Мы решили вразумить товарищей, пытались воодушевить их техниками Юань-ци, очистить их кровь, но ничего не вышло, — от волнения девушка всхлипнула и приподняла маску, чтобы вытереть слезы. — Мою подругу смяли, и когда я уже думала, что все кончено и следующей жертвой стану я — господин внезапно оттолкнул меня в сторону и приказал бежать. Он сдерживался сам и сумел выиграть мне достаточно времени, чтобы скрыться. А что было дальше, я не знаю. Но вряд ли они еще живы.
— О, да у нас тут настоящая драма, — присвистнул Хироши. — Не знаю, что с той девушкой, но твоего господина мы спасли.
— Рано еще говорить о спасении. Но он в лагере, живой, связанный по рукам и ногам. Зато теперь мне понятно, почему он не пользовался техниками кровавых клинков. Он просто употребил всю кровь для питания, — покачал я головой. — Может, по этой причине мне удалось победить? Сейчас уже неважно. В общем, он в безопасности и под охраной. Как и большинство других воинов из вашего отряда.
— Мы должны проверить мою подругу, — жалобно попросила девушка. — Может, она еще жива?
— Сильно сомневаюсь, и особенно на это не надейся, но сходить и в самом деле нужно. По крайней мере, забрать жетон, чтобы отдать родителям для захоронения, — сказал я, пряча оружие. — Сможешь показать дорогу?
— Нет. Я бежала сломя голову, так что не особенно ее запомнила, — грустно покачала головой воительница. — Но если мы вернемся по моим следам, найдем.
— О, в этом совершенно нет необходимости, — усмехнулся Хироши. — Вы были в той стороне. Только тот, кто совершенно не умеет читать следы, не заметит, как к первому поселению оттуда ломилось стадо из восьми обезумевших от жажды крови бойцов. Так что нам всего-то и надо, что вернуться на место бойни.
— Не нужно ходить туда всем, — пожал я плечами. — Меня одного достаточно. А вы пока продолжайте идти по следу. Но оставайтесь в зоне видимости.
— Это будет совсем не сложно, — согласился эльф, — тем более что дороги ведут в одну сторону. Не удивлюсь, если наша гостья хотела посмотреть на результат трудов доблестных защитников Чщаси. Ну а они, конечно, не оставили ее равнодушной. Там, наверное, даже луж крови не осталось, все досуха выпили адепты Сюэ-ци.
— Не смешно, — оборвал я речь Хироши. — Там погиб наш товарищ.
— Извини. Я просто… в шоке от всего происходящего, — мрачно ответил лучник. — Ты только представь, куда бы мы ни шли — несем с собой гибель и разрушение. Что после нас останется, когда мы продолжим спускаться? Сколько еще народов должно погибнуть просто потому, что они случайно оказались у нас на пути?
— Не нагнетай. И без тебя тошно, — отмахнулся я. — Не мы выпустили или создали болезнь. Это сделал Шунюан.
— О, это и вправду так, — усмехнувшись, согласился Хироши. — Вот только он просто защищается от нас как может. Самооборона вещь ненаказуемая. Ты сам готов убивать, если твоей жизни угрожают. Да и не только. Кто недавно признался, что перебил триста тысяч человек?
— Это было в прошлой жизни, и за эти грехи мне уже послали наказание в виде моралиста-товарища. Лучше смотри за следами, а я схожу заберу жетон.
Разойдясь с эльфом в разные стороны, я подошел к месту битвы, а вернее, настоящей бойни. Хироши оказался не совсем прав, лужицы крови оставались. Но среди растерзанных кусков плоти я с трудом нашел туловище девушки и забрал цепочку с бамбуковым стеблем, в котором хранилось имя и последнее письмо.
— Ты вовремя, — прошептал эльф, делая знак пригнуться. — Кажется, я нашел нашу беглянку.
Раздвинув заросли травы, он показал мне на поляну, где одиноко возвышался трехметровый гриб, на шляпке которого обнаружилась седовласая кошка. Снизу, не слишком плотным кольцом, стояло четверо почти квадратных двухметровых иглосвинов, два из которых караулили, достав длинные ножи, а два других споро рубили начинающий качаться ствол.
Глава 27
— Справимся? — с явным сомнением спросила подруга Ичиро. — Их больше.
— Это не так важно, мы полностью укомплектованы и снаряжены, к тому же обучены сражаться.
— Ага, а еще именно этим занимаемся последний день почти без остановки и отдыха, — усмехнулся Хироши. — Если повезет, сразу они нам не наваляют. А вот если нет, то останутся от нас только ножки да рожки. Остальное выкушают. Если мы, конечно, не нападем скрытно и не ударим в спину. Тогда еще есть шанс.
— Боюсь, тут ты прав. Не хотелось бы убивать всех подряд, но, скорее всего, они тоже заражены. А значит, пока не придумали лекарство, единственный способ облегчить их страдания — это смерть, — нехотя согласился я. — Сможешь убить одного выстрелом в глаз? Это сравняет шансы.
— О, это запросто. Даже двоих, если сам заберусь на гриб, — с проснувшимся азартом сказал эльф. — Вам останется только прикрывать ножку. Чтобы ко мне не подобрались. К тому же убить куда проще, чем обезвредить, не покалечив. Это не составит особого труда.
— Да, тут ты прав. И все же убивать без причины их не хотелось бы, — покачал я головой. — Поторопись, пока гриб не срубили. Я наложу иллюзию, и можно будет атаковать.
Дважды просить его не пришлось. Используя когти на ботинках и перчатках, Хироши быстро взобрался по ножке ближайшего крупного гриба, и почти сразу воздух разорвал низкий гул тетивы. Длинная стрела с гусиным оперением вошла прямо в глаз иглосвина, на половину черенка. Трое других резко обернулись, выискивая опасность и держа тяжелые топоры наготове. Второй выстрел вышел чуть менее удачным, хоть и перебил сонную артерию противнику.
Оставшиеся двое ехидн бросились к нам, и я выступил вперед, окруженный двумя отражениями. Иглосвины об этом, естественно, не знали, как не имели понятия о фехтовании на тяжелом оружии, и все же за счет скорости и силы они оставались грозными противниками. Помня об их природной способности стрелять иглами со спины, я постоянно маневрировал, уходя от ударов, и атаковал лишь в уязвимые точки.
Зрение Ци, объединенное с летним вихрем, позволяло мне двигаться чуть быстрее противников, а многолетние тренировки давали подавляющее преимущество. Но я до последнего надеялся, что мне удастся обезвредить противников, не убивая. Парируя, я выжидал наилучший момент, а затем, спровоцировав атаку иллюзии, ударил первого под колено. Еще в полете, до того, как он упал, мне удалось добавить в висок подкованным сапогом.
Второй иглосвин, увидев, что его товарища повалили, а двое других мертвы, бросился наутек. Но, помня о просчетах предыдущей схватки, я метнул вдогонку кинжал с привязанным тросиком и активировал шок. Враг противно взвизгнул, упав на дорогу, и в судорогах выпустил целый ворох игл в разные стороны. Я едва успел прикрыть рукой лицо, когда несколько вонзилось в мой деревянный доспех.
— Что вы натворили! — со шляпки гриба закричала Имаджин. — Зачем вы их убили⁈
— Эти двое вполне еще живы, — как можно спокойнее сказал я, выдергивая из доспеха иглы. — Так что, возможно, мы даже сможем еще их спасти. Подожди секунду, сейчас свяжу их и помогу тебе спуститься, — сказал я, глядя на плачущую девушку. — Хироши, у тебя есть запасная страховка?
— У меня есть, — произнесла воодушевившаяся после успешного сражения орчиха. — Вот, можете взять. Все равно я толком ей пользоваться не умею.
— А вот это очень зря. Но не все сразу, еще выучишь, да и толку от нее здесь не так чтоб уж много. Лазать высоко не надо, стен нет, — говоря с соратницей, я не забывал о деле, и вскоре оба иглосвина оказались хорошо упакованы и зафиксированы. Эльф, не теряясь, перебрался на гриб к Имаджин и уже обвязал ее страховочным поясом для спуска. Так что мне оставалось лишь поймать расстроенную кошко-девушку внизу.
— Спасибо, что хоть попытались спасти их, — нехотя сказала пленница, когда я отвязывал страховку. Уши ее грустно опустились, а хвост волочился по земле. — Может, они не были заражены, а просто испуганы? Вам это не приходило в голову?
— О! Если бы кое-кто не сбежал из лагеря под шум схватки, нам не пришлось бы его искать и сражаться лишний раз, — усмехнулся Хироши, спускаясь. — А убить зараженного — это лишь облегчит его страдания. По крайней мере, себя этим можно утешить.
