"Фантастика 2026-48". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Шер Вениамин

– В этом мире замок разрушен…

– А в каком-то цел. В каком-то пространственно-временном слое он цел и состоит из привычной нам материи. Говорят, некоторые из­бранницы Найяры открывали этот замок и позволяли людям входить ту­да. Может, и у тебя получится?

– Может… Только лучше об этом никому не знать, – пробормотала Ариэна. – Во всяком случае пока. Я боюсь этого замка. Войти туда непросто, но проще, чем выйти.

– А войти ужасно хочется, – признался Тамран. – Этот дворец похож на ловушку. Зовёт и манит…

– Я это тоже почувствовала. А значит, надо обходить его подальше.

– Зачем обходить, если можно облететь?

– По-моему, скоро ты разучишься передвигаться на своих двоих…

К призрачному замку Ариэна и Тамран больше не приближались, но на трёх островах было где побродить и полетать. Иногда они подолгу парили над морем, то спускаясь к самой воде, то поднимаясь так вы­соко, что окружённый туманом Ди-Милон казался островком бытия сре­ди бесконечного хаоса. Тамрану не терпелось окончательно избавить­ся от страха перед морем – этого неосознанного, впитанного с моло­ком матери страха, которому был в большей или меньшей степени под­вержен каждый чистокровный диввин.

Ариэна научила мужа нырять в туманные колодцы. Спускаясь на дно, они собирали «звёздные осколки», а потом сидели на каком-ни­будь выступающем из воды валуне, и Ариэна делала из тумана карти­ны: дивные сады, сверкающие золотыми шпилями замки, прекрасные го­рода, где нарядные дома окружали рощи с фонтанами и статуями, а по улицам бродили ручные звери. Забыв о своём царстве под названи­ем Новая Аранхайя, юные царь и царица придумывали мир, в котором им хотелось бы жить. Просто жить, не обязательно править… Он по­ходил на привычный им мир, только был ещё красивей. И там никто ни с кем не воевал. Иногда они выдумывали нео6ычных существ и даже чудовищ, правда, скорее смешных, чем страшных. Однажды, когда они сидели на маленьком каменном островке недалеко от кораллового рифа, Ариэна сожгла нить аранхи, и едва нежно-лиловый дым смешался с туманом, созданная Ариэной картина превратилась в иллюзию – вроде тех, в которые она входила в круглой 6ашне. Сад с диковинными животными, голубые горы на горизонте, утопающий в зелени замок – всё засияло яркими красками и стало настолько неотличимо от реаль­ности, что Ариэна и Тамран едва не забыли, где они на самом деле находятся. Они оказались в центре иллюзии, совершенно скрывшей от них море с клубящимся над ним туманом. Они видели только тот туман, который, участвуя вместе с огнём и паутиной в магическом действе, создавал вокруг них придуманные ими картины. Ариэна взя­ла Тамрана за руку и повела по аллее сказочного сада к замку из белого и голубого камня. Его шпили и купола сияли, словно застыв­ший солнечный свет.

– Странно ступать по земле, которую не чувствуешь под ногами, – сказал Тамран, погружая пальцы в густые заросли иллюзорного кустарника. – Заколдованный ветер… Жаль, что нельзя понюхать эти цветы и войти в этот замок.

– Создавать настоящую реальность способны только боги, – вздох­нула Ариэна. – Вернёмся на остров, иначе останемся тут навсегда и превратимся в призраки.

«А если использовать ариллин, – подумала она. – Ведь этот «звёздный» туман о6ладает гораздо большей магической силой, чем арилловый…»

В следующий раз Ариэна подожгла не только нить, но и кро­шечный кусочек ариллина. Едва «звёздный» туман смешался с тем, ко­торый клубился над морем, она представила себе картину с садом и бело-голубым замком. Иллюзия возникла тут же. Ощущение реальности было просто потрясающим. Ариэна поймала себя на непреодолимом же­лании сделать этот выдуманный мир действительно реальным. Хотя бы ненадолго. У неё мелькнула дерзкая мысль – не воспользоваться ли солнечным огнём? Тем, что исходит непосредственно от солнечного великана, сына Великой Аранхи, которого она сделала царём этого мира… Небо и солнце в созданном Ариэной мирке были иллюзорными, но настоящее солнце было рядом. Иллюзия заслоняла его, словно плотная занавеска, но Ариэна всем телом ощущала его тепло. День стоял ясный, и золотистые лучи пронизывали клубящийся над морем туман. Ариэна заставила себя сосредоточиться и увидела сквозь ставшую по­лупрозрачной «занавеску» этот подсвеченный солнцем туман. Держа на ладони кусочек ариллина, она представила се6е, как притягивает солнечные лучи, собирает их в пучок и… Они действительно устре­мились к «звёздному осколку»! Мгновение – и в руках Ариэны засиял золотистый шар. Она зажмурилась, удивляясь, что этот сгусток сол­нечного света не обжёг ей ладони.

– Солнечный огонь, – прошептала она. – Оживи картинку. Сделай этот мир настоящим!

Она подбросила светящийся шар вверх. Он рассыпался на множество золотых искр, которые, ярко вспыхнув, тут же исчезли, а магическое полотно с «нарисованной» Ариэной картиной перестало быть прозрач­ным. Оно снова заслонило от Ариэны и Тамрана морскую гладь и мер­цающий над ней туман. Их снова окружал сказочный мир – такой пре­красный, что хотелось войти в него и остаться там навсегда. Они да­же вскрикнули от удивления и восторга, когда, войдя в эту иллюзию, вдруг почувствовали под ногами твёрдую землю. Всё вокруг было на­стоящим – трава, цветы, деревья…

– Ну и чудеса! – воскликнул Тамран. – Бежим к замку! Ужасно хочется посмотреть, что там. Может, там кто-то есть…

Но войти в замок им не удалось. 3а его высокой резной дверью зияла чёрная пустота, из которой тянуло холодом. Казалось, один шаг – и Ариэна с Тамраном окажутся в той вселенской тьме, что царит между мирами…

«Где мы? Неужели в Междумирье? – подумала Ариэна. – Неужели это я его создала... Нет, не совсем так. Я сумела в него попасть. Здесь особенно ощущается, что материя – это иллюзия, и состояние её зависит от наших мыслей, желаний. Своей магией и волей я сде­лала этот мир реальным… Ну или почти... Сколько он сможет просу­ществовать в таком состоянии?»

Словно в ответ на её вопрос дверной проём стал увеличиваться, и зияющая чернота надвинулась на Ариэну и Тамрана, угрожая поглотить их. Они кинулись прочь, но почва уходила у них из-под ног, и они уже чувствовали спиной ледяное дыхание вечности. Ариэна вспомнила, как в круглой башне спешила вернуться из картины-иллюзии на каменный круг пола – единственную точку опоры, единственную зацепку за привычную реальность. Они с Тамраном должны были как можно скорее оказаться на той плоской вершине каменного островка, с которого шагнули в иллюзию. Пронизанное туманом море стало час­тью этой иллюзии, а камень, видневшийся посреди иллюзорной полянки, связывал их с реальностью. Но надолго ли? Тьма уже засасывала рощу, цветник и подбиралась к поляне с маленьким каменным островком – частицей их мира…

«Нет… Нет! Великая Аранха, позволь нам вернуться! – мысленно молила Ариэна. – Мы должны вернуться в свой мир!»

Тьма, поглотившая уже почти весь сказочный сад, исчезла, когда Ариэна и Тамран, задыхаясь, упали на плоский влажный камень. На мгновение Ариэне показалось, что он колеблется и на ощупь напоми­нает что-то вроде плотного студня, но едва вокруг посветлело, как он снова стал твёрдым и гладким. А над морем заискрился пронизан­ный солнцем туман.

– Да, солнечного великана опасно дёргать за волосы, – пробор­мотала Ариэна.

– Что? – спросил Тамран, щурясь от удовольствия.

Ледяная тьма отступила, вокруг опять была середина лета, и вместе с туманом их окутывало тепло. Он даже не испугался. Ариэна вдруг поняла, насколько он ей доверяет, и ей стало стыдно. Тамран знал, что её магия дала с6ой, но он даже не подозревал, какая опасность им только что угрожала.

– Создавая иллюзию, не стоит использовать паутину, ариллин и солнечный свет, – сказала Ариэна. – Такая разновидность тройной магии небезопасна. Можно прожечь дыру в полотне и выпасть…

– Куда?

– В Междумирье. А там всё слишком подвержено изменению. Там трудно контролировать ситуацию. Или надо быть более опытным магом. Из Междумирья можно попасть в любой мир, в любое пространство… Хвала Аранхе, всё обошлось. Камень недаром считают символом веч­ности. Философ-маг Асталон говорил, что в камне обитают могущест­венные духи, что в нём сконцентрирована огромная сила, дающая ему какую-то власть над пространством и временем. Мы успели ухватиться за него, потому и удержались на краю бездны. Он не дал нам со­скользнуть в вечность.