Враги перли на рожон, словно не чувствуя боли, и мне пришлось встать рядом с Имаджин, прикрыв ее собой, когда очередной иглосвин покатился в ее направлении. Отразив катящуюся атаку, я успел метнуть в отступающего кинжал и вдарить током, парализуя противника. В результате из десятки ехидн в живых остался только один — парализованный моим ударом.
— Ты в порядке, Имаджин? — спросил я, помогая кошко-девочке подняться.
— Это неправильно, так не должно быть! — растерянно ответила пленница. — Они мирный народ грибоедов! Мы общались несколько лет, а наши народы всегда жили в мире, даже когда шла война с псами. Здесь что-то не так.
— К счастью, у нас есть возможность узнать, что именно, — успокоил я девушку. — Аи, проведи первичный осмотр нападавших. Ичиро и Юн обеспечивают прикрытие. А мы попробуем поговорить с единственным выжившим, — приказал я, направляясь к иглосвину.
Связав противника по рукам и ногам, выдернув торчащую из ноги стрелу и остановив кровотечение, я попытался привести его в чувство. Однако стоило ехидне проснуться, как она тут же рванула веревки и с бешеными глазами ринулась на кошку, отпрянувшую под таким напором. Убедившись, что веревки выдержат, девушка попыталась поговорить с пленником, из уст кошки даже резкие и грубые слова звучали мурчаще тепло. Так, что их приятно было слышать. Да вот только никакого эффекта на нападавшего это не оказало.
— Я не понимаю, в чем дело, — в отчаяньи, чуть не плача, сказала Имаджин. — Я никогда не видела ничего подобного. Они всегда были дружелюбно настроены, охотно делились едой и весело играли с нашими питомцами. А сейчас на него не действует даже мое успокоение. Может, я вместе с магией растеряла и остальные способности?
— Не волнуйся, твое урчание даже меня успокаивает, — сказал я девушке, непроизвольно положив ладонь ей на голову, между ушей. Пленница вздрогнула, а затем нерешительно наклонилась вперед. Так уж вышло, что я ее погладил, от чего она заурчала, но все же убрала мою ладонь с головы. — Аи, что скажешь? Может, дадим последнему из выживших успокоительное?
— У меня есть немного обезболивающего, но я храню его для тяжелых операций, — покачала головой врач. — Что же до остальных, не знаю, в чем дело. Строение очень отличается от всех зверей, что я раньше видела, поэтому сказать что-то определенное сложно. Возможно, они просто хотели напасть на нас, выполняли приказы Шунюана. А может, наша гостья и вовсе нам врет, и это их нормальное состояние.
— Ты сомневаешься в моих словах? — прошипела Имаджин, показав зубы. От секундной расслабленности пленницы не осталось и следа.
— Успокойся, было бы странно, если бы те, на кого ты напала, сразу поверили бы каждому твоему слову, — сказал я, вставая меду девушками. — Но это не значит, что мы не можем стать друзьями. Давайте просто вместе разберемся, в чем дело. А в процессе у гостьи будет достаточно времени, чтобы объяснить свою позицию и мировоззрение. Ведь мы друг о друге ничего не знаем. Расскажи, что это за народ? Как они живут?
— Я уже сказала — они выращивают гигантские съедобные грибы, — фыркнув, проговорила кошка. — Мирный народ, пусть и не очень многочисленный, но строго соблюдающий свои границы. При этом они всегда чужаков встречали гостеприимно, если те не собирались оставаться на их территории. Живут небольшими общинами по пять-десять семей. Отлично играют на барабанах и любят колокольчики.
Когда наступает сезон созревания ягод света, они устраивают повсеместные праздники, закапывая опавшие плоды в подстилку для новых посадок. Меня всегда веселило, что вместо одежды у них только штаны и передники. Но на спину им ничего и не надеть, — чуть погрустнев, рассказывала пленница. — Очень мирный, трудолюбивый и дружелюбный народ, который невозможно втянуть в чужие конфликты. Когда мне понадобилось подняться наверх, они обеспечили достойное сопровождение и дали в дорогу орехов и ягод.
— Понятно, — сказал я, когда девушка замолчала. А про себя отметил, что раз она говорит о втягивании в конфликт, значит, прецеденты были. Не так все просто и мирно, как она хочет показать. — Получается, они живут небольшими группами? Тогда мы можем попробовать добраться до противоположной стороны этажа незаметно.
— Но нам придется бросить баллисту, — с сожалением сказал Бим. Бом подтвердил:
— Да, такую прелесть тихо не протащишь. Разве что постоянно на руках нести.
— Нет. Она нас затормозит, а безопасность первостепенна, — покачал я головой. — Этого оставим здесь, веревку жалко, но не убивать же из-за этого невинное существо. Имаджин, ты помнишь, где располагались деревни, так, чтобы мы могли пройти мимо них, по краю? Если все получится — мы не только избежим опасности сами, но и сумеем сохранить жизни многим невинным.
— Да, — не слишком уверенно сказала Имаджин. — Думаю, у меня получится.
— Хорошо. В таком случае не стоит больше задерживаться. Хироши, на тебе разведка. Попробуем в этот раз обойтись без жертв. Ичиро, пока я занят, ты возглавляешь отряд. Наш приоритет — безопасность бойцов. Соберите с убитых кровь, им она не понадобится, — приказал я, формируя следующие шаги. — Юн, братья, возможно, нам понадобится совместная техника, так что старайтесь не тратить силы понапрасну.
— Как прикажете, господин, — улыбнулась воспитанница верховной жрицы. — Вы его слышали, девочки: идем по центру и ни на кого не отвлекаемся.
Обеспечив надежное прикрытие, тщательно обследуя дорогу впереди и не отвлекаясь на сторонние задачи, мы выдвинулись вперед. Винтовая лестница вниз погрузила нас еще на десяток метров, но температура почти не менялась, как и освещение. Все те же оранжевые ягоды освещали нам путь, закончившийся еще одной закрытой дверью. Без труда отыскав терминал, я приложил к нему ладонь, и массивная стальная пластина со скрежетом ушла вниз.
Представшую перед нами картину можно было назвать как угодно, но только не умиротворением и спокойствием. Очевидно, мы оказались у входа в небольшую деревню, не больше десятка домов. Но вид разрухи просто ужасал. Собранные из веток и листьев строения оказались полуразрушены, и повсюду виднелись следы кровавой схватки.
Высохшие кровавые лужи не смогли до конца впитаться в землю. Проходя мимо одного из домов, я заметил в траве валявшуюся оторванную руку, на которой осталось два пальца. Остальные то ли отрубили, то ли откусили. Я бы поставил на крыс или мелких хищников, но в таком случае они не оставили бы добычу. Да и следов укусов вроде не наблюдалось.
— Лучше туда не ходить, — мрачно сказал Хироши, возвращаясь к отряду.
— В чем дело? Ты аж позеленел весь, — спросил я, но эльф только помотал головой. — Ладно, ищем другие пути. Не разбредаться, сохраняем защитную формацию.
— Можем попробовать проломить одну из стен, — предложил Ичиро. — И пройти сквозь нее, раз уж нашим разведчикам что-то настолько не нравится.
— Не будем пока привлекать внимания. Это всегда успеется, — ответил я. — Забор пусть и символический, но достаточно высокий и крепкий. Попробуем найти низкое место и перелезть, — приказал я, и вскоре такой участок и в самом деле нашелся. Жаль, конечно, что почти у стены этажа, но мы смогли построиться лестницей и спокойно перелезть на противоположную сторону, оказавшись в настоящем грибном лесу.
— Боги, — прошептал, зажав нос, Куват, и я заметил, куда он смотрит. Чуть в стороне от нас, прямо у ворот деревеньки, была свалена куча тел. Огромный иглосвин под три метра высотой громко и с удовольствием чавкал, опуская свою морду к трупам. Своими массивными клыками кабан вырывал куски плоти и пожирал соплеменников. — Господин, прошу вас. Мы должны его прикончить. Даже если все они звери — такого отношения не заслужили.
— Черт!
Я оглянулся на Имаджин. Не хотелось навредить впечатлению, которое я хотел произвести на девушку. Но кошка сама решительно кивнула.
— Хорошо, избавим мир от монстра.
Глава 23
Мы не стали бросаться в бой сломя голову, тем более что спасать, похоже, было некого. Вначале вернулись обратно в деревню и подготовились. Рыть канавы или возводить стены показалось нам слишком шумным вариантом. Так что, собрав самые крупные жерди из имеющихся, мы заострили их концы, соорудив несколько оборонительных рядов.
