"Фантастика 2026-48". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Шер Вениамин

– Сейчас я расцелую этот камень. А тебя хорошенько отшлёпаю за твоё магическое хулиганство…

– Ты знал, с кем связываешься! – засмеялась Ариэна, отбиваясь от мужа.

– Вообще-то мне понравилось. Всё же стало настоящим… Может, в следующий раз прихватить с собой в такую иллюзию пару камешков?

– Нет, Тамран, это не поможет. Асталон говорил, что особой си­лой обладают только камни, прочно связанные с телом земли. Вот как этот каменный остров, на котором мы сидим. Это же вершина го­ры, а гора упирается в грунт. И круглая башня тоже. Центральная часть нашего дворца, включая эту башню, вырублена из скалы. Остальное потом пристроили. Не удивительно, что Эрения создавала свои магические картины именно в этой башне, где сила камня, уходящего в глубины нашего мира, помогает не заблудиться в иллюзии. Духи живого камня, не оторванного от того места, где он был со времени сотворения мира, крепко держатся за этот мир. И нам помогают в нём удержаться. Вот как сегодня. Но всё же камень, как и любая другая материя, во власти Великой Аранхи. Этот каменный островок недавно был центром моей иллюзии. Хорошо, что мы вовремя вернулись на него и припали к нему, умоляя богиню оставить нас в нашем мире. Во всяком случае я ей молилась. Ещё немного – и он бы исчез… То есть, он бы, конечно, остался – так же, как и море. Он бы ис­чез для нас. Позже, чем море, но всё равно исчез бы. Тогда бы мы не смогли вернуться в наш мир. Правду говорят, что одно книжное знание даёт немного. Сколько я всего начиталась тогда по ночам в би6лиотеке Дома Знаний, в том числе сочинений по магии… Многое становится понятным, только когда проверишь на деле… Но я же просто не ожидала, что смогу создать такую иллюзию. Я не ду­мала, что сумею выйти в Междумирье…

– Ты создала не иллюзию, а реальность. Всё было настоящее…

– Это была зыбкая реальность, Тамран, – покачала головой Ариэна. – Людям далеко до богов. Иначе все искусные маги создавали бы свои миры – земли и солнца… Нет, людям это не дано. Моя ре­альность оказалась недолговечной. Она рассыпалась, как замок из песка, и мы едва не канули в бездну. Я повела себя легкомысленно. За6авляться с магией опасно.

– Да уж, – усмехнулся Тамран. – К тому же ты зря расходуешь силу.

– Насчёт этого не беспокойся. Мне всё легче и легче создавать иллюзии. Силы на это уходит совсем немного. Меня тревожит другое. Я ведь уже хорошо отдохнула, я это чувствую. Но картины прошлого и будущего видеть не могу. Дело не в усталости… Это тьма мешает мне видеть. Тьма, которая поселилась во мне. Наверное, она растёт, Тамран. Маттар стала частью меня…

– Перестань! – он крепко прижал её к се6е. – Та, что победила Маттар, не может оказаться во власти тьмы. Всё вернется. Ты снова сможешь видеть сквозь время, но… Честно говоря, я предпочёл бы, чтобы этот дар к тебе не возвращался.

– О чём ты говоришь, Тамран! Ведь…

– Да, я знаю, нам так легче воевать, – с лёгкой досадой перебил Тамран. – Но мы же не намерены воевать всю жизнь.

Какое-то время они молчали, блаженно растянувшись на тёплом камне. Туман клубился над водой, словно пар. Когда Тамран заговорил снова, голос его звучал нерешительно.

– Ариэна, я давно хотел тебя спросить… Ты только не думай, я не из тех, кто смотрит на жену, как на самку, которая долж­на дать приплод… Родись у нас ребёнок, я бы, наверное, жутко ревновал тебя к нему. Ты же знаешь, какой я эгоист. Ни с кем не хочу тебя делить. И всё же я хотел спросить… Пророческий дар действительно обрекает избранницу на бесплодие?

– Не знаю. Среди аранх пророческим даром обладают только бес­плодные особи, а у людей всё сложнее. Каэна говорила, что колду­нье гораздо труднее забеременеть, чем женщине, не обладающей магической силой. И чем больше колдунья использует силу, тем мень­ше у неё возможности родить ребёнка. Если же избранница всё-таки становится матерью, её магическая сила уменьшается. И особенно это сказывается на способности предвидеть. Именно поэтому многие аранхины-пророчицы предпочитали безбрачие. Некоторые, конечно, заводили любовников, но делали всё возможное, чтобы не понести. А если это всё же случалось, спешили избавиться от плода.

Ариэна думала, что Тамран сейчас спросит, как бы в такой ситу­ации поступила она, но он заговорил о чём-то другом.

Больше она иллюзий не делала, только изредка забавы ради лепи­ла из тумана фигуры, быстро тающие в воздухе. Это было безопасно и не требовало никаких усилий. Обследуя Ди-Милон, они с Тамраном нашли множество чудесных уголков. Больше всего им понравилась ма­ленькая тихая заводь с коралловым рифом. Арилл на Среднем Острове рос вдоль всего берега. В этой заводи его заросли перемежались с зарослями коралла, отличаясь от них только цветом. Арилл всегда был белым, с лёгким голубовато-зелёным отливом. Кораллы же, радуя глаз множеством ярких и нежных красок, напоминали подводный цветник. Сейчас это был цветник с подсветкой – выделяя туман, арилл всегда немного светился. Сидя на выступающих над водой валунах, Ариэна и Tамpaн могли подолгу любоваться игрой красок в прозрач­ной, пронизанной струями тумана, а иногда и солнечными лучами во­де. Каждый раз, когда в игру вступало солнце, коралловый риф пре­вращался в сказочное царство, и Ариэна невольно завидовала юрким золотистым рыбкам, которые чувствовали себя в этом царстве хозяевами. Ариэна с Тамраном иногда ныряли среди рифов, но они были здесь не хозяевами, а гостями. Причём незваными. Им постоянно приходилось быть начеку, чтобы не столкнуться с медузой акинтией, похожей на большой плавающий цветок. Её нежно-лиловые «лепестки» оставляли на теле волдыри, которые проходили не раньше, чем через два часа и здорово чесались. Унять этот зуд помогал лист при6реж­ного растения тапиллус. Его, хорошенько разжевав, прикладывали к ожогу. Хвала Найяре, тапиллус на Ди-Милоне рос по всему берегу.

На Лесном Ариэна и Тамран бывали редко. Этот островок очень напоминал Див-Аранху, и они не нашли здесь ничего необычного, кро­ме разве что одной маленькой пещерки среди густого сосняка. Её пол и стены покрывал удивительно мягкий серебристый мох, прохлад­ный даже в сильную жару. Однажды они отдыхали там после охоты, оставив подстреленного Тамраном куна возле самого входа. 3аняв­шись любовью, они не заметили, как какой-то лесной хищник, скорее всего варлок, стащил добычу. Серебристый мох приятно холодил их разгорячённые тела, они пьянели от аромата хвои… И от счастья. Потом они уснули и проспали до вечера. А домой вернулись, когда взошла Гиамара и на самом высоком холме Среднего Острова засиял призрачный замок.

Иногда они бывали на Скалистом. В подвалах замка сохранились кое-какие запасы – копчёное мясо, вино, соленья, мука и даже сушё­ные фрукты. Большую часть продуктов Ариэна и Тамран переправили в посёлок. Слуг в замке не было.

– Да сбежали они, – сказал Тэкус. – После того, как пираты от­были на материк, в гавани оставалось одно маленькое судно. Оно ис­чезло в тот день, когда мы тебя нашли, Ариэна. Лихана и её дружки догадались, что тебя нашёл кто-то из посёлка. Сначала, наверное, хотели отпереться, если что… Дескать не знаем, как её угоразди­ло. Они же считали тебя мёртвой. А потом поразмыслили и решили удрать. Они же знали, что на Среднем тебя любят, а их могут заподозрить в чём угодно. Покровителей у них тут больше не было, все на материк подались…

Пустой и мрачный Скалистый замок выглядел совершенно заброшен­ным, но Ариэна поймала себя на том, что ей здесь гораздо уютней, чем в Круглой Башне. Здесь она не чувствовала себя пленницей. Наконец-то появилась возможность изучить этот замок как следу­ет. Однажды, засидевшись допоздна в библиотеке, Ари­эна с Тамраном решили не возвращаться в дом на холме. Они легли спать в покоях Ариэны, на огромной кровати, которая так и стояла наполовину заправленная с того злополучного утра. Ариэна сдёрнула запылившиеся покрывало и простыни и постелила чистое 6ельё – оно хранилось в большом сундуке возле шкафа с одеждой.

В эту ночь ей приснилось, что они с Тамраном охотились на Лес­ном и потеряли друг друга. Ариэна решила подождать его возле их любимой пещерки среди сосен – они договорились в случае чего встретиться там, но на месте пещеры почему-то оказалась древняя гробница, над входом которой можно было разглядеть рельефное изображение восьмиконечной звезды. Герб династии Симерада… В этом склепе по­коился прах её последнего представителя. Заметив в глубине гробни­цы свет, Ариэна осторожно вошла под низкие сумрачные своды. Источ­ником света был огонь, горящий на алтаре. На том самом, возле кото­рого стояли царь Ассеан и аранхина Тимена. Пламя трепетало, бросая оранжевые отблески на пыльные плиты пола. Настоящее пламя на насто­ящем алтаре… Древнее святилище, изображённое на стене, теперь бы­ло продолжением гробницы. Стена исчезла. Картина стала реальностью, и её персонажи ожили. Ассеан первый заметил Ариэну и улыбнулся ей. Это была улыбка победителя – приветливая, благосклонная и.... тор­жествующая. В этом торжестве чувствовалось что-то зловещее. Ариэна отчётливо видела нить, которую опускала в огонь возлюбленная Ассе­aнa. Да это 6ыла не нить, а целая верёвка… Или нить Маттар?! Вот она вспыхнула огнём и превратилась в молнию. Вернее, в огнен­ную змею, и эта змея с шипением устремилась к Ариэне. Дверь гро6­ницы оказалась запертой снаружи, у Ариэны не было ни нити Дамеи, ни арилла, и она чувствовала, что попала в ловушку.