— Многие все еще ждут, что у них родятся мальчики, господин, — не стала скрывать Имаджин. — А потому шьют костюмы заранее. К сожалению, надежды не оправдываются. Но не выкидывать же готовое? Вот и хранили до недавнего времени в общей сокровищнице.
— Возможно, вскоре все изменится, — улыбнулся я, пытаясь подбодрить девушку. — Ты говорила, что мальчики перестали рождаться всего несколько поколений назад, из-за действий Шунюана. Возможно, окажись вы наверху, в вашем народе вновь начали бы появляться мужчины.
— Вскоре узнаем. По крайней мере, я очень хотела бы, — сдержанно улыбнулась неко и вышла из бань, оставив меня наедине с мыслями. Что именно она имела в виду? Переспрашивать я не стал. Вопрос не первоочередной.
Дождавшись, пока все сменят одежду, мы вышли, как заходили — отрядом из двух троек и командира. Посвежевшие, отмытые и благоухающие, но все еще уставшие. И зелья не слишком исправляли эту ситуацию.
Именно поэтому я попросил прогуляться в квартал ремесленников. Отвлечься, посмотреть, на что способны местные умельцы, а заодно подыскать некоторые вещи, которые мне могут понадобиться в ближайшее время. Нам предстояла встреча с Шунюаном, и я нисколько не сомневался, что разговор не пройдет гладко.
— Что вас интересует? — спросила Имаджин, когда мы отошли чуть в сторону от основного города и зашли в шумные ряды, где толпился народ. Нас уважительно оглядывали издали, не приближаясь, а стража по велению кошки держалась чуть позади.
— Ковка и живопись для меня, — не раздумывая, ответил я. — Специи для Кувата, письмо для Юн и скульптуры для Аи.
— О, а я и не знал, что ты увлеклась лепкой, — удивленно посмотрел на девушку Хироши. Та в ответ лишь погрозила кулаком.
— Еще я бы хотела посмотреть вышивку, — улыбнувшись, поправила меня Юн. — Если у вас такой вид искусства, конечно, есть.
Весь следующий час мы смотрели, общались и пробовали новое. Рассказывали о том, что есть на поверхности, и много смеялись, с удовольствием принимая в дар небольшие, ничего не стоящие вещи. Набор игл для вышивки, особо жгучие специи, чернила и порошкообразные красители, склянки с кислотой для протравки рисунка на железе, жирные масла для живописи и многое другое, что местные и не думали применять в качестве оружия.
— Обязательно заглядывайте к нам в гости! — приветливо помахал Хироши на прощанье нескольким новым друзьям. — Даже не думал, что найдем столько полезного. Они ведь искренне не понимают, что нам дали?
— У них есть боевая магия, зачем им быть изобретательными? — пожав плечами, ответил я. — А вот у нас выхода нет. Как бы ни закончилась встреча со Сциллой — завтра мы отправимся на бой с Шунюаном.
Глава 43
— Вы должны немедля выгнать чужаков из ваших домов! — донесся до меня знакомый голос демона, стоило открыться воротам в ратушу. Ичиро тут же схватился за мечи. Куват подтянул ремни на трофейном щите, и даже Хироши пробежал пальцами по кончикам стрел, считая их количество в колчане.
— Спокойно. Атакуем его первыми — и на нас могут наброситься все в городе! — осадил я соратников.
— Пусть только даст повод, — прорычал мечник, уже активировавший кровавую ярость. Я его прекрасно понимал: тоже сдерживался с трудом, но, в отличие от соратника, я спускался в подземелье не для того, чтобы убить врага даже ценой своей жизни. Умирать в мои планы совершенно не входило. Мы обязаны вернуться, ведь впереди у нас куда более грозный враг.
— Они почти дети, и не смогут оказать вам серьезного сопротивления. Вам совершенно незачем их опасаться, — продолжал свою речь Шунюан, когда мы уже входили в общий зал. Активировав зрение Ци, я хотел найти его слабое место, но мгновенно понял, что это невозможно, ведь перед нами стоял не живой человек, а лишь иллюзия. Такая же, как на верхних этажах, когда он показывал мне заснеженную пустыню.
— Он совершенно прав, — усмехнувшись, сказал я, вставая рядом с изображением. — Не стоит нас бояться. Но не потому, что мы не можем ответить на агрессию. А лишь потому, что мы не хотим ее проявлять. Мы пришли с мирными намереньями.
— Безусловно, спуститься на девятнадцать уровней вниз, вырезать несколько сотен живых существ лишь для того, чтобы добраться до одного, последнего — это мирные намерения? — со смехом возразил демон.
— Не вы ли только что говорили, что они не опасны? — пророкотала Сцилла в шесть голосов. — Если, по-вашему, те, кто убил около тысячи тварей, победил отступников-гиен и прорвался через оборону наших восставших рабов, не опасны, то что же может являться настоящей опасностью? Может, то, что они погасили наше солнце одним своим приказом?
— Это всего лишь блеф. Иллюзия, — возразил Шунюан. Я видел, что его раздражает сам факт разговора, что с ним спорят, а не беспрекословно подчиняются.
— Такая же, как твое присутствие здесь, старик? — усмехнулся я, проводя рукой сквозь изображение и стараясь еще больше вывести его из себя. — Я могу немедля прервать твое присутствие здесь. Но вместо этого хочу спросить о некоторых вещах. Уверен, хозяйкам этого дома тоже будет интересно услышать, за что ты проклял их род, не позволяя рождать детей-мальчиков?
— Лжец и манипулятор, я никого не проклинал! Это просто случайность! — возмутился демон.
— Вот как? А разве не ты их создатель? Ты ведь так им врал? — сыграв на скрытом недовольстве, близком всему народцу неко, я не стал останавливаться на достигнутом и продолжил наступление. — Может, ты еще хочешь сказать, что именно ты создал меня?
— Что за бред ты несешь? При чем тут это? Я создатель этих народов, и мне решать, как они должны развиваться! — возмущенно сказал Шунюан. — Я все рассчитал. Да, вначале им будет тяжело, но затем они найдут свое место в мире, постепенно рабовладение сменится крепостным строем, а потом и вовсе равными отношениями. Я дам им науку и искусство, помогу развить технологии…
— Какой ценой? Ты поможешь им точно так же, как помог народу ехидн, которые вымерли по твоему недосмотру? Или как гориллам, страдающим от голода? Или гиенам, каждый день борющимся за выживание? — мне пришлось приглушать голос Шунюана иллюзорными техниками, чтобы все в зале услышали мои слова. И это не укрылось от внимания демона. — Он вам врет. Использует и бросает, заставляя жить впроголодь.
— Это ты им врешь! Люди на поверхности живут не лучше! Им постоянно приходиться сражаться за еду и пресную воду, отбиваясь от толп монстров! — взревел демон. — Мои дети в безопасности, они переживут здесь вековечную Тьму и выйдут на очищенную от монстров и чудовищ землю.
— Как давно ты это им обещаешь? Десять поколений? Пятнадцать? Может, сто? И как? Улучшилась ваша жизнь за это время? А что на поверхности? Может, небеса рухнули на землю? Океан смыл всех? Да десять раз, конечно. Все в полном порядке, — усмехнулся я. — С какой стати они должны тебе верить? Тебе, даже при смертельной опасности для своего идеального народа трусливо прячущегося от моего взора. Выйди, встань рядом со мной и скажи мне все это в глаза. Или стоило Стражам перестать слушаться приказов, как ты мгновенно потерял остатки смелости? Почему они должны тебя слушаться, трус?
— Да как ты смеешь, мальчишка⁈ Я их создатель! Я! — взревел сильнее прежнего демон. И резко замолчал, заметив на моих губах победоносную улыбку. О, я ждал этих слов. Мановение руки — и рядом с одним изображением Шунюана стоит его точная копия. Даже одежда не сменилась. Вот только слова из его рта льются совсем другие.
«Это ты, ты во всем виноват! Ты создал нас. Ты хотел спасти всех! — чуть дерганно кричала иллюзия, показывая на меня пальцем. — Я заставлю тебя вспомнить!»
Изображение дернулось и, резко искривившись, попыталось сбежать, как во время схватки с Джен Ли, но теперь я замедлил его движения, чтобы каждый в подробностях мог рассмотреть бегущего.
— Вот он, истинный облик вашего господина, — усмехнулся я. — Внимательно посмотрите на страх, что горит в его глазах, выжигая душу. Он трус и подлец, стремящийся во всем обвинить других, прячущийся под личиной друга и наставника только для того, чтобы ударить в спину.
