— Живая, девонька…
— Ну здравствуй, старая шкура, — Сургут протолкнулся к стойке. — Как дела, не всё пиво вылакали? Надеюсь оно у тебя свежее?
— Как моча кабана, только что налитое, — с наигранным возмущением буркнул Мул. — Но берут. Ты как, жив смотрю…
— Пока да. Надо с тобой языком почесать. Не слышал ничего про Янпольского?
Мул скосил взгляд, вытер стойку тряпкой, из которой вскоре мог вырасти новый мутант, столько на ней было грязи.
— Смотря за какие деньги ты хочешь это услышать.
Сургут молча положил на стойку артефакт, он знал, дружба дружбой, но за информацию нужно платить. Мул хмыкнул.
— Щедро. Ну слушай… Был тут один — Лапоть, помнишь такого? Так он рассказывал, что видел, как какой-то конвой из Припяти тянулся. Вроде не военные, но шли уверенно. Говорит, тащили кого-то в клетке.
— В клетке? — нахмурился Док. — Живого?
— Сказал что да. Живого и страшного как моя бывшая тёща после бани, как маску нацепляла. Ну ты понял, — Мул развёл руками. — А потом Лапоть этот исчез. Совсем.
— Его кто-нибудь ещё видел? — спросила Беда, подойдя ближе.
— Да. Говорят, что слышали, как он болтался что-то у старой насосной. Потом нашли только рюкзак. Пустой. Янпольский там что-то задумал, точно тебе говорю. Да и не поймёшь, кто у него теперь на поводке мутанты или сталкеры.
Гекат молча слушал, сжав кулаки. У него перед глазами всплывали старые залы лаборатории, холодные операционные столы и крики.
— Спасибо, Мул, — Чёрный кивнул. — Ты как всегда кладезь информации.
— Я всегда всё знаю, когда мне платят, — усмехнулся бармен. — Только совет: если полезете к Янпольскому, сперва хорошенько подумайте. Хотя, с тобой, — он кивнул Чёрному. — Бояться надо ему… я уже думал ты из своей норы не вылезешь. Но больше я ничего не знаю. Пошатайтесь по залу, послушайте разговоры. Может чего и услышите. А я пока попрошу Бурю принести вам картошки с мясцом да чем горло промочить. За мой счёт, — хлопнул по артефакту и спрятал тот под стойку.
Они выбрали столик подальше от самых буйных и сели. Сталкеры, уставшие от долгих вылазок, что собирались здесь, чтобы обменяться новостями, поделиться находками и просто отдохнуть, уже были в изрядном подпитии. В углу за столом где сидела вся компания, внимательно прислушиваясь к разговорам вокруг, было также шумно как и везде. Но зато удалось услышать кое-что интересное.
— Слышали, профессор Янпольский снова что-то мутит, — проговорил один из сталкеров за соседним столиком.
— Говорят, он проводит эксперименты с аномалиями, пытается управлять ими, — добавил другой. — Сталкеров набирает, чтобы помогали ему. Платит говорят хорошо.
— Да, и вроде бы у него уже есть успехи. Один из мужиков рассказывал, что видел, как аномалия после его вмешательства исчезла, а другая наоборот появилась, — вмешался третий. — Но я лично ни за какие бабки в это дело не полезу. Говорят один такой полез, мутантом стал.
— Это тот которого ищут? Который нашего брата убивает не за хвост псевдособачий? — уточнил первый, говоривший кивнул.
— Это всё слухи, — скептически заметил четвёртый. — Но если это правда, то это может изменить всю Зону. Не останется ребята проверенных троп. И спишут нас к бабке самого бюрера в пасть.
Док и Чёрный переглянулись с остальными. Информация о возможных экспериментах Янпольского с аномалиями была крайне важной. Если он действительно научился управлять ими, это могло бы стать как благом, так и угрозой для всех обитателей Зоны. И подтверждало то, что работает профессор больше уже не на правительство. Хотя, кто знает, что могли задуматься и там, в верхах.
— Нам нужно выяснить чуть больше, прежде чем соваться к нему, — тихо сказал Док.
— Согласен, — кивнул Юрка. — Нужно найти тех, кто может рассказать больше.
— Мне тут подсказали одного сталкера, который недавно вернулся из вылазки и говорил, что видел что-то странное, — сказал вернувшийся из туалета Гекат.
— Тогда не станем теряетт время, — сказал Сургут и первым поднялся. — Нужно действовать.
Остальные нехотя наскоро закинули в рот остатки еды и тоже встали направляясь к выходу.
Но искать сталкера ночью не стали, это было бы весьма подозрительно. Вместо этого они свернули на задний двор, где располагался дом Мула и где им отвели пару комнат. Нужно было обсудить услышанное и поспать.
Вечер наступал не спеша, с ползущей по стенам темнотой и угасающим светом за мутными окнами. Гул бара остался позади, приглушённый дверью и старой занавеской, повешенной на гвоздь, впрочем она скорее была для красоты. Дом был насквозь трухлявый, низкие потолки, пол под ногами скрипел, а в углу воняло от заплесневелого ящика с картошкой, где уже дважды за пару часов находили мелких крыс-мутантов. Видимо Мула и Бурю такое соседство не смущало.Чёрный возился с замками. Он всегда сам проверял двери, даже если знал, что всё тихо.
— Тут по ночам шляются, — буркнул он, запирая щеколду и глядя на усмехающих товарищей. — Пьяные, мародёры или что похуже. Не люблю сюрпризы. И вам советую взять это в привычку. Даже в безопасном на первый взгляд месте, всегда быть настороже.
Мейрав сидела на топчане, укрывшись чужим бушлатом. Она выглядела лучше, но глаза оставались настороженными. В темноте они напоминали глазки хищника, что наблюдает, но пока не нападает.
— Я помню такие дома, — тихо проговорила она. — Только раньше здесь жили человеки. А теперь… только запах пыли и остался. У моей бабушки был красивый дом, мне так нравилось отдыхать там летом…
Сургут устроился у печки, бросив туда пару отломанных от ящика досок. Огонь вспыхнул лениво, но уже давал тепло. Док наливал мутную самогонку в жестяную кружку и что-то бормотал себе под нос.
— Всё это весьма и весьма тревожно, — сказал он наконец. — Если хоть половина из того, что мы слышали, правда, Янпольский играет с чем-то, что давно вышло из-под контроля. Хотя, — он потер переносицу. — Зоной управлять нельзя, а значит оно и не было под контролем.
— Вот вот оно никогда и не было под ним, — заметил Юрка, поправляя ремень с ножами. — И, как всегда, расплачиваться будут люди, самые обычные.
Гекат молчал. Он стоял у окна, наблюдая, как закат лениво стекает по крыше противоположного дома. Потом резко опустил руку на подоконник и задернул штору.
— На крыше был кто-то, — сказал он тихо. — Но, может, и показалось конечно…
Беда откинулась на спину, скинув ботинки. Она закрыла глаза, но не спала.
— Смешно. Раньше мы боялись, что нас убьёт мутант. Теперь боимся, что сами станем частью чего-то непонятного.
— Только не начинай философствовать, — хмыкнул Сургут. — С утра голова болит, сейчас нужно просто выспаться. Утром найдём того перца и потом отправимся в гости. Чёрный, — он повернулся к мужчине. — У тебя хоть план есть?
— У меня всегда есть план, — откликнулся мужчина. — И если всё пойдёт по нему, то завтра вечером мы уже будем разговаривать с профессором. А теперь спать.Они наконец разошлись по матрасам. Сургут лежал закинув руки за голову и слушал как скрипел дом, как потрескивал огонь в печи. За стеной, где-то в глубине зоны, взревела псевдособака, одинокая и скорее всего злая.
Чёрный последний проверил окна и опустился рядом, не раздеваясь. Положил автомат рядом.
— Спим по очереди, — бросил он.
— Лишним не будет.— Я первая подежурю тогда, — вызвалась Мейрав. — Всё равно не уснуть.
Они притихли. Один за другим проваливались в сон, неглубокий, тревожный. Еврейка сидела у окна, глядя в темноту. И думала о том как быстро всё меняется здесь, в Зоне.
Долина
Проснулись они рано. Не по будильнику, организм сам дал понять, что пора. Да и Зона, она сама будит: стуком веток по крыше над головой, шелестом гравия под чьими-то шагами во дворе, далёким не то криком, не то воем. Чёрный первым поднялся, вышел наружу. Остальные просыпались нехотя, медленно, но без лишних эмоций.
Мейрав тоже уже была на ногах, с глухим стоном натягивая сапоги. Сургут потянулся, глядя на потолок:
