"Фантастика 2026-81". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Шаравин Максим

Верзила медленно прищурился, осматривая меня с головы до ног. Его губы растянулись в жесткой улыбке.

— И что же за тварь ты ищешь, малыш, ты ищешь в этом отвратительном месте? — протянул он, голос у него грубый и хриплый.

— Морских тварей, — ответил я, не отрывая от него взгляда. — И не только. Или у тебя туго со слухом?

Верзила неожиданно рассмеялся, а грубый хохот разрезал тишину.

— Ты смелый, но этого недостаточно. Здесь нужны не только смелость, но и сила. Поэтому шёл бы ты, малыш, к маме.

— А ты иди к папочке… — агрессивно усмехаюсь в ответ, но при этом всё так же спокойно продолжаю пить свой лимонад. — Он явно заждался «свою» сладкую попку… — и вот я допил лимонад, и кружка стала пустой. Я оставил ее на стойке, и взгляд мой встретился с глазами верзилы.

— Зря ты тронул святое, школяр. — его зрачок тут же вытянулся, и в глазах заблестела ярость. Он сжал кулаки, готовый броситься в атаку.

Я улыбнулся в ответ, ведь чутье не обмануло меня, и теперь можно не платить за лимонад, да и нечем мне было платить, ну а драка есть драка. Коснувшись кольца на пальце, я открыл пространственный карман и достал оттуда серебряную шашку.

В этот момент бар замер. Все взгляды были прикованы к нам. Моряки оставили свои кружки с пивом, дамы замерли, молодые люди затаили дыхание. Я почувствовал, как в моих жилах закипела кровь.

— Ты ищешь драки, малыш? — прорычал верзила, уже не так уверенно.

— А кто откажется от доброй драки? — ответил я, вскидывая шашку. — И тебе не уйти от неё.

В мгновение ока, как будто невидимый огонь вспыхнул внутри, глаза здоровяка зажглись неестественным светом. Сначала это было слабое, почти незаметное мерцание, но оно мгновенно усилилось, превращаясь в пугающее, демоническое сияние, которое буквально пожирало всё человеческое в его взгляде. Зрачки сузились до тонких щелей, от которых исходили кровавые лучи, а белки глаз приобрели жуткий желтоватый оттенок, напоминающий о тлеющих углях.

Его лицо исказилось от гримасы, которая больше походила на рожу беса, чем на выражение человеческого страха или гнева. Губы растянулись в неестественной улыбке, обнажая острые, как у хищника, зубы.

В этот момент, словно по сигналу, глаза его товарищей тоже начали светиться, отражая демоническое сияние здоровяка. Сначала это были лишь слабые проблески, но они быстро разгорались, окутывая всех присутствующих в леденящий душу свет. Их лица стали нечитаемыми, словно маски, скрывающие демоническую сущность, которая теперь управляла их телом.

В воздухе повисла тишина, нарушаемая лишь неестественным тиканьем часов и прерывистым, хриплым дыханием одержимых. Их тела застыли в странных, неестественных позах, словно они подчинились невидимой силе, которая уже полностью завладела ими.

— Спокойствие, паны, только спокойствие. — И я показательно медленно вытащил ксиву ликвидатора. Холодный металл приятно холодил пальцы, а на лице отражалось спокойствие, граничащее с безразличием. — Только поднимите жопы, и мои парни спалят весь бар. — Я безбожно блефовал, но делал это с максимальной уверенностью. В моем голосе слышалась стальная твердость, которой не было в душе. — Поэтому не мешайте следственному мероприятию. — Сверкнув ксивой, тут же убираю её обратно, с улыбкой смотря на одержимого, которого уже не так сильно трясло, как пару секунд назад. Его взгляд застыл на моем лице, словно в нем отражались его собственные страхи. Остальные застыли на месте, поглощенные нарастающей напряженностью.

Я не терял времени даром. Спокойно, одним точным движением, ломаю одержимому руки, зажимая его в болезненном хвате. Его протест затих, превратившись в хриплый стон боли. Вытаскиваю его на улицу, проталкивая сквозь толпу застывших свидетелей, которые всё ещё не могли поверить в происходящее.

— Стоп. Здесь никого нет! Так ты меня… — возмутился он, но тут же получил шашкой плашмя по голове. Мощный удар, словно удар молота, прошелся по черепу, отключая его намертво. Его тело безвольно обмякло в моих руках. Закинув тушу на плечо, я, как ни в чём не бывало, пошёл обратно к зданию ликвидаторов, оставляя за собой абсолютную тишину.

Почти у самого здания, утопающего в полумраке готического величия, я повстречал довольно мурчащую Ви. Она была словно лучик света, пробивающийся сквозь тяжелую атмосферу, окутывающую этот район. От неё веяло приятной парфюмерией, смешанной с тонким ароматом свежескошенной травы — такой контраст был поразителен. Изящное платье с приглушенным цветочным рисунком лишь подчёркивало её фигуру и стать, делая её ещё более привлекательной. Я даже на мгновение залюбовался, забыв о грузе, который нес на плече. В её движениях была такая легкость и грация, что я невольно захотел остановиться просто и наблюдать и наслаждаться.

Но Ви уже махала мне рукой, радостно улыбаясь. Её улыбка была яркой, словно искра в темноте. Она сама поспешила ко мне навстречу. Ви была не просто красотой, она была жизнью, ярким противопоставлением той темной и жестокой реальности, в которой я существовал. В тот момент я чувствовал себя не только ликвидатором, но и обычным человеком, который хотел бы навсегда остаться в этой светлой атмосфере. Но я помнил про её дурные манеры, наклонности и прочие нюансы, что сейчас были отодвинуты куда-то в сторону, дабы не мешать наслаждаться столь приятными глазу виду.

— Вижу, ты уже с утра пораньше с «уловом». — Бергрин улыбнулась. В ее глазах читалось легкое веселье, смешанное с нескрываемым уважением. Ее улыбка была как солнечный луч, пробивающийся сквозь тяжелые тучи, и я невольно ответил ей слабой улыбкой. — Пойдём, познакомлю с комендантом магической тюрьмы. — нежно взяв меня за локоток, Ви куда-то уверенно повела, и я позволил себе расслабиться в ее теплом присутствии.

Вскоре мы оказались в подземном уровне здания. Холод ударил по лицу. Воздух стал тяжелым и влажным, пахнущим сыростью и плесенью. Спустившись по каменным ступеням, мы оказались в просторном подземелье, освещенном лишь редкими факелами, дрожащими от сквозняков. Их свет бросал длинные и жуткие тени на стены, усиливая атмосферу таинственности и неизбежной опасности.

Мы шли по темному и ничем не примечательному коридору, усыпанному пылью и паутиной. Каменные стены были холодными и влажными, и я чувствовал, как по спине бегут мурашки. Ви иногда останавливалась, чтобы поправить подол своего платья, и я невольно замечал ее нежную шею, освещенную бледным светом факела. В ее глазах я видел смесь нежности и жестокости, которую она умела скрывать от всех, кроме меня.

В конце коридора мы увидели небольшую комнату, освещенную одним большим факелом. За массивным столом, уставленным кучей бумаг, сидел лысеющий сухопарый старик. Он был одет в черный балахон, украшенный странными рунами, и на его лице было выражение вечной усталости. Его глаза, глубоко посаженные и потухшие, смотрели на нас без интереса, как бы говоря: «Опять вы? Что еще вам нужно?». В руках он держал перо, и я невольно представил себе, как он пишет о каких-то темных делах, которые скрываются от взора простых смертных.

— Ходют тут всякие, — бурчал себе под нос дед, не поднимая глаз от документов. Его голос был хриплым и прокуренным, словно из глубины веков. Он кашлянул, и я увидел, как его рука дрогнула, когда он попытался поправить очки, лежащие на носу.

— Следить за преступниками и прочей мразью мешают! — Он бросил на нас косой взгляд, но сразу же вернулся к бумагам. Ви нежно сжала мою руку, как бы говоря, что все в порядке. Она подходила к столу старика, и я увидел, как его брови немного поднялись от удивления.

— Тише-тише, Жан Ибрагимович, — успокаивающе подняла руки Ви. Ее голос был спокоен, словно шепот летнего ветра, и в то же время властен, как приказ генерала. Старик замер, словно ожидая удара, но Ви продолжала улыбаться. — У вашего «Спа» новый постоялец. Ее глаза блеснули озорством, и я невольно задумался, что она имела в виду.

— Вот шельма! — глаза старика радостно вспыхнули довольством. Он быстро поднялся, отбросив бумаги в сторону, и в его глазах заблестел живой огонек. В его движениях была такая живость, что казалось, он моложе на десять лет. — Вечно ты подкидываешь старику работёнку. — уже совсем не ворча, продолжил он, открывая нам клетки, расположенные в глубине помещения. В них сидели разные существа, от человекоподобных до самых странных монстров, заключенных в магические оковы. Жан Ибрагимович был в своей стихии, и я чувствовал, как от него исходит легкое магическое сияние. Он уже смотрел на меня с ожиданием.