— Тогда до вечера, — попрощался я.
Князья вышли из гостиной, а мы остались втроём — я, Ли Юй и Елена. Бестужев тоже сразу ушёл вслед за князьями. Маша вызвала слуг и занялась подготовкой к ужину: распорядилась расставить дополнительные приборы, проверить сервировку и отдать поварам последние указания.
— А мы чем займёмся? — спросил я девушек.
Они переглянулись.
— Может, пойдём просто поспим? Мы толком и не спали сегодня, — предложила Ли Юй, слегка потянувшись.
После её слов я вдруг осознал, что и сам дико хочу спать. Глаза словно песком насыпали, а в мышцах ощущалась тяжёлая усталость.
— А пойдём. Поспим пару часов, — согласился я.
Мы переместились в спальню. Ли Юй и Елена быстро устроились на кровати, я прилёг рядом. Уже через несколько минут все трое погрузились в глубокий, почти забытый сон — тот самый, который приходит после изматывающих сражений и бесконечных переговоров.
Ближе к восемнадцати часам мы, немного поспав, вернулись в гостиную. Князья тоже вернулись с прогулки по крепости и теперь бурно обсуждали увиденное. Их голоса звучали оживлённо, в них чувствовался неподдельный интерес и даже восхищение.
— Князь, как вы решились построить такую красоту? — спросил князь Трубецкой, увидев, что мы вышли из портала. — Эти галереи, сады, башни… Всё продумано до мелочей.
— Не знаю, как-то само собой получилось, — пожал я плечами, едва сдерживая улыбку. — Просто хотел, чтобы здесь было место, где можно дышать свободно.
Меня стали закидывать вопросами — о планировке крепости, о защитных механизмах, о том, как удалось привлечь мастеров. Разговор шёл так живо, что мы едва не пропустили назначенное время открытия порталов.
Я взглянул на часы — стрелки неумолимо приближались к восемнадцати.
— Время, — коротко произнёс я, прерывая беседу.
Открыв порталы, я кивнул князьям Шаховскому и Трубецкому:
— Идите, забирайте гостей. А то, может, они сами побоятся войти.
Не успел я это сказать, как из первого портала вышел князь Воротынский, оглядываясь по сторонам. Следом из второго портала появились князья Куракины.
— Я до конца не верил, что вы, князь, сможете открыть портал в мой родовой замок. Но самое интересное даже не это, а то, что вы открыли его туда, где я находился. Как вы это смогли сделать? — с неподдельным удивлением обратился ко мне Воротынский.
Я улыбнулся:
— Пусть это останется секретом, князь. — Разумеется, я не собирался рассказывать, что использовал магию природы, чтобы отыскать их и открыть порталы прямо у них перед носом. Пусть знают: скрыться от меня невозможно.
— Рады приветствовать вас в родовой крепости князя Драгомирова, — вступил в разговор Ярослав, обращаясь к прибывшим князьям. Те сразу поклонились, строго соблюдая этикет.
— Прошу вас, ваши сиятельства, присаживайтесь. Мы решили провести переговоры с вами всем нашим составом — если вы, конечно, не против, — добавил Михаил.
— Мы не против, — ответил старший из князей Куракиных, окинув взглядом собравшихся.
— Я тоже, — кивнул Воротынский, занимая предложенное место.
В гостиной воцарилась напряжённая тишина. Все понимали: сейчас начнётся разговор, от которого зависит дальнейшая судьба нашего военного плана. Я окинул взглядом присутствующих — князья сидели по обе стороны длинного стола, их лица были серьёзны, в глазах читалась настороженность и любопытство.
— Прежде чем мы начнём, хочу поблагодарить вас за то, что откликнулись на приглашение, — начал я, стараясь придать голосу максимальную искренность. — Сейчас, когда враг ещё силён, нам важно объединить усилия.
Князь Воротынский слегка наклонил голову:
— Ваши победы говорят сами за себя, князь. Но мы хотели бы услышать, что именно вы предлагаете.
Глава 8
— Тогда сразу к делу, — начал Ярослав и положил перед каждым из них договор о союзе. — Это договоры о союзе. В них учтены те требования, которые вы озвучивали до нашей встречи. Если ничего не изменилось с вашей стороны, то вы можете сейчас ознакомиться и подписать. Либо отправить эти договоры вашим юристам — подпишем их позже.
— С присутствующими здесь князьями вы тоже заключали договоры о союзе? — спросил младший князь Куракин.
— Нет, в этом нет необходимости, — ответил Михаил. — Они служат нам, истинным наследникам престола, по собственной воле. Нам не нужны с ними договоры.
Старший Куракин молча взял со стола договор и разорвал его на две части. Бросив обрывки на стол, он встал:
— Нам нет необходимости заключать договор. Мы будем служить Великим князьям и будущему императору по собственной воле.
Младший Куракин тоже поднялся и поклонился, признавая власть Ярослава и Михаила.
Князь Воротынский усмехнулся, тоже порвал договор и, встав, поклонился.
— А как же требование по возврату родовых земель в Новгородской губернии? — спросил я, обращаясь к Воротынскому.
Он повернулся ко мне:
— Я прекрасно знаю, кто вы такой, князь Драгомиров. И знаю о том, как вы уничтожили армию узурпатора сегодня ночью. Я осознаю, что вы справитесь и без меня, если будет необходимость. Так зачем мне просить то, что никогда не будет моим?
— Великие князья готовы были отдать вам эти земли. Всё было прописано в договоре, — произнёс я, пристально глядя на князя.
— Если будет на то воля законного императора, он и так мне их вернёт. А не будет — то и просить незачем, — ответил Воротынский.
Я промолчал, читая мысли князя. Он надеялся, что, помогая Великим князьям, они когда-нибудь вернут ему родовые земли, отобранные узурпатором. Договор он не собирался заключать изначально — это было ясно как день.
В гостиной повисла тишина. Все смотрели на меня и на князя Воротынского.
— Воля ваша, князь. Кто я такой, чтобы указывать вам, — сказал я.
Воротынский улыбнулся:
— Кто вы такой, князь? Вы — тот, кто может захватить Российскую Империю, не прибегая к чьей-то помощи, а следом — Китай и всю Европу.
Я засмеялся:
— Вы слишком сильно преувеличиваете мои возможности, князь Воротынский.
— Нисколько. И думаю, князья, которые находятся в этой комнате, уже давно поняли: быть вашим врагом — смертельно опасно, — князь продолжал улыбаться, не отводя взгляда.
— Хватит уже, — вмешался Михаил, бросив на нас строгий взгляд. — Спор не имеет смысла. Никто не знает истинной силы князя Драгомирова, а строить догадки мы все горазды.
Мишка посмотрел на меня и покачал головой. Я в ответ пожал плечами. Как говорится, вот и поговорили.
— Мы с благодарностью принимаем вашу помощь, князья, — Михаил слегка склонил голову, как и Ярослав. — Все будут вознаграждены по своим заслугам. И раз вы теперь наши союзники, давайте обсудим, что будем делать дальше.
Ярослав расстелил карту на столе, и все подошли ближе. В воздухе снова зазвучали голоса — теперь уже деловитые, сосредоточенные. Начался разговор о стратегиях, резервах, точках сосредоточения сил. Воротынский, Куракины, остальные князья — все включились в обсуждение, предлагая варианты, уточняя детали, взвешивая риски.
Я наблюдал за ними, отмечая, как меняется атмосфера: напряжение первых минут сменилось рабочим настроем. Союз был заключён — пусть не на бумаге, но в умах и сердцах. Теперь предстояло превратить слова в дела, а планы — в победы.
Я остался сидеть в кресле. Моя задача была яснее ясного: уничтожить ещё две армии. Именно подготовкой к этому я собирался заняться завтра с утра. Возьму девчонок — и прогуляемся возле замка Одоевского. Армию Кутеевых я хотел уничтожить первой, а потом заняться Бокеевыми.
Если Кутеевым я собирался оставить их сожжённые руины родового замка — в случае, если они сдадутся на милость Мишки и Ярослава, — то Бокеевых горел желанием стереть с карты Российской Империи.
Ужин прошёл в приподнятом настроении. Мои повара порадовали нас разными новыми блюдами, и гости не скупились на похвалы. Все нахваливали Машу, как прекрасную управляющую замком. Мне тоже перепало несколько хвалебных речей — сдержанных, но искренних.
