Прищурившись от ветра, Арджун всё-таки сумел заглянул внутрь и обомлел.
Кондиционер, который раньше еле работал, теперь гудел как турбина. Воздух в комнате вращался настоящим ураганом, поднимая в воздух всё, что плохо лежало. Несколько пробирок с препаратами уже разбились о стены, оставляя разноцветные потёки. Бумаги кружили в воздухе, словно в торнадо. Даже лёгкая мебель сдвинулась с мест.
А посреди этого хаоса стояли гремлины, с довольными выражениями на мордах, явно гордые результатом своей работы.
— Готово-завершено! — радостно объявила Шпиль-Ка, едва перекрикивая рёв кондиционера. — Починили-улучшили!
— Мощность-производительность увеличена в тридцать четыре раза! — добавил Вин-Тик, поправляя сбитые ветром очки.
— ЧТО ВЫ НАДЕЛАЛИ⁈ — взорвался Арджун, хватаясь за дверной косяк, чтобы его не унесло ветром.
Он не кричал. Обычно он никогда не кричал.
Как учёный, он привык к спокойным, рациональным обсуждениям. Но сейчас его терпение лопнуло. Три дня этот кондиционер мирно не работал, не причиняя никому вреда. И вот теперь он превратился в природную катастрофу!
Гремлины удивлённо переглянулись, явно не понимая причины его недовольства.
— Починили-отремонтировали кондиционер! — с гордостью повторила Шпиль-Ка. — Как вы просили-приказывали!
— Даже лучше-совершеннее, чем раньше! — добавил Жуж-Жик.
— ЛУЧШЕ⁈ — Арджун чувствовал, как его лицо краснеет. — Вы разбили половину моих препаратов! Лаборатория выглядит так, словно через неё прошёл ураган! Это не «лучше», это катастрофа!
Он указал на разбитые пробирки, на бумаги, хаотично носящиеся по комнате, на сдвинутую мебель.
Вин-Тик задумчиво почесал за ухом:
— Хм… возможно-вероятно, требовалось более точное-конкретное техническое задание?
— Техническое задание? — эхом переспросил Арджун. — Вам нужно было просто починить кондиционер! Сделать так, чтобы он работал, как раньше! Не превращать его в машину для создания торнадо!
— Но раньше-изначально он работал плохо-неэффективно, — возразила Шпиль-Ка. — Мы улучшили-модернизировали! Теперь охлаждение во много раз быстрее-мощнее!
— Мне не нужно охлаждение мощнее! — Арджун провёл рукой по лицу, пытаясь взять себя в руки. — Мне нужна рабочая лаборатория, где можно проводить эксперименты, а не испытательный полигон для аэродинамических труб!
Гремлины наконец-то начали понимать, что что-то пошло не так. Их уши опустились, а хвосты поджались.
— Извиняемся-сожалеем, — тихо сказал Вин-Тик. — Мы не знали-не понимали, что нужно сохранить-оставить прежние параметры-характеристики.
— Просто хотели-желали сделать лучше-полезнее, — добавила Шпиль-Ка, и в её голосе впервые появились нотки неуверенности.
Арджун сделал глубокий вдох, заставляя себя успокоиться. Гремлины выглядели искренне расстроенными. Они действительно пытались помочь, просто, похоже, их понимание «помощи» сильно отличалось от общепринятого.
— Хорошо, — сказал он тише, хотя раздражение всё ещё клокотало внутри. — Урок усвоен. В следующий раз… если будет следующий раз. Я дам вам более чёткое техническое задание. А сейчас выключите эту штуку, пока она не разнесла весь этаж
Жуж-Жик кивнул и подбежал к кондиционеру. Через несколько секунд оглушительный гул стих, ветер прекратился, и в лаборатории воцарилась благословенная тишина.
Арджун оглядел разгром. Разбитые пробирки, разметанные бумаги, перевёрнутый стул, потёки препаратов на стенах… Это займёт часы на уборку. Часы, которые он мог бы потратить на действительно важную работу.
— Я… мне нужно подумать, — устало сказал он, разворачиваясь к выходу. — О том, какие задачи вам можно поручить. А вы не трогайте здесь больше ничего. Просто… сидите и ждите.
Он вышел из лаборатории, не оглядываясь, и направился вниз по коридору. Ему нужно было время, чтобы остыть. И главное — чтобы придумать, что теперь делать с этими… помощниками.
А в лаборатории «24» гремлины остались одни. Они сидели на полу, окружённые последствиями своего «улучшения», и выглядели подавленными.
— Кажется-похоже, мы облажались-напортачили, — тихо сказала Шпиль-Ка.
— Полностью-совершенно, — согласился Вин-Тик, снимая очки и протирая их. — Человек-учёный недоволен-расстроен.
Минуту они сидели в молчании. Потом Жуж-Жик спросил:
— Что теперь-дальше?
— Ждём-терпим, — вздохнула Иск-Ра. — Человек-куратор сказал ждать.
Ещё минута тишины.
— Долго-скучно ждать, — заметил Зуб-Чик, его лапы начали нервно постукивать по полу.
— Очень долго-невыносимо, — согласилась Шпиль-Ка. — Когда он уже подумает-решит?
— Он сказал «подумать», — напомнил Вин-Тик. — Не уточнил-не указал временные рамки-сроки.
— Может, он думает-размышляет прямо сейчас? — с надеждой предположил Жуж-Жик.
— Или завтра-послезавтра? — добавила Иск-Ра, и её голос дрогнул. — Целый день-сутки ждать?
Гремлины переглянулись. Их лапы постукивали всё быстрее. Хвосты дёргались. Уши нервно подрагивали.
— Не можем-невозможно так долго сидеть без дела, — наконец выдохнула Шпиль-Ка. — Это против нашей природы-сути!
— Полностью-абсолютно согласен-поддерживаю, — кивнул Вин-Тик. — Тысячу лет мы ждали-томились в подземелье! Теперь, когда появилась возможность-шанс работать, мы не можем просто сидеть-бездействовать!
— Но человек-куратор сказал ждать, — неуверенно возразил Зуб-Чик.
— Да, но не сказал где-место ждать! — с энтузиазмом подхватила Иск-Ра.
Шпиль-Ка вскочила на лапы, её глаза загорелись:
— Точно-правильно! Мы можем ждать где угодно-везде! Например, прогуливаясь-исследуя город!
— Город-поселение полон интересного-полезного! — оживился Жуж-Жик. — Мы видели его сверху, когда летели-прибывали!
— Столько механизмов-устройств, столько возможностей-идей! — добавил Вин-Тик, снова надевая очки.
Они подошли к окну и выглянули наружу.
— Движущиеся повозки-транспорт без лошадей-животных! — восхищённо выдохнула Шпиль-Ка, указывая на проезжающие по улице автомобили.
— Проволоки-провода повсюду! Электричество-энергия! — Вин-Тик практически прыгал от возбуждения.
— Высокие здания-строения с множеством механизмов-систем! — Иск-Ра прижалась носом к стеклу.
Решение созрело мгновенно и единогласно. Они не могли упустить такую возможность.
— Прогулка-исследование! — хором объявили гремлины.
Через минуту они уже спускались по лестнице вниз, стараясь двигаться тихо. Их сумки с инструментами болтались на спинах, очки были надёжно закреплены на носах, а в глазах горело любопытство, не потускневшее за целую тысячу лет изоляции.
— Осторожно-тихо, — шептала Шпиль-Ка, выглядывая из-за угла. — Не хотим-не желаем привлекать внимание.
— Просто невинная прогулка-осмотр, — согласился Вин-Тик.
— Изучим-исследуем город, и вернёмся-возвратимся до того, как человек-куратор закончит думать-размышлять!
Они проскользнули через боковой выход исследовательского центра и оказались на улице внутри резиденции Рихтеров, а там и до самого города рукой подать.
Столица встретила их ярким солнечным светом, шумом машин, голосами прохожих и тысячей соблазнительных механизмов, просто умолявших быть исследованными, улучшенными и модернизированными.
Гремлины переглянулись, их лапы уже тянулись к сумкам.
* * *
Мастерская Алины Астер располагалась неподалёку от исследовательского центра, в просторном помещении с высокими потолками, оборудованном по последнему слову техники.
Хотя если быть честным, большую часть работы здесь выполняли вовсе не машины, а умертвия. Бесшумные, неутомимые помощники, которые не знали усталости и не нуждались в перерывах.
Но сейчас главной работницей была сама Алина.
Я наблюдал за ней, прислонившись к дальней стене. Девушка стояла у массивного стола, полностью погружённая в работу. Её тёмные волосы были небрежно собраны в хвост, несколько прядей выбились и падали на лицо, но она даже не замечала. Большие глаза, обычно такие мягкие и немного наивные, сейчас горели азартом настоящего мастера своего дела.
