Забрался внутрь. Сиденье жёсткое, обшивка грубая, пахнет соляркой и потом. Панель управления простая: руль, педали, рычаг коробки передач, несколько кнопок.
Ключа в замке зажигания нет.
Спасибо, Володе, и его любви к чтению. Мальчик много изучал про технику, потому что готовился стать отличным аномальщиком. В голове всплыли знания — как замыкать проводку, какие провода за что отвечают.
Сорвал пластиковую накладку под рулём. Провода торчали пучком — разноцветные, перемотанные изолентой. Нашёл нужные, красный и чёрный. Зачистил концы зубами. Замкнул их напрямую.
Искра. Двигатель чихнул, завёлся, заработал с глухим рокотом. Вибрация пошла по кабине, сиденье задрожало под задницей.
Хорошо. Работает. Водить я не умею. Точнее, не так. Теоретические знания, наверное, присутствуют. В голове всплыла последовательность действий — сцепление, передача, газ.
Выжал сцепление до упора. Включил первую передачу — рычаг с хрустом встал на место. Начал отпускать сцепление, одновременно давить на газ.
Машина дёрнулась. Поехала вперёд метр и заглохла.
Сука! Движок замолчал, завибрировал последний раз и встал. Тишина в кабине, только снаружи грохот боя. Снова попытался завести. Провода замкнул, стартер — кажется, так это называется — закрутился, двигатель пытался схватиться. Чихал, кашлял, но не заводился.
Я уже анализировал, что сделал не так. Слишком рано бросил сцепление? Недостаточно газу дал? Передачу неправильно включил?
Провода в моих руках выдали ещё одну искру. Двигатель подал признаки жизни, схватился, зарычал. Я вдавил педаль газа. Обороты взлетели, движок завыл.
Отпустил педаль, обороты упали. Снова выжал сцепление, включил передачу. На этот раз медленнее отпускал сцепление, плавнее давил газ. Следил за тем, как работают мои руки и ноги, пытался запомнить баланс.
Такой себе из меня угонщик, но что поделать. Развернул руль. Грузовик пошёл в поворот, широкий, неуклюжий. Я направил его к выезду от корпуса.
Слева что-то грохнуло. Мощно, громко. Взрыв? Нет, магия. Посмотрел в боковое зеркало. Василиса создала каменную стену. Высокая, метра четыре, толстая. Она выросла из земли за секунду, отрезала часть солдат от основной группы. Те оказались в ловушке между стеной и гигантами.
Борис тем временем ломал технику. Подбежал к бронетранспортёру. Ухватился за борт обеими лапами. Напрягся, мышцы вздулись.
Поднял. Бронетранспортёр накренился, поехал на бок. Металл скрежетал, гусеницы крутились вхолостую, грызли воздух. Борис рванул ещё раз, перевернул машину полностью.
Она рухнула на крышу с грохотом. Удар отозвался по всей территории.
Я направил грузовик вдоль периметра. Держался в тени, подальше от прожекторов. Справа оцепление — солдаты, техника, хаос. Слева — пустырь, дальше дорога.
План простой: объехать с другой стороны, забрать гигантов, рвать отсюда. Куда? Разберусь по дороге.
Грузовик набирал скорость медленно. Машина дёрнулась, ускорилась чуть. В зеркале видел, как оцепление начало стягиваться к месту прорыва. Резервы подтягивались. Ещё один грузовик двинулся туда, из кузова высыпались солдаты — десяток, может больше.
Маги собрались группой. Трое, четверо. Готовили совместную атаку. Руки подняты, энергия концентрируется.
На вышке развернулся пулемёт. Крупнокалиберный, на треноге, ствол толстый. Пулемётчик прицелился, открыл огонь.
Очередь ударила по Василисе. Пули крупнее, тяжелее обычных. Бронебойные или магические. Они пробивали шкуру, входили глубоко.
Гиганша взревела. Звук протяжный, болезненный. Пули пробили шкуру в нескольких местах, брызнула чёрная кровь. Она отступила на шаг, пошатнулась. Ещё одна очередь ударила в бок. Василиса согнулась, упала на колено.
Борис развернулся, оценил и рванул к ней, прикрыл своим телом. Пули застучали по его спине, но он держал.
Чёрт! Ресурс портят, а мне таких усилий стоило их получить…
О, кажется, у меня получился человеческий сарказм. О чём вообще думаю? Долбанное тело, снова для него, видите ли, стресс, и включился защитный механизм. Эмоции лезут без спроса.
Я ударил по тормозам. Грузовик занесло. Колёса заблокировались, заскользили по грунту. Машина развернуло боком, она остановилась под углом.
Высунулся из окна, посмотрел на вышку. Метров сто пятьдесят до неё. Может, сто семьдесят. Далеко. Бежать, чтобы помочь, и оставить машину тут? А что потом — возвращаться, и судя по всему, уже не одному. За мной кто-то увяжется. Начнётся бой, и транспорт пострадает.
Но и бросить своих изменённых я не могу. Что делать? Огляделся. Рядом валялась арматура. Толстая, металлическая, длиной метра два, ржавая, погнутая. Выпрыгнул из кабины. Подбежал, схватил её обеими руками. Тяжёлая, неудобная, но подойдёт.
Разогнался. Три шага, набрал скорость. Замахнулся, всё тело вложил в бросок. Чистая сила потекла по рукам, накопилась в ладонях. Импульс — резкий выброс энергии в момент броска.
Арматура вылетела из рук. Полетела, свистя и вращаясь. Скорость огромная, траектория прямая. Попала в основание вышки. Металл прогнулся. Сварные швы лопнули с треском. Конструкция накренилась, поехала в сторону. Пулемётчик схватился за перила, пытался удержаться. Пулемёт сорвался с крепления, упал вниз.
Грохот, визг металла. Она упала набок, врезалась в землю. Пулемётчик вылетел из гнезда, пролетел метров пять, рухнул на землю. Не встал. Лежал неподвижно, неестественно выгнут.
Василиса тем временем оправилась. Кровь текла из ран, но она стояла на ногах. Регенерация работала. Они отступали к краю оцепления, пробивались через солдат. Те разбегались, не хотели связываться вплотую. Стреляли издалека, короткими очередями.
Маги выпустили свою атаку. Огненный вихрь закрутился вокруг гигантов. Пламя, воздух, вода — всё смешалось в один поток. Ударил по ним.
Василиса создала каменный купол. Он вырос вокруг них за секунду, закрыл со всех сторон. Атака ударила по куполу, но не пробила. Камень потрескался, но держал.
Купол рассыпался. Гиганты выскочили из него, продолжили отступление. Я вернулся в кабину. Завёл двигатель снова — провода замкнулись легко, движок схватился с первого раза. Газ в пол. Грузовик рванул вперёд, набирая скорость. Я объехал периметр по широкой дуге, вышел к месту, где дрались гиганты.
Посигналил. Два коротких гудка.
Борис и Василиса развернулись. Увидели грузовик. Я подъехал ближе, развернул машину задом к ним. Кузов открыт, борта высокие.
— В кузов! — заорал в окно. — Живо!
Они побежали.
Точнее, ломанулись. Василиса хромала, раны на боку ещё не зажили полностью. Кровь текла по ноге, оставляла след. Борис поддерживал её, тащил за собой.
Солдаты поняли, что добыча уходит. Стрельба усилилась. Очереди ударили по грузовику со всех сторон. Пули звенели по металлу, пробивали брезент, застревали в деревянных бортах. Одна прошила лобовое стекло, вылетела через заднее окно кабины, прошла в сантиметре от моей головы.
Борис добежал первым. Ухватился лапами за борт, подтянулся, перевалился в кузов. Вес огромный. Грузовик просел мгновенно. Рессоры жалобно заскрипели, завизжали. Пружины сжались почти до упора.
Василиса запрыгнула следом. Её вес добавился. Машина просела ещё ниже. Колёса вдавились в грунт, днище чуть не коснулось земли. Металл скрипел, рама гнулась.
— Держись! — крикнул я.
Выжал сцепление, включил первую. Грузовик дёрнулся, поехал. Медленно, натужно. Движок ревел на пределе, обороты зашкаливали. Трансмиссия скрежетала, коробка передач стонала, но машина ехала.
Я вывел её за периметр, направил в сторону дороги. Позади остался хаос. Солдаты бегали, орали, стреляли вслед. Кто-то пытался запрыгнуть на борт, зацепиться за брезент. Борис скинул его лапой. Человек отлетел, упал на землю, покатился кубарем.
Переключил на вторую передачу. Машина дёрнулась, ускорилась чуть. Потом на третью. Скорость росла. Грузовик набрал ход. Расстояние от корпуса росло.
В зеркале видел, как оцепление осталось позади. Прожекторы светили в спину, но уже не доставали. Их лучи терялись в темноте.
