Командор. Том 2 (СИ) - Киров Никита

— Разумеется, Ваше Императорское Величество, — генерал кивнул и ничем не выдал внешне, что раздосадован. — Отдам приказы сразу, как вернусь.

Император, уже замёрзший, поправил шубу и направился внутрь. На крыльце уже выстроился караул, где его встретил начальник гвардии полковник Сребин, которому я и передал правителя. Десант оставался снаружи, внутри с Громовым были только парни из гвардии.

Но мне самому надо будет присутствовать и на приёме, хотя я пойду туда позже. Сначала проверю, как дела снаружи, и приму отчёты.

А тем временем приезжали другие машины, в том числе и те, кто был в доме Варга.

Из первой вылез недовольный контр-адмирал Извольский, пожал Загорскому руку, даже не взглянув на него, и сразу направился в дом. Вскоре за ним прибыл Конрад Рэгвард.

Оба генерала встали друг напротив друга.

— Рад видеть имперского главнокомандующего, — вежливо проговорил Загорский.

— А, всё целитесь на моё место, — Рэгвард усмехнулся. — Я бы вам не советовал. Очень нервная работа с утра до ночи, даже порыбачить некогда.

— По вам и не скажешь, генерал, что вы тяготитесь этого, — Загорский рассмеялся.

— Я поседел уже в сорок два, когда стал имперским генералом, — ответил Рэгвард. — А вы в свои шестьдесят выглядите вполне молодо. Но это может измениться очень быстро. Удачного вечера.

Загорский похлопал глазами, не понимая, к чему это было сказано.

Наконец, появился и сам Анатолий Варга. Он приехал на той самой длинной бронированной машине с гербом, на которой тогда возили меня. Старик с трудом вылез, и генерал подошёл ему помочь.

— Господин Варга, добро пожаловать!

— Добро, добро, — недовольно проговорил Варга и посмотрел на меня. — Командор, если не возражаете.

Мы отошли с ним в сторону. Приезжали новые машины, в том числе внедорожник с флагом в виде железного бычьего черепа. Тот самый гость, о котором говорил Станислав

У Высшего Дома Хардален герб в виде бычьей головы, а такой вот металлический череп — эмблема Железного Легиона, старинной гвардии их дома.

Когда-то это была пехота, ныне это бронетанковые войска. Когда я учился в академии, мне предлагали вступить к ним, но я отказался, ведь к тому времени уже знал о своём происхождении и готовился вернуться в Юнитум.

Самого генерала я не увидел, мы как раз отошли с Варга подальше.

— Он согласился, — сказал я. — Крепость идёт на острова.

— Это отличная новость, Дмитрий, — старик обрадовался. — Просто превосходная. Я уже думал, что всё потеряно. А тут… всё сложилось отлично. Это ты его уговорил?

— Поговорили в машине. Он меня выслушал и согласился.

— Отлично. Это очень хорошо.

— Он знает, кто я, — произнёс я тише. — Не детали, но в общих чертах.

— И кто ему сказал? — он удивился.

— Мы чуем друг друга.

— Чуете друг друга… Так бывает, отец говорил, что чуял остальных, — Варга кивнул. — Но в любом случае всё сложилось отлично. Хорошо, что я тебя позвал. А то бы… нас, стариков, он слушать не любит. Вернее, не всегда хочет слушать.

Варга прошёл в дом, а Загорский иногда переговаривался с другими гостями, кто был рангом повыше — офицеров имперского штаба и сановников из свиты императора. Этих он приветствовал, остальных демонстративно не замечал.

Но к двум людям младшего звания он подошёл первым и даже пожал им руки.

Один из них был совсем низкорослый, с брюшком и с залысинами на голове. Несмотря на мороз, он ходил без шапки или фуражки, хотя от холода у него даже усы заиндевели. На плечах его офицерской формы со знаками морской пехоты были погоны полковника.

А очень высокого парня в гвардейском мундире, стоящего рядом с ними, я знал лично и неформально кивнул ему, когда увидел. Тот тоже меня узнал, но формальным кивком отделаться не имел права, поэтому вскинул руку в знак приветствия.

— Вся ветка Загорских, три поколения военных, — рассмеялся подошедший ко мне штабист Станислав Варга, который только что приехал.

— Младший тогда был с нами, — напомнил я. — На площади стрелял из винтовки, хорошо выходило, огнемётчика снял. И потом в штурме банка поучаствовал, вместе с Ермолиным ходил. Хороший парень. А вот его отца не знаю.

— Полковник Загорский, из морской пехоты Калиенты, — сказал Станислав. — Говорят, совсем не похож на отца, и дело не во внешности.

— Далеко забрался от дома, — задумался я. — Совсем другие РВС.

Младший не был в карауле, он получил отпуск, как раз из-за того, что я написал рапорт о его заслугах, как обещал. А дед притащил его сюда явно для того, чтобы молодой Загорский познакомился с большими людьми.

Ко мне подошёл лейтенант Лапин из роты оцепления, начал отчитываться, но пока я слушал, то заметил кое-что любопытное с другой стороны огромного двора.

У служебных ворот остановился грузовик, который вскоре заехал внутрь, но его пропустил сам генерал Загорский.

Зная, что творится вокруг, я велел своим смотреть за такими вещами особенно внимательно, но вскоре увидел, что к заговору это не имело никакого отношения.

Да и императорские гвардейцы вместе с безопасниками уже были там и всё проверили.

Из кузова вытаскивали ящики и складывали их на земле.

— Что это? — спросил я у Варга.

— Оказывается, закупили не такое вино, которое любит император, — Станислав кивнул на них. — Вот и ищут по всему городу то самое.

— Понял.

— Только не пойму, куда столько, он же столько не выпьет, — удивился стоящий рядом с нами Лапин.

— По чистой случайности, наверняка все придворные любят именно такое же вино, что и Громов, — пошутил я.

Варга тихо засмеялся, оценив шутку. Но, конечно, вся свита Громова будет пить именно такое, даже если не переносит такое на дух.

Прислуга принимала ящики, но таскать внутрь не успевала, мало их было. Торопились, но время шло. Ну а генерал Загорский недовольно при этом морщился и обратил взгляд на солдата РВС, стоявшего на посту в будке у ворот.

Он направил палец на этого тощего, недокормленного и невыспавшегося пацана с торчащими ушами и слишком большой для него куртке с меховым воротником.

— Занести, — велел генерал.

Палец показал на ящик.

Боец медленно огляделся. Наверняка вспоминает устав, где ему запрещено покидать пост даже по приказу генерала. Но в здешних войсках всё работает не пойми как. А генерал здесь может вообще всё.

Парнишка закинул автомат за спину, поднял ящик и пошёл к лестнице. Но это чёрный ход, и здесь не так хорошо убирались, как у парадного. И лёд отдолбить не успели.

В итоге, нога солдата скользнула, он попробовал сохранить равновесие, но неловко наступил… Нога нехорошо подвернулась, неприятно хрустнула и…

Бац! Деревянный ящик упал на землю. Раздался отчётливый жалобный звон, и со дна ящика побежала красная как кровь жидкость, которая начала быстро замерзать.

Лапин, который докладывал мне, вздрогнул и обернулся, после чего продолжил. Лежащий на земле солдат прикусил губы и потёр вывихнутую лодыжку, но увидев, что стало с ящиком, он замер от испуга.

Генерал Загорский смотрел на него сверху вниз.

— Это залёт, — объявил он. — Ты оставил пост.

Хитрец. За разбитый ящик с вином наказания быть не может, ведь это не армейское имущество, а личная прихоть генерала, но вот за оставленный пост вполне накажут. И это не пять нарядов вне очереди, за такое вообще могут в дисциплинарный батальон сослать.

— Это уже лишнее, — сказал я и направился туда.

— Согласен, — Варга кивнул и пошёл вслед за мной.

— Передай его кому надо, пусть разберутся, — тем временем бросил генерал своему сыну. — А я в дом пошёл. Столько вина насмарку. Совсем охренели.

Генерал сложил руки за спиной и ушёл внутрь до того, как я подошёл на место. Но полковник Загорский остался. Он достал сигареты и подошёл к бойцу, который с трудом поднялся и поморщился, стараясь не наступать на ногу.

— Фамилия, боец? — спросил полковник.

Тот что-то сказал, я не расслышал. Мы подошли, а тем временем явился местный лейтенант, наверняка начальник караула. При виде меня и полковника он выпрямился и вскинул руку, затем с удивлением посмотрел на замёрзшую лужу вина и морщащегося от боли бойца.