школа для чудовищ (СИ) - "Bloodlust"

Вздохнув, Шаан закрыла ноутбуки, выключила телевизор, потушила свет. Из источников освещения в комнате остался только настенный монитор, на котором камеры наблюдения продолжали показывать свои картинки в ночном режиме.

Осторожно взяв Софию на руки, Шаан двинулась в их спальню. София не проснулась — змеедева двигалась бесшумно, без усилий неся легкую девушку и плавно ползя вперед, покачиваясь из стороны в сторону, отчего девушка убаюкивалась еще больше.

Уложив Софию в ее кровать и накрыв одеялом, Шаан с полминуты смотрела как та спит.

Хардкорная ты моя выживальщица. Как же мне тебя спасти?

Тихонько вздохнув, нага забралась под свое одеяло, и уже через минуту погрузилась в сон.

Глава 5. Посетитель

Город Датиан хоть и располагался в мире полном опасностей, все же не находился в полной изоляции. До других Безопасных Зон было довольно далеко, и хотя сеть дорог соединяла как сами Зоны, так и множество поселений, расположенных вокруг них, значительную часть внешних связей составляли иные миры. Как это часто бывает в полных магии мирах, сообщение между ними можно осуществлять при помощи могущественных заклинаний, артефактов или стабильных переходов, сформированных как естественным, так и искусственным образом. На Карвонне основным способом перемещения между мирами были врата — огромные конструкции, которые требовали постоянного поддержания в рабочем состоянии как в том мире, откуда шла отправка, так и в том, где производилось получение.

Чтобы возвести врата, сначала требовалось провести множество расчетов, большую и ресурсозатратную подготовительную работу. Могущественному магу надлежало рассчитать и затем материализовать проход в другой мир, после чего отправиться в него самому или послать одного из своих соратников для завершения расчетов и ритуалов на том конце. Далее разворачивался крупный строительный проект по возведению врат на другой стороне.

Долгое время, невзирая на редкую возможность достигать других миров, народы Карвонны не предпринимали особых усилий по колонизации новых земель. Карвонна страдала обычной болезнью всех социумов, живущих архаичными видами общественного устройства — отсталостью. Мир, в котором одни едят других и при этом все постоянно враждуют со всеми, был разобщен настолько, что не мог позволить себе сколь-либо серьезных проектов по освоению новых жизненных пространств. Тем более, что свободной земли на самой Карвонне было хоть отбавляй. Неосвоенные территории представляли собой постоянный источник опасности, но в то же время таили в себе различные сокровища, и добавлять сюда еще и опасности неизведанных миров не имело никакого практического смысла.

И все же, подчиняясь исторической неизбежности, контакты с другими мирами потихоньку начали устанавливаться. Конечно, большинство других цивилизаций с отвращением относились к миру, в котором поедание разумных существ считалось допустимой нормой. Но находились и те, кто был готов терпеть подобных соседей и представляемую ими опасность в обмен на различную выгоду, коммерческую и политическую.

Так на Карвонну хлынул торговый поток, который начал серьезным образом менять застоявшуюся цивилизацию. Местным жителям стали доступны технологии, искусство, необычные фрукты, генетически модифицированный скот, машины и роботы для различных работ и многое другое. В обратную сторону шли собственные товары Карвонны, в особенности уникальные ресурсы, которые почти в любом мире находились в ограниченном количестве. Мир хищников медленно, но верно преображался, Безопасные Зоны превращались из средневековых городов-государств во вполне современные мегаполисы, в которых имелось электричество, беспроводная связь, водопровод, канализация, социальные и экстренные службы, развитая транспортная сеть и компьютеризация.

От других миров Карвонна перенимала не только товары и технологии, но и культурные особенности. Так появилась характерная для большинства человеческих миров семидневная неделя и тридцатидневные месяцы, которые заменили собой множество местных, неудобных и странным образом привязанных к сезонам календарей. У каждого народа и в каждой Безопасной Зоне раньше был свой календарь с разным количеством дней в месяцах, смена месяца привязывалась к каким-то определенным датам, неравномерным по времени сезонам. Теперь же вся Карвонна имела единый календарь, который вообще не попадал ни в какие сезоны. Наступление зимы или весны отныне просто прогнозировалось, как обычная смена погоды.

Сильно изменился и язык коренных обитателей, переняв огромное количество новых слов, понятий и концепций, для которых раньше не имелось определений. Появляясь из другого мира, такие предметы и понятия назывались так же, как и в мире-экспортере. К примеру, смартфон, который теперь был в кармане у каждого обитателя Датиана, так и назывался — смартфон , поскольку аналогов ему никогда не существовало в местном языке. Иностранные языки соседних миров преподавались в высших школах, а в обиходе, параллельно с коренным диалектом, появился пиджин — новояз со множеством привнесенных слов, названий и терминов, служивший как для повседневного общения, так и для переговоров с гостями из другого мира.

Многое изменилось на Карвонне с течением времени, но только социальное устройство оставалось таким же. Хищники, которые безоговорочно правили этим миром, вовсе не собирались уступать свою власть. Ни подкупы, ни увещевания, ни угрозы не смогли изменить этого положения. Никакими материальными посулами не получалось заставить хищников перестать быть хищниками. Сильные продолжали есть слабых, проглатывая их живьем, и не спешили отказываться от подобной привычки. Ведь человеческие тела так хорошо пахнут, сочны и питательны, а отчаянные трепыхания жертвы, заживо перевариваемой в желудке, распространяющей по всему телу волны наслаждения и усиливающееся чувство сытости, так приятны. Конечно, пока хищнику хорошо, съеденная им добыча умирает в агонии, но кого это интересует? Проблемы слабых никого не волнуют, так сложилось исторически, и на тех, кто попытается рассказать дракону, что кролик имеет какие-то там права, будут смотреть как на законченных идиотов.

В настоящее время в центре Датиана, рядом со скоплением построенных врат, раскинулся большой посольский квартал. Невзирая на гарантии безопасности со стороны Защитников и городского Совета, он со всех сторон был обнесен высокой бетонной стеной. Внутри к зданиям посольств прижимались различные торговые представительства и офисы, туристические агентства и гостиницы для новоприбывших. Вход в квартал осуществлялся через несколько КПП, где с одной стороны стояли полицейские Датиана, а с другой — вооруженная до зубов охрана из солдат соседних миров. Если желающий войти не относился к Зеленой — безопасной — категории, то ему надлежало пройти досмотр, четко изложить цель своего визита и назвать имя человека, к которому он пришел. Постоянные посетители получали пропуск.

Дрейк прошел КПП без проблем. Он являлся человеком, что было бы очевидно не только при поверхностном осмотре, но и при детальном лабораторном обследовании. Тем более он имел при себе пропуск. Дрейк предъявил его солдату в вагончике для оформления документов, получил разрешение на вход и отправился дальше.

Он двигался к своей цели, сливаясь с обитателями квартала. Его длинный черная плащ не только защищал от пасмурной погоды, но и скрывал полевую одежду — жилет с кармашками, брюки, водостойкие армейские ботинки. Оставалось неприкрытым только его лицо с голубыми глазами и светлыми, коротко подстриженными волосами.

Дрейк шел по улицам, с удовлетворением глядя по сторонам. Буквально все здесь было сделано для людей. Здания, построенные из бетона, металла и пластика, улицы, по которым ездило немного машин и даже ходила пара рейсовых автобусов, жилые комплексы для путешественников, кафе, различные сувенирные магазины и аттракционы. Практически ни одного представителя хищной расы нельзя было увидеть на улицах, хотя для туристов существовали аттракционы, где они могли пересекаться с ними в предельно безопасной обстановке.