Он швырнул филина Сёрмону, и тот поспешно подхватил его и прижал к себе, как ребёнок прижимает замёрзшего котенка.
— Почему же он угомонился? — пробормотал задумчиво алкорец. — Он же никогда не останавливался, пока было что крушить…
— Мне кажется, я остановил его, — неуверенно произнёс Авсур.
— Ты? — Сёрмон недоверчиво взглянул на него. — Как это может быть? Ты можешь контролировать его?
— Я слишком сильно его ненавижу, и я никогда не умел быть рабом
— Конечно… — неопределённо кивая, пробормотал алкорец. — А где мы?
— Не знаю… — ответил Авсур. — Но если мы хотим смыться, то сейчас самое время сделать это, пока все не очухались.
— Нужно найти Рахута.
— Тем более стоит поторопиться.
И не взглянув на Сёрмона, Авсур пошёл куда-то по широкому проходу, уходящему во тьму. Со стоном алкорец поднялся на ноги и поплёлся следом, прижимая к груди всё ещё судорожно вздрагивающую птицу.
После битвы
I
Рано утром король Дикта в сопровождении свиты въехал в свою разорённую столицу. Мы ехали по Королевской дороге, и лошади осторожно ступали по разбитым плитам, засыпанным мелкими осколками янтаря. Некоторые дома, стоящие вдоль нашего пути, были повреждены, их стены покрыты трещинами, окна выбиты, двери сорваны. Узенькие улочки были завалены мусором и какими-то предметами, использовавшимися для сооружения баррикад. Кое-где всё ещё чадили обломки взорванных машин. Горожане со спокойной деловитостью разбирали завалы, вытаскивали тела погибших и складывали их на телеги, своих на одни, захватчиков — на другие. Первые они везли в сторону Храма, вторые — к выходу из города.
Кибелл мрачно смотрел по сторонам, не издавая ни звука. Энгас, ехавший по правую сторону от него, внимательно оглядывался вокруг, и то и дело знаком подзывал кого-нибудь из молодых рыцарей и оруженосцев, чтоб отдать ему приказ.
— Ужасные потери… — услышала я за спиной голос Тахо. — Сколько народу перебили и ради чего?
— Могло быть ещё хуже, — тихо вздохнул Кирс. — Наши потери не так велики по сравнению с потерями противника. А дома… Не пройдёт и года, как всё будет восстановлено. Сколько уж раз такое бывало.
Я смотрела вдаль, куда уходила широкая прямая дорога и видела людей, которые копошились возле стен домов. Заметив нас, они на минуту прерывали свои занятия, чтоб поклониться королю, и снова брались за дело. Навстречу нам катились всё новые телеги с уложенными на них телами инопланетян. Иногда попадались целые кучи поблескивающего в лучах солнца оружия, которое осталось здесь с раннего утра, когда захватчики, наконец, полностью прекратили сопротивление и сдались в плен.
Потом я заметила далеко впереди двух всадников и, когда они приблизились, узнала Донгора и лорда Хоура, брата лорда Битмора. Их лица были бледны, и юноша явно еле держался в седле от дурноты.
— Всё так плохо? — нахмурился Кибелл, когда Донгор развернул коня и пристроился между ним и Энгасом.
— Ещё хуже, — с невольным содроганием произнёс придворный механик. — Не знаю, что это было, но оно причинило ужасные разрушения. Большинство особняков вокруг площади превращено в руины. Там всё покрыто кровавым месивом. Я никогда не видел ничего подобного, милорд. Там нет трупов, только кровь и мелкие куски мяса, и покореженное железо вперемешку с крошевом из плит, которыми была вымощена площадь.
— Какое-то секретное оружие? — уточнил Энгас.
— Довольно странное оружие… — пробормотал Донгор. — Потому что сам дворец почти не пострадал. Я не смог осмотреть всё, и увидел лишь, что в нескольких местах обрушились стены и эстакады, да ещё несколько дубов в саду сгорело, с дюжину почернели и высохли как труха, но другие стоят, как ни в чём не бывало.
— Высохли в труху, — пробормотал Реймей. — Магия.
— Возможно, — задумчиво кивнул его брат. — Я вспоминал всё, что знаю об инопланетной технике, но так ничего подходящего и не вспомнил. Я замерил там радиоактивность, колебания магнитных полей, температуру и другие показатели. Всё в норме.
— Не должно быть в норме, — покачал головой Энгас. — Люди видели там странные вещи. Тучи, смерчи, молнии… После таких катастроф обязательно бывают какие-то отклонения.
— Я ничего не нашёл, — возразил Донгор. — Конечно, в данный момент мои возможности невелики. Может, Сыны Аматесу найдут что-то ещё. Хэрлан сильно встревожен. Он сам сейчас всё там проверяет. Он тоже считает, что это магия и хочет привезти в город старцев, чтоб они дали ответ.
— Магия это или оружие, — неожиданно заговорил молчавший до того Кибелл, — меня интересует одно: почему они применили его против своих же людей.
Донгор пожал плечами.
— Это, действительно, непонятно, — согласился Энгас. — В конечном итоге мы именно этому происшествию обязаны тем, что битва завершилась так скоро, и мы понесли куда меньшие потери, чем ожидалось. Основные наши силы даже не успели вступить в бой. И действовало это оружие там и тогда, где и когда были в основном свежие силы противника.
— Судя по всему, они как раз двигались через площадь, — пробормотал лорд Хоур. — И были уничтожены все до одного.
— Наше войско было частью за стенами и частью удерживалось на значительном расстояния от зоны действия этого нечто… — пробормотал Кибелл, задумчиво глядя на гриву своего коня.
— То есть оно сыграло нам на руку! — воскликнул Тахо. — Что ж мы так расстраиваемся? Может, у нас появился союзник, о котором мы ничего не знаем?
Внезапный порыв ветра донёс с севера удушливую волну тяжёлой вони. Кибелл поморщился.
— Мне не нужны такие союзники! К тому же, запомни, мальчик, если кто-то убил твоего врага, это ещё не значит, что он твой друг. Мы должны узнать, что это было. И не обрушится ли это теперь на нас.
— Я полагаю, мы должны допросить пленных, — задумчиво проговорил Энгас. — По крайней мере, тех, кто был захвачен во дворце. И поискать очевидцев. Может, кто-то и уцелел.
— Хорошая идея… — задумчиво кивнул Кибелл. — И пусть обязательно ещё раз обследуют дворец на предмет чуждой магии.
— Я займусь этим, — пообещал Энгас, но король вдруг выпрямился в седле и раздражённо взглянул на него.
— Этим занимается Хэрлан. Вот пусть и делает своё дело. А ты займись пленными. Нам нужно их разместить и накормить, у нас полно раненных, многие горожане лишились крова. Нужно разобрать завалы и вывезти всю эту мерзость с площади. Ещё вспомни об осиротевших детях и о родителях, потерявших опекавших их детей. У нас полно дел и без этих исследований.
— Нужно похоронить погибших и что-то решить с телами врагов, — добавил Реймей. — Нужно восстанавливать дома и убрать куда-то всё это оружие, пока дети не растащили и не начали палить, в кого попало.
— Знаю, знаю, — проворчал Энгас. — Я не слепой. Я уже приказал убрать оружие в храмовые подвалы, выгнать пленных на уборку улиц: пусть отрабатывают свой хлеб. Крестьяне уже отправились в свои селения за продовольствием и взяли с собой некоторые семьи, чьи дома разрушены, и можете не сомневаться, что вскоре все осиротевшие дети будут приняты в приёмные семьи, а о стариках позаботятся гильдии и цеха, в которых состояли их погибшие дети. Моё вмешательство здесь не нужно. Это порядок, освящённый веками.
— Похороны — дело монахов, а восстановление города — на совести Донгора, — криво усмехнулся Кибелл.
— Я же не отказываюсь исполнять свои обязанности! — раздражённо пожал плечами Друг короля. — У меня, кстати, ещё забота, где разместить твой двор! Во дворце вашему величеству будет сейчас немного неуютно.
— Это не забота, — отмахнулся король. — Поедем в алкорское посольство. Оно всё равно пустует. Там есть всё необходимое. Но сперва я хочу осмотреть дворец и то, что творится вокруг него.
— Малоприятное зрелище… — пробормотал лорд Хоур.
— В нашей жизни всегда приходится делать малоприятные вещи, мой друг, — вздохнул король. — Такова уж наша участь. Кто со мной, пришпорьте лошадей, а остальные — отправляйтесь прямо в посольство. И ждите нас там!
