рукавами удобно за игральным столом, но никак не на практике по моему предмету. Идемте, - и потянул дрожащую девушку за собой обратно к доске.
- Итак, сейчас мы рассмотрим с вами случай заражения шилкой человека на реальном примере, - народ взбудораженно загалдел. - Для начала обезболим и обеззаразим, - преподаватель сделал несколько коротких пассов быстрой активации заклинаний, явно заготовленных у него на такой случай заранее. - Далее, если шилка забралась неглубоко, а пока она не глубоко, то проще всего сделать небольшой разрез, - легкий росчерк скальпеля, который местор также предварительно магически простерилизовал прямо в руке. - А потом пинцетом осторожно выкручиваем против часовой…
Мартина завыла, ощущая манипуляции даже через обезболивание. А местор, будто нарочно, медленно вытягивал насекомое, которое, помимо всего прочего, наверняка успело впрыснуть яд, чтобы жертва стала сонной и неповоротливой. Один из признаков заражения шилкой - вялость и сонливость зверя. Только через несколько минут шилка была полностью извлечена.
