Наш разговор вышел коротким, ничего не значащим. Просто дежурный обмен любезностями, согласно протоколу. А закончился он довольно быстро, и снова по инициативе Мика, который сослался на необходимость пообщаться с кем-то, кого вдруг заметил среди гостей.
Одним словом, вылазка в стан врага прошла быстро. Ничего страшного или примечательного не произошло. Кроме одно факта: Мик обманул мой дар вероятника. И ему это на самом деле удалось. Хотя, кажется, не только мой, но и того, кто играет на стороне Ариверов.
***
Ночью, после возвращения в особняк наместника, мы все собрались в его кабинете. И как бы ни хотелось отправиться в свою комнату и отдохнуть, перед этим следовало обсудить события прошедшего вечера.
– Итак, – с лёгкой усталостью проговорил лорд Алишер, опустившись в кресло за своим рабочим столом. – Приём мы пережили. Всё прошло штатно, я бы даже сказал, что слишком спокойно. Но я уверен, каждому из вас есть что сказать. Предлагаю начать с тебя, сын. Очень интересно узнать, с какой целью ты вообще начал искать встречи с Кристалиной Аривер?
Мы с Микаэлем разместились на диване, стоящем чуть в стороне. Мик уже стянул с себя китель, расстегнул верхние пуговицы рубашки и теперь казался куда более домашним и расслабленным. Несмотря на серьёзность момента, он продолжал держать меня за руку.
Рис и Саша заняли кресла перед столом, и, чтобы увидеть нас, им приходилось оборачиваться.
– У Ангелии возникли подозрения относительно спутника леди Аривер. Я решил проверить, и этот шаг оказался хоть и спонтанным, но верным, – голос Микаэля звучал чуть самодовольно. – Зато теперь с уверенностью могу сказать, что эст Вирм Митрил ‒ вероятник. И у него впечатляющий уровень дара.
– Вот оно как? – с удивлённой усмешкой ответил Дарис. – А ведь я был уверен, что у него дар к телекинезу.
– Телекинезом он тоже владеет, но в куда меньшей степени, – кивнул ему Мик. – Такой уникальный экземпляр. Главное в том, что мы теперь знаем о его даре. Полагаю, что он очень быстро узнает о нашей осведомлённости.
– Но отсюда можно сделать вывод, что Ланира, вероятнее всего, не с ними, – принялся рассуждать Дарис. – Нет никакого смысла держать рядом двух вероятников. И всё же она на Земле. Вопрос: зачем? И второй вопрос: станет ли она лезть в нашу игру? Кстати, есть ещё Тринс, который заинтересован в сохранности Земли. У него большие планы на эту планету, и она нужна ему живой и процветающей. Они с Ланирой точно были знакомы в прошлом. И я допускаю мысль, что она могла прибыть сюда с ним.
– Тринс ‒ тёмная лошадка, – покачал головой наместник. – Я бы не стал записывать его в союзники. Он много лет знаком и с Аривером, и с Гринстером. Возможно, имеет в их корпорации свою теневую долю. Кстати, на том месте, где он собрался строить свои отели в недрах вполне может быть Элитириниум. Это не точная информация, так как официальной разведки там не проводилось. Но подобное вполне возможно. Часть обнаруженных месторождений находится в подобных широтах. Да и внимание на Землю он обратил только после того, как тут нашли этот редкий минерал.
– Он сегодня приглашал нас с Ангелией к себе в недавно приобретённую виллу, – сообщил Мик. – Туда же напросились и Аривер с Гринстером. Мы отказались.
Вопреки моим ожиданиям, хвалить нас за это никто не спешил. А Рис и вовсе заметно нахмурился.
– В культуре Сирила ‒ родной планеты Тринса, отказ от приглашения всегда должен быть покрыт альтернативным предложением, – твёрдо сказал лорд Алишер. – Завтра отправлю ему приглашение погостить в нашем имении на Чёрном море. Так сказать, познакомиться с местным колоритом. А вы с Ангелией будете его развлекать. Заодно выясните, союзник он или нет. Рис, ты с ними.
– И пока мы будем там отдыхать, тебя тут благополучно отправят на тот свет, – возразил эмпат.
Саша бросила на него злой взгляд, а в глазах появился страх за супруга.
Я слушала их внимательно, то и дело обращаясь к дару. Рядом с Миком он слушался меня куда охотнее, мигом выдавая вероятность за вероятностью. Лорду Эргаю всё ещё угрожала опасность, но что-то определённо изменилось. Я больше не видела его гибели. Зато видела его растерянным и будто бы не знающим, как жить дальше. Разбитым. Он сидел в этом самом кресле и смотрел на… отрубленную женскую кисть.
Видение было таким ужасным, что я поспешила быстрее вернуться в реальность.
Подняла взгляд на наместника… он внимательно смотрел на меня, будто уже почувствовал, что я уловила нечто плохое.
– Говори, – сказал хмуро.
Я прочистила пересохшее горло и не стала скрывать ничего. Рассказала обо всём, что сейчас показал мне дар. И впервые лицезрела лорда Алишера Эргая таким бледным.
– Папа, мы не можем бесконечно пытаться предугадать их шаги! – вдруг решительно заговорил Мик. – Ситуация такова, что если мы ничего не придумаем, то что-то действенное придумают они. Прогнать отсюда корпорацию Аривера и Гринстера нельзя. Потому что в таком случае явятся другие желающие добывать элитириниум. Нет, нужно, чтобы они согласились на наши условия и ограничения по добыче. Мирно. Без игр и причинения вреда друг другу. И если вы пока не смогли достигнуть согласия, я предлагаю пригласить их всех в наше имение. Так они будут под присмотром, и в неформальной обстановке у нас может получиться найти компромисс. Я верю, он есть. Мы просто пока его не видим.
– Хочешь сам заняться этими переговорами? – с явным удивлением ответил наместник, но выглядел откровенно заинтересованным. – А знаешь, я поддерживаю эту идею. Да, опыта в политике у тебя ноль, но есть явный талант и все задатки хорошего руководителя. Дерзай. А я обеспечу полную безопасность Саши и детей. И пока не стану отправлять спиногрызов учиться. У нас ещё есть время до их десятилетия. Сейчас они уже имеют статус одарённых, то есть, находятся под особой защитой Союза. Но пусть пока побудут дома.
– Я придумаю выход, папа, – заявил Мик, вставая.
А так как он держал меня за руку, мне пришлось подняться вместе с ним. Микаэль посмотрел на меня, перевёл взгляд на Риса, уверенно кивнул и добавил:
– Мы придумаем.
***
Из кабинета мы с Миком и Рисом вышли втроём. Саша осталась с супругом. Им явно было, что обсудить наедине. Я очень устала и больше всего хотела сейчас просто упасть на кровать и проспать до обеда. Но при этом понимала, что едва останусь одна, и в голову снова начнут лезть домыслы и догадки о лорде Тринсе и словах Дариса в видении. Потому, когда эмпат, пожелав нам спокойной ночи, хотел отправиться вниз, я его остановила.
– Ты говорил с Тринсом на крыше? – спросила я Риса.
Он глянул на меня с лёгким недоумением. И внешне казалось, не понимал, зачем я вообще задала столь странный вопрос. Но моя интуиция твердила, что иду по правильному пути.
– Рис, я видела ваш разговор, – проговорила с нажимом. – Да, это была лишь одна из вероятностей, но слишком уж чёткая. После этого вы вышли вместе. Теперь я просто хочу знать, что ты ему сказал.
Мик отпустил мою руку, но приобнял за плечи, то ли выражая этим свою поддержку, то ли защищая.
Дарис чуть дёрнул подбородком, но отвечать не спешил. Просто смотрел на меня и молчал, о чём-то раздумывая.
– Что ты видела? – спросил Микаэль, но я в ответ только отрицательно мотнула головой. Всё ещё ждала ответа от Риса.
– Говорил, – наконец сказал эмпат. – И да, Ангелия, разговор был о тебе. Но у меня нет ни единого доказательства. Только догадки. И появились они после того, как я ощутил эмоции Тринса, когда он смотрел на тебя. Слишком уж ты его заинтересовала, но не как женщина и не как спутница наследника Земли. Глядя на тебя, он испытывал нечто похожее на заботу, желание оберегать, но при этом странную злость и раздражение. В юности Сверт отметился среди Защитников свободы и был знаком с Ланирой, а ты на неё очень похожа. Тогда ему удалось уйти из этой организации с наименьшими потерями для себя. И ещё…
Дарис смотрел на меня внимательно, изучающе, потом шагнул ближе, подцепил прядь моих волос, выбившуюся из причёски и странно усмехнулся.
