А вот у тех же римлян почтовые станции, помнится, располагались на основных дорогах через каждые 15–17 километров, чтобы императорские гонцы могли там и передохнуть, и поменять лошадь. При хорошем качестве древнеримских дорог эти всадники могли легко преодолевать до 50 километров в день. Стремян тогда не было и в помине, так что особо не разлетишься. А вот для монгольских гонцов, вроде как и 150 миль в день не были рекордом – там уже и просторы другие, и лошадки выносливее. Но и это при условии наличия все тех же станций через каждые 25 миль. А здесь как прикажете добираться до северных земель в холодное время года, если в пути нет нормальных условий для ночевки? Плыть по морю на корабле, не взирая на сезон штормов? Так это еще хуже.
Понятно, что при наличии магических вестников, тут нет острой нужды гонять курьеров со срочными донесениями и приказами. Но вестники – это удовольствие очень дорогое, мало кому они по карману. И даже наличие вестников не отменяет необходимости перемещения по дорогам княжества военных отрядов и конных разъездов стражников. Получается, что все они так же, как мы таскают за собой заводных лошадей и в любое время года ночуют под открытым небом, ставя палатки? Или каждый раз сворачивают вечером с основного тракта и останавливаются на постой у крестьян в каких-нибудь окрестных деревнях? Это сколько же времени тратится зря…
И ведь это неправильно! Должны нормальные быть почтовые станции на всех крупных дорогах княжества – на расстоянии, как минимум, дневного перехода. Где можно было бы отдохнуть, сменить лошадей, а при необходимости еще и заночевать. Так почему здесь их нет? Где местные постоялые дворы и таверны? Где верстовые столбы, в конце концов? Нет ответа… А ведь по дороге на Остров Магов Йен встречал их предостаточно – и в Восточном Эскеле, и в Фессе.
Ладно, сейчас на этой дороге и впрямь пока немноголюдно – на север мало кто ездит, кроме военных и интендантских обозов. Но теперь, когда основной тракт, идущий вдоль предгорий в северные баронства, постепенно станет главной транспортной артерией княжества, этот вопрос нам придется срочно решать. Сначала военные отряды начнут здесь регулярно курсировать и обозы с необходимыми для севера товарами. Потом со временем наладится приграничная торговля с восточными соседями, и потянутся по тракту торговые караваны. А если переловим обнаглевшие шайки дезертиров и наведем порядок на наших дорогах, то и народ начнет больше путешествовать. Конечно, содержание почтовых станций должна взять на себя казна – здесь даже и обсуждать нечего. А постоялые дворы и трактиры станут прибыльным делом, если освободить их от всех налогов и поборов на первые два-три года.
Ну, и сами дороги, вернее их состояние. Римляне строили, а мы что, не сможем? У нас тоже здесь разного камня полно, еще и маги Земли какие – никакие, но все же в княжестве есть. Да, пока это в основном подмастерья. И что? А у римлян вообще магов не было, и ничего ведь – строили. К тому же умелые военные строители у нас точно есть, прекрасный пример этому – отличная мощеная дорога через Ведьмин перевал.
Под эти размышления о необходимости нормальных дорог я и въезжаю во внутренний двор Охотничьего Замка, где нас уже радостно встречает целой толпой. Спрыгиваю с лошади, устало киваю подбежавшему Эверсу и бросаю ему поводья.
– Привет… – ворчу я, разминая затекшую спину – А где наши гномы?
– Скоро вернутся, князь. Они сегодня как раз алтарь свой устанавливают.
– Молодцы, коротыш… – не успел договорить, как ас-урум в ножнах за моей спиной взвыл дурниной, предупреждая о грозящей опасности.
Я на инстинктах резко отпрыгнул в сторону, одновременно выхватывая меч и принимая боевую стойку. Всю усталость, как волной смыло – ас-урум умудрился выплеснуть в меня столько силы, что в голове моментально прояснилось, и мозги заработали, как часы. Не опуская меч, я настороженно обвел взглядом внутренний двор замка, зорко подмечая расслабленность воина на сторожевой башне, и еще двух, стоящих на посту у въездных ворот. Опасность явно исходила не от них. И даже не от Мевара, неподвижно сидящего у стены в тени конюшни. И уж тем более не от моей охраны, которая мгновенно окружила меня, тоже обнажив оружие. Угроза была …но видимо скрывалась где-то за стенами замка.
Инисы явились по мою душу?!!! Ас-урум согласно тренькнул и …затих. Я тоже почувствовал, что опасность временно отступила. Только надолго ли?!
– Йен, что с тобой? – встревоженный голос Лукаса заставил меня встряхнуть головой и вернуться в реальность.
Только сейчас я заметил, что люди во дворе испуганно притихли и с опаской смотрят на ощетинившийся оружием отряд, не зная, чего от нас ожидать. Я выдохнул и снова обвел настороженным взглядом крепостную стену замка, оценивая ее высоту и неприступность. Ох, …боюсь, что для темных тварей она не станет серьезной преградой.
Со стороны въездных ворот послышались громкие голоса, среди которых я безошибочно узнал гулкий бас Тагрима. А вскоре в воротах показался и небольшой отряд гномов под его предводительством. Судя по их спокойным лицам, в горах они ни с кем не столкнулись и никакой опасности в лесу не почувствовали. Тем более, что с оружием и с доспехами воинственные коротышки никогда не расстаются. Видимо гномы и спугнули инисов, которые явно не готовы были встретить в замке столько вооруженных людей и нелюдей. Но зная упорство этих настырных кровожадных тварей, глупо надеяться, что они теперь отступят. Если уж на Остров магов не постеснялись заявиться, то что им какой-то небольшой замок а предгорье.
Нет. Они точно не уйдут без моей головы и без моего ас-урума. Просто выберут наиболее подходящий момент и тогда уже нападут. Скорее всего, нападут ночью, когда все в Замке уснут и просто вырежут нас. Ночная темнота – это любимое время инисов.
– Отбой – тихо скомандовал я своим ребятам и первым убрал меч в ножны. Потом широко улыбнувшись, шагнул навстречу гномам – Ну, здравствуй, Тагрим! Давненько мы с тобой не виделись…!
* * *
…Марта проснулась оттого, что все тело затекло от неудобной позы, и холод пробрал ее до костей. Не открывая глаз, она осторожно перевернулась на другой бок, стараясь не упасть с узкой тюремной лежанки, потом онемевшей рукой поправила дерюгу, укрывающую ее спину. Полежала еще какое-то время, надеясь снова уснуть, но глаза сами открылись, уставившись в грязную каменную стену. Судя по тусклому свету, льющемуся из узкого зарешеченного оконца под самым потолком, наступило утро. Утро второго дня, как ее заперли в холодной камере городской тюрьмы.
Правильно говорят: не делай добра, и не будет зла. Пожалела задыхающуюся тетку, решила немного денег на краски лекарством заработать?! Так сиди теперь в тюрьме по злому навету жадной склочной бабы. И скажи еще спасибо, что тебя сразу на костер не отправили. Ведь неблагодарная горожанка обвинила Марту в том, что лечила ее с помощью ведьминского зелья, а с ведьмами в Минэе разговор короткий.
Спасло Марту лишь то, что ведьминскую силу она как раз и не использовала, а травы для этого целебного отвара нужны были самые обычные. Отсутствие отголосков ведьминских чар и темных заклинаний вынужден был подтвердить недовольный жрец, срочно вызванный капитаном городской стражи. А безвредность всех использованных трав – владелец лавки, у которого Марта их покупала. Тут бы ее и отпустить с миром, но неблагодарная баба, упрямо не желала расставаться с деньгами и помчалась в Городскую гильдию лекарей. Где очень заинтересовались, как это юная травница в два счета вылечила болячку, с которой местные доктора второй год справиться не могли.
Вот здесь и нашла коса на камень – Марта наотрез отказалась сообщать Гильдии тонкости изготовления своего чудодейственного отвара, а те обвинили ее в шарлатанстве и обязали выплатить огромный штраф за незаконное врачевание в столице без наличия гильдейской лицензии. Таких денег у Марты не было, а раскрыть им рецепт в обмен на свободу, она не могла при всем желании, поскольку давала клятву на крови о неразглашении, обучаясь врачеванию в Ордене Молчащих.
