Саша усмехнулась, посмотрела на двух голографических женщин, которые так и стояли в комнате, и перевела взгляд на висящий в воздухе галути.
– А вот теперь давай вернёмся к теме функции мысленного управления. Галути будет вести тебя и давать подсказки на протяжении всего вечера. Поверь, это незаменимый помощник.
Я снова покосилась на чёрный шарик.
– А можно потом удалить этот чип и отключить мысленное управление? – спросила Сашу.
– Можно, – кивнула она.
– Тогда я согласна, – сказала, не видя другого выхода.
– Вот и замечательно, – Александра улыбнулась. – Мне так тоже будет за тебя спокойнее. И информация через чип усваивается лучше. Если не возражаешь, лучше вживить его прямо сейчас.
Вот так я смирилась ещё с одним устройством в своём организме. Если так пойдёт дальше, то через неделю общения с этой семейкой меня и вовсе превратят в киборга.
***
Информация через чип не то чтобы усваивалась быстро ‒ казалось, она ввинчивается сразу в мозг. И если поначалу присутствие в моих мыслях чужого голоса ещё казалось странным, то вскоре я начала принимать его с интересом.
Как раз размышляла над созданием образа голографического помощника, когда в дверь моей комнаты постучали. Но ещё даже не успела встать, а в голове уже звучал женский голос:
«Это Микаэль Эргай. Могу передать на его галути сообщение о том, что вы заняты».
Ничего себе! Так тоже можно?
«Нет уж, сама его встречу», – ответила я своему гаджету. Великая вселенная, я мысленно говорю с невидимым роботом, и мне уже не кажется это странным.
Когда открыла дверь, Мик стоял, прислонившись спиной к противоположной стене. Увидев меня, тепло улыбнулся.
– Привет, Ангелок, – сказал, встав прямо. – Как настроение?
– Чувствую, ты уже пообщался со своим дражайшим дядюшкой, – вздохнула я. – Только он и мама называли меня Ангелок.
– Мне нравится, – улыбка Микаэля стала завораживающей. – Есть предложение сбежать из этой крепости и провести вечер в более интересной обстановке. Ты как? Согласна?
Я же едва не подпрыгнула на месте от таких слов.
– Ты ещё спрашиваешь?! – выпалила, опасливо оглядев пустой коридор. – Конечно, согласна!
– Тогда собирайся. Зайду за тобой через полчаса. Одевайся во что-нибудь удобное и… – его взгляд стал хитрым: – Прихвати купальник.
Когда он ушёл, я окинула взглядом кучу коробок и пакетов с одеждой, которые мне доставили пару часов назад, и мысленно застонала.
– Слушай, галути, а ты вещи разбирать случайно не умеешь? – обратилась вслух к своей новой игрушке.
«Нет. Но могу вызвать горничную», – прозвучал ответ в моей голове.
– Обойдусь, – вздохнула я. И принялась разбирать обновки.
Здесь нашлось и бельё, и несколько платьев, джинсы, двое брюк, три пиджака, несколько строгих костюмов, три купальника, сарафан, кардиган, несколько шляп и восемь пар обуви. Помимо этого, была целая коробка с косметикой и различными кремами, шампунями, бальзамами. В другое время я бы зависла за разбором надолго, очень хотелось всё внимательно рассмотреть. Но меня ждала перспектива побега, пусть и временного. А значит, нужно спешить.
К назначенному времени я была готова и собрана. Волосы заплела в косу, надела джинсы, футболку, кеды, взяла свой рюкзак. Галути летал рядом со мной, но хранил молчание. Зато дар выдавал вероятность за вероятностью событий грядущего вечера, но в каждой из них я неизменно видела берег моря.
Мик пришёл вовремя. В его глазах горели предвкушение и азарт, а когда он взял меня за руку, эти эмоции чудесным образом передались и мне.
– Папы ещё нет, спиногрызы общаются с Рисом, а Саша занята какими-то своими делами, – сообщил Микаэль. – Так что улетим тихо.
– А твой отец не будет возражать? – спросила я.
– Будет, – пожал плечами Мик. – Но ты не пленница, а у меня вообще есть своя квартира. Так что всё в порядке. Ночевать всё равно вернёмся сюда, и завтрашний день полностью посвятим подготовке к приёму. Можно сказать, что у меня осталось всего два вечера свободной жизни. И я хочу провести их с тобой.
– То есть, завтра мы тоже куда-нибудь сбежим? – спросила воодушевлённо.
– Завтра вряд ли получится, – с сожалением в голосе произнёс он. – Но сегодня мы вольны делать, что хотим.
Вопреки моим опасениям, никто из охраны не стал препятствовать нашему отлёту, да и защитный купол легко пропустил. Мик сразу набрал максимальную высоту и, добавив побольше мощности на двигатели, направил наш эрши вперёд.
– Значит, мы летим на море? – спросила я.
– Откуда знаешь? – на его лице отразилось искреннее удивление. – Хотя, понял. Дар подсказал.
– Именно, – кивнула я.
– А что он ещё тебе подсказал? – с интересом спросил Мик.
– Вероятности неоднородны. Их уйма. Пока я могу сказать, что ты точно везёшь меня к морю. Выберешь пустынный пляж, а с собой у тебя корзина с едой и вино.
Мик хмыкнул.
– Что ещё скажешь?
Это прозвучало, как вызов. И тогда я потянулась к Микаэлю, обхватила рукой его запястье и прикрыла глаза.
Видения возможных вероятностей стали ярче и чётче. Все они обещали нам очень интересный вечер в приятной обстановке. Лёгкость и расслабленность. Нас ждали пикник на пляже, шикарный закат, шум волн. Словно наяву я увидела улыбающегося Мика, чьё лицо освещали последние лучи заходящего солнца. Его волосы шевелил свежий ветерок, а моё сердце наполнилось теплом.
– Сегодня всё будет хорошо и спокойно, – проговорила, снова открыв глаза. – Волноваться не о чем.
Микаэль кивнул и посмотрел с благодарностью.
До места мы долетели за час, и там всё оказалось именно так, как подсказал мой дар. Вода в море ещё не прогрелась, потому купаться мы не полезли. Просто разместились на мягком пледе, расстеленном прямо на камнях, ели закуски, пили вино и много говорили обо всём подряд.
Мне вообще было удивительно легко рядом с Микаэлем. Я чувствовала себя с ним так, будто мы знакомы уйму лет, а любая тема становилась невероятно захватывающей. Он много знал, интересовался самыми разными вещами: техникой, историей и традициями планет Союза. Помимо русского и принятого в Союзе дитера, говорил ещё на трёх языках. Увлекался архитектурой, музыкой, играл на гитаре, но при этом хорошо разбирался в экономике и юриспруденции.
И что странно, рядом с ним я не чувствовала себя недалёкой или ущербной. Наоборот, мне очень нравилось слушать его, узнавать новое. Пару раз мы даже поспорили, но и это оказалось безумно интересно.
– Тебе не говорили, что ты умник? – спросила я в шутку.
– Говорили, – ответил Мик. – Многих знакомых это даже раздражало.
– А вот мне всегда нравились умные мужчины, – призналась я, глядя, как на берег накатывают мелкие волны.
– То есть, я тебе нравлюсь? – спросил он с лёгкой провокацией в голосе.
Отрицать это было глупо.
– Нравишься, – сказала, пожав плечами. – Но у нас договор.
– Помню, – кивнул Мик. – Хотя иногда мне очень хочется о нём забыть.
Его пальцы словно невзначай коснулись моих. Наверное, стоило убрать руку, показав тем самым, что черту переступать не стоит, но я не стала этого делать. Микаэль чуть погладил тыльную сторону моей ладони и снова повернулся к морю.
– Скажи, Эли, как вероятник, что будет, если мы с тобой всё же позволим себе сблизиться по-настоящему? – спросил он, осторожно обхватив мою ладонь.
Я вздрогнула. Мик, конечно, почувствовал, но руку не убрал, а наоборот, сжал чуть крепче, будто хотел показать этим свою поддержку.
– А ты… – сказала, подняв на него взгляд. – Ты… хочешь этого?
– Очень, – кивнул он и придвинулся чуть ближе. – Понимаю, что общая ситуация не располагает к романтике, но… с другой стороны, Ангелок, почему нет? Я вот сегодня сам задал себе этот вопрос и не нашёл хоть одной серьёзной причины.
Не найдя, что на это ответить, я отвернулась, прикрыла глаза и потянулась к дару. Увы, он показывал только события, а не эмоции. Открывал вероятности, но не моё состояние в них. Я видела уйму разных вариантов будущего. В каких-то – мы были счастливы, в других – ругались, в третьих ‒ вместе просыпались по утрам, в некоторых я оставалась одна или видела его с девушками. Но ярче всех горело одно видение: ночь, холл космопорта, мои шаги к двери шаттла… и Микаэль, с тоской смотрящий мне вслед.
