— Спина болит так, как будто рюкзак с камнями тащил всю ночь.
— Не знаю, не знаю, храпел ты как кабан под корягой, — буркнула Беда, застёгивая на груди разгрузку.
Внизу, в баре, было непривычно тихо. Лишь пара таких же ранних сталкеров дожёвывали остатки вчерашнего ужина, превращённого Бурей в завтрак, а кто-то и вовсе спал, уронив лицо в тарелку. Мул стоял у плиты, колдовал над чем-то, источающим аромат специй, лука и тушёного мяса. Помогал Буре, которая тем временем прибиралась в зале.
— А вот и наши герои, — сказал он, не оборачиваясь. — Садитесь, Буря вам яичницу с мясом принесёт. И кофе… ну, почти. Сами знаете, какое оно тут.
Гекат пробурчал что-то нечленораздельное, усаживаясь у стены. Юрка хрустел стащенным со стойки сухарём, глядя в окно:
— Кто-то шнырял ночью под окнами.
— Кто? — спросил Чёрный, не поднимая головы.
— Не знаю, — пожал плечами Юрка. — Может, просто пьяные бродили. А может, и по наши души кто приходил.
Мейрав покосилась на него:
— Значит, нас, возможно, уже срисовали. Хорошо. Будет проще, сами к нам и придут. Хороших бойцов у профессора мало. Справимся.
Беда фыркнула в ответ:
— У тебя, как всегда, всё легко и просто. Да и переметнулась ты как-то быстро. Может, подлянку нам готовишь, а?
— После того, что я узнала, — еврейка перевела взгляд на девушку, — думаю, и для меня у Янпольского имеется клетка. А сидеть в ней самой мне, знаешь ли, не хочется. Он даже не удосужился меня поискать. Хотя, без скромности, его лучший боец. Вот и сделала выводы. Да и каким бы умным он ни был, идти рядом с ним против тех, кого в Зоне считают легендами, мне тоже как-то не очень хочется.
Пока ели, Чёрный разложил карту прямо на столе, придерживая угол чашкой с кофе.
— Вот мы. До Тёмной долины — сутки ходу, если пройдём через старый туннель. С другой стороны быстрее, но там болото. Много аномалий. Да и поговаривают, что теперь оно живое. В общем, пойдём старым проверенным маршрутом.
— Оно всегда было живым, — пробормотал Док. — Просто теперь оно ещё и опасное. Но я дорогу там знаю. Пройдём. А вот в туннеле Электра с недавнего времени засела. Как обходить будем?
— А я за туннель, — сказал Сургут. — Медленнее, но надёжнее. В болоте кто угодно может исчезнуть. А аномалию найдём, чем успокоить на время. По пути собаку прихватим.
Мул подошёл ближе, вытирая руки замызганным фартуком.
— В туннель собрались? Тогда держите. — Он сунул Юрке пачку мясных собачьих галет. — Для собачек. Скоро выходите?
— Сейчас поедим да выдвинемся, — ответил разведчик. — Чего штаны зря просиживать.
— И то верно, — кивнул бармен.
Юрка спрятал галеты в рюкзак, допил кофе и откинулся на спинку стула.
— Всё, — Чёрный встал. — Через десять минут все на выход. Оружие проверить, фильтры поменять, антирад в разгрузку, фон там местами высокий. Доедайте и выходите. Я пока покурю.
— Как в старые добрые времена, — хмыкнул Гекат. — Только доброго вот чёт ни хрена.
Наконец все закончили завтрак и тоже направились на выход. Бар за их спинами снова начинал оживать: кто-то пел, кто-то ругался, кто-то рассказывал, как подорвался на «Жарке» и выжил, потеряв только нос, на смешки, почему же он на месте, серьёзно отвечал, что отрос.
Из деревни новичков на Кордоне они направились на север, минуя блокпост военных, обходя его по старой тропе через лес. Дальше решили, что пройдут снова через Свалку. Где, после того как пересекут территорию, усеянную обломками техники и аномалиями, выйдут как раз к переходу. Так всё и вышло, на удивление не встретили даже бандитов, которые любили устраивать там засады.
Пройдя через Свалку, они наконец дошли до туннеля, что вёл в Долину, расположенного на северо-западе кладбища техники. Этот маршрут был давно известен опытным сталкерам и использовался для обхода тех опасностей, что порой таила более короткая дорога.
По пути через лесистую местность Мейрав чуть не угодила в «Трамплин». Эта гравитационная аномалия — одна из наиболее распространённых в Зоне. Трамплин страшен тем, что наносит ударные повреждения переменным гравитационным полем, — вспомнила Беда то, о чём читала в ПДА.
В голове тут же всплыло, что в дневное время её можно обнаружить только по искажениям воздуха над ней, вмятой земле и характерным пятнам красно-бурого цвета. Мейрав заметила эти самые искажения воздуха поздно и чуть не оказалась затянута в центр аномалии. Её пришлось вытаскивать всей группой.
Беда же остановилась чуть подальше и решила узнать границы ловушки, бросив перед собой болт. Болт мгновенно подбросило вверх и отбросило в сторону, что подтвердило наличие аномалии. Наконец, выяснив размеры, они осторожно обошли Трамплин и двинулись дальше. Даже прихрамывающая еврейка старалась не отставать.
До Тёмной Долины добрались уже ближе к вечеру. Собак к счастью ловить не пришлось, аномалия исчезла. День выдался серый, с тяжёлым, низким небом, затянутым тучами, и сильным ветром, который кидал в лица, закрытые масками, клочья рыжего пуха, то ли аномалии, то ли живого существа. Но чтобы это ни было, оно было опасно. Крупные мочала этой субстанции могли прожечь даже крепкий костюм химзащиты.
Добравшись до Долины, огляделись и заняли позицию на склоне, среди старых бетонных плит и скрученных корней. Там, внизу, среди бурого мха и искривлённых деревьев, темнел бункер Янпольского.
— Не похоже на научную базу, — пробормотал Юрка, разглядывая в бинокль. — Скорее как тюрьма. Вон сколько охраны: колючка, ворота с турелями.
Здание было наполовину врыто в землю, обложено тяжёлым армированным бетоном. Крыша его тонула в земле и кустах, лишь вентиляционные шахты торчали над всем этим. Беда вспомнила, как в первый раз они с Сургутом пришли как раз по одной из них. Ошибка профессором была учтена. И теперь каждую шахту охранял боец.
На входе в бункер находилась массивная дверь, над ней выгоревшей краской надпись: ОБЪЕКТ 47-Г.
— У двери всего два охранника, — сказал Чёрный, — один с «Грозой», другой с дробовиком. Оба в чёрных плащах, без знаков. Но видно, не новички. Сидят тихо, двигаются грамотно. А вот сколько внутри — непонятно.
— Камеры по периметру, — добавил Гекат, — минимум четыре. Да и начни мы шуметь, остальные с периметра прибегут. Так что, — он посмотрел на Чёрного, — пора озвучить твой план.
Но мужчина ничего не ответил, а снова уткнулся в бинокль. Док достал дозиметр, прикрыл от ветра ладонью экран.
— Радиация выше средней. Но стабильная.
— Так что делать-то будем? — спросила Беда.
— Ждать! — откликнулся Чёрный.
Мейрав всё это время молчала, тоже глядя в бинокль. Потом тихо проговорила, обращаясь к Сургуту:
— Смотри влево, над антеннами. Видишь выступ?
Сургут кивнул:
— Вижу.
— Это не датчики. Это блок подавления. Если мы подойдём без защиты, нам мозги сварит. Профессор очень хвалился, что заимел свой маленький «Выжигатель мозгов».
Юрка присвистнул:
— Скучать не придётся. Чёрный, когда там твой план сработает?
— Не сегодня, — отрезал Чёрный. — А мы сначала понаблюдаем. План — это хорошо, но внутри нас всё равно встретят. Ждите.
Они затаились, разбив временную точку наблюдения. Под старой бетонной плитой уложили подстилки, поставили приборы и поделили дозоры.
Ночь опускалась на Долину медленно. Света не было нигде. Даже охрана не включала прожектора. Только две красные точки, видимо, инфракрасные прицелы, мигнули на мгновение в кустах. Зона и сама будто затаилась, ожидая, кто сделает первый ход.
Мейрав прошептала:
— Мне кажется, он знает, что мы здесь.
Чёрный усмехнулся:
— Не знает, но ждёт и боится.
Начало конца
Всё началось с глухого удара. Где-то внутри комплекса погас свет, и на миг всё вокруг бункера будто замерло.
— Вперёд! — скомандовал Чёрный, и группа рванулась вниз по склону, прикрываясь дымовыми гранатами.
