-Он не придёт.
Я вздохнула.
— Послушай меня, сэр рыцарь, ты можешь мне не верить, но твой меч не является разумным существом и не может сам принимать решения,
— У него есть душа, — упрямо возразил Кристоф.
— Не спорю. Только его душа — это продолжение твоей души, и он сбежал от тебя, потому что ты сам не хотел свершить то, что делал. Он просто подчинился твоему подсознательному приказу.
— Он прилетает только на звук голоса, но никогда не улетает. А ты хочешь меня убедить в том, что он сделал это, повинуясь какому-то подсознательному импульсу?
— Такое случается. Если импульс достаточно силен, — я поднялась на ноги. — Давай, зови его и поехали.
Он какое-то время сидел молча. Потом с нежеланием поднялся и посмотрел на вершину холма.
— Иди сюда, — негромко произнёс он. Меч остался на своём месте в полной неподвижности.
— Побольше решимости, — поморщилась я. — Или теперь меч будет управлять тобой? Давай!
— Экскалибур! — раздражённо крикнул Кристоф, и тут же раздался знакомый свист, и меч послушно лёг в его ладонь.
Он сложил его в эфес, засунул за ремень брюк и обернулся ко мне.
— Почему ты всегда оказываешься права?
— Если б всегда… — пробормотала я.
Кристоф поймал моего коня и легко взобрался ему на спину. Я уселась сзади него на круп и, закутав его плечи в войлочный плащ, обняла за талию и прижалась щекой к спине. Конь не торопясь двинулся в обратный путь. Из темноты вышел его конь и, пристроившись сзади, не спеша, двинулся следом.
— Интересно, как отреагируют аборигены, увидев двух супергероев верхом на одной лошади? — поинтересовался Кристоф.
— На тебе ж не написано, что ты супергерой, — фыркнула я.
— Что верно, то верно… — он на какое-то время замолчал. — Как глупо всё получилось… — наконец, снова заговорил он, и его голос звучал тихо и задумчиво. — В принципе, я ж ничего не имею против этого парня, но чуть не снёс ему голову. Неужели, я мог бы его убить?
— Нет, — проговорила я.- Берт Сын Волка не позволил бы тебе это сделать.
— Берт Сын Волка… — прошептал он. — Я когда-то любил это имя, а последнее время оно так отдалилось, словно он — это уже не я. Наверно, потому я и сбился с пути. Вернее, не сбился. Я просто с него свернул. Понимаешь, я ведь бродяга. Все мои жизни прошли в лишениях и скитаниях. Я постоянно страдал, метался, тосковал и так жил. Это было нормально, хоть я и не могу назвать такую жизнь счастливой. Но это была моя жизнь. И я ушёл из неё. Я позволил себе завести дом, семью, я веду себя как светский лев, я обзавёлся личным катером и обширным гардеробом. Я живу здесь так, как имею право жить только там, — он ткнул пальцем вверх. — Моя душа подёрнулась жирком, мозги размякли и даже мышцы тренированы не работой, а специальными упражнениями. Какой я теперь Сын Волка? Перекормленная борзая на медвежьей шкуре.
— Ты несправедлив к себе, — возразила я. — Каждый человек имеет право на отдых, и Воин Духа в том числе. Ты же не сидишь, сложа руки. Сколько ты сделал за эти годы?
— Кое-что, но меньше, чем мог, и даже, чем был должен. Пойми, что на свете есть Воины, которые между битвами живут во дворцах, есть такие, кто веками живут на мирных планетах, оберегая их духовный и интеллектуальный потенциал, но есть такие, как я, которые не ждут вызова, а бродят в поисках возможности приложить свои силы. Мы не обычные люди, хоть сейчас, когда многие из них достигли теоретического бессмертия, мы и похожи на них. Разница в том, что они просто живут долго, а мы живём, проживая не одну, а много жизней. Мы должны быть в движении, мы должны искать, исследовать, сражаться, обзаводиться друзьями, влюбляться, терять близких, страдать и снова идти вперёд. В этом наша жизнь и наше предназначение.
— Твоё… — уточнила я ворчливо.
— Именно, потому что о твоём я судить не могу. Только ты знаешь, каково оно. Только ты можешь обозреть свои жизни и понять, что есть твой путь. Посмотри, что сделал со мной покой! Я разучился страдать и смиряться. Я проиграл и с перекошенной физиономией кинулся на обидчика. Я забыл, что путь побед и поражений — это мой обычный путь. Мне тесно на Рокнаре. Я уже давно чувствую это. Меня выталкивает оттуда в космос. Я долго не хотел признать это. Я не хочу расставаться с тобой, и меня приводит в отчаяние сама мысль, что Алик будет расти без меня… Но что делать!
— И ты уйдешь… — прошептала я, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза.
— Мне придётся. Не совсем. Я буду возвращаться время от времени, потому что у меня есть обязанности перед сыном.
— А передо мной?..
— Лора, милая моя Лора… — его ладони легли на мои руки, обнимавшие его. — Ты же знала, что рано или поздно это случится. Мы же с самого начала понимали, что нам придётся вырывать у вечности эти месяцы и годы. И что рано или поздно она всё равно возьмёт своё. Я знаю, что тебе нравится наша жизнь, но ты привыкла к долгим жизням, где периоды покоя и войн длятся веками. А я человек, я живу быстро. Мне нужны перемены. И я снова возвращаюсь на свой круг. Мы всё равно будем любить друг друга, но пусть это уйдёт на другой план, в горние выси. Наши сердца должны быть свободны для новых чувств, для свежих эмоций. Ты понимаешь, о чём я?
— Да, это я понимаю… — кивнула я, вспоминая, как много дорогих лиц запечатлелось в моей памяти. — Но мне, действительно, нравится наша жизнь на Рокнаре. И мне жаль Алика. Он так любит тебя…
— Я знаю. И это разрывает мне сердце. Я постараюсь не причинить ему боли. Я буду прилетать, когда смогу, я буду звонить и писать ему. И улечу я не сразу… Через какое-то время… Вам просто придётся постепенно привыкнуть жить без меня.
— Я понимаю, — кивнула я, уткнувшись лицом в его спину. Я не плакала. Я знала, что рано или поздно мы расстанемся. Но я всегда боялась, что случится что-то страшное. Слава Светлым Богам, он не погиб, он просто уходил, чтоб продолжить свой путь, и у нас ещё есть немного времени, чтоб побыть вместе.
Кристоф молчал. Я знала, что ему и самому нелегко. Он тоже был счастлив на Рокнаре. Он безумно обожал Алика и очень серьёзно относился к своим отцовским обязанностям. Но его кровь, даже не кровь Воина, а кровь космического бродяги влекла его к новым далям. И он ничего не мог с этим поделать.
— Домой мы вернёмся вместе? — спросила я, прерывая долгое молчание.
— Может быть… — согласился он. — Всё будет зависеть от решения короля, и от того, что будет с Реном и Нораном. Я всё же не могу смириться с тем, что они погибнут. В чём-то король прав, но он видит под другим углом. Он видит демона, а я вижу людей.
— Мне кажется, он уже принял решение, — грустно заметила я.
— Я ещё раз попытаюсь переубедить его, — твёрдо проговорил Кристоф. — Потому что эта его ошибка может стоить слишком дорого.
Утро над Диктом
I
Это утро всё-таки наступило. Утро, когда всё оставалось позади, все страхи, все битвы, все сомнения. Правда, Дикту ещё предстояло залечить раны от этого, надеюсь, последнего вторжения. И двоим предстояло умереть. Но я почти не думала об изгоях. Что они могли значить для меня? Я не знала их. Зато видела, во что их демон превратил центр города. Я понимала Кристофа, защищавшего своих боевых друзей, но не могла не согласиться с Кибеллом, защищающим не только Диктиону, но и другие миры от демона Хаоса. К счастью, выбор предстояло делать не мне, и я могла просто радоваться хорошему дню, который скоро должен был наступить.
Кристоф поднялся и ушёл рано, ещё до того, как я проснулась. Скорее всего, он ушёл, чтоб ещё раз встретиться с королём, и я надеялась, что их снова не потянет на бессмысленную ссору. Встав и приведя себя в порядок, я уселась на широкий подоконник, собираясь просто поглазеть на улицу, но неожиданно появился Марно и передал приглашение Кирса на завтрак.
Естественно, я не стала отказываться и провела приятные полчаса в обществе своих юных друзей. А потом пришёл Кристоф. Не знаю, что в нас есть такого, что в любом обществе нам дозволено нарушать этикет. Он вошёл без стука и без разрешения сел. Он очень мрачно взглянул на Кирса, который при этом даже не попытался возмутиться такой бесцеремонностью.
