Неожиданно резво взяв у меня с рук одержимого, Жан Ибрагимович по-молодецки шустро упаковал его тушу в одну из камер. Старик двигался с удивительной ловкостью, не соответствующей его возрасту. Он был как хищный кот, который не упустит своей добычи. Жан Ибрагимович, словно опытный кузнец, обращающийся с огнем, взмахнул рукой над дверью клетки. И из его пальцев вырвалась струя темно-зеленого света, словно сама жизнь в нем закипела. Свет окружил дверь клетки, образуя странные узоры, напоминающие руны из древних книг. Узоры пульсировали и искрились, и от них исходил легкий щелкающий звук.
В следующую секунду дверь клетки засияла нездоровым зеленым светом, отбрасывая жуткие тени. Свет был таким ярким, что я прищурился. Он был как болезненная зелень болотной воды в лунном свете, в ней чувствовалась не просто магия, но что-то более темное, более древнее. В комнате стало душно, и я почувствовал, как кровь запульсировала в моих жилах.
— Демоническая защита, — произнёс Жан Ибрагимович уже не таким весёлым тоном. — Никто не сможет отсюда выбраться, даже если захочет.
Он посмотрел на меня с темной улыбкой, и я невольно отшатнулся назад. В его глазах я видел не просто охранника, а человека, который многое повидал и узнал немало страшных тайн. Он был не просто хранителем тюрьмы, он был хранителем секретов.
— На закате придёт экзорцист, и мы освободим это грешное тело от тёмной погани, — заверил меня старик, и в его глазах на мгновение засветилась озорная искра. Вмиг его взгляд приобрёл нотки матёрого ликвидатора, и я невольно отшатнулся назад. Он был не просто хранителем тюрьмы, он был неким стражем, который видел много темных дел и узнал много страшных секретов.
— Не волнуйтесь, — сказал Жан Ибрагимович уже более спокойно. — Экзорцист опытный. Он проведёт обряд очищения, и тело грешника будет как новое.
Он улыбнулся, и я увидел в его улыбке жестокость, скрытую за внешней добротой. Но в то же время я видел и опыт, и знания. Он был не просто хранителем тюрьмы, он был хранителем секретов, и я понял, что мой приход в это место может стать началом не только новых приключений, но и новых опасностей.
— Мы уже нашли тебя, пан Лисовский! И ты не скроешься от карающей длани пятого легиона, — послышалось из одной клетки от какого-то бродяги, чьи глаза пылали бирюзовым светом. Голос был хриплым и злым, словно из глотки дьявола. Я невольно схватился за шашку, готовясь к бою.
— Пятый легион? — прошептал я, не понимая, о чем он говорит. — Что еще за чушь?
И я поспешил покинуть злощастную темницу и как можно скорее оказаться на свежем воздухе.
Глава 11
— О чём говорил тот демонический кондом? — тут же интересуется Ви, как мы оказались на свежем воздухе.
Ветер, срывающий с губ слова, несёт их прочь, к старинным домам, выстроившимся вдоль узких улочек Данцига. Холодный воздух пробирает до костей, но в лёгких царит лёгкость, словно после глубокого вдоха.
Холодный воздух, пропитанный запахом старой кирпичной кладки, уже не так резко пробирает до костей, как в зиму. Свежий ветер, который не так силен, как в зиму, щекочет лицо, и на губах чувствуется лёгкий привкус дымности.
Солнце, хотя и не греет еще как следует, уже не прячется за тучами. Небо над Данцигом обладает своей особой красотой, переливаясь различными оттенками синего.
Вокруг, на улицах, кипит жизнь. Люди спешат по делам, заглядывая в витрины магазинов. По тротуарам бегают дети, смех которых разносится по улицам. Вдали доносится звук уличного музыканта, играющего на аккордеоне. Воздух пропитан ожиданием тепла, и, хотя пока еще холодно, на душе чувствуется легкость и радость от того, что я наконец-то покинул то подземелье.
— В моём родном городе был прорыв Инферно, и во время этого хаоса я убил множество демонов и прочих тварей, и, возможно, они теперь считают своим долгом найти меня… — развожу руками, не отрывая взгляда от завораживающего пейзажа.
— Возможно? — она нервно улыбается, но в её глазах читается недоверие. — И за тобой просто так гонится целый, мать его, легион демонов? Как бы тебе объяснить, карапуз… — Ви задумалась, её брови нахмурились, словно она пытается сложить пазл из противоречивых фактов. — Малик очень дорого продаёт услуги своих легионов… А здесь целый пятый легион, что заинтересован лишь тобой. Что-то здесь не сходится, ты не находишь?
— Возможно… — пожимаю плечами, продолжая наслаждаться свежим воздухом и ветерком, что нежно треплет волосы. В голове всё ещё отзывается странное ощущение, будто я упустил что-то важное, что-то, что может объяснить эту странную ситуацию.
Ви, заметив мою задумчивость, добавляет:
— Не думаю, что Малик заинтересован в такой мелкой сошке из какого-то там захолустья. Он слишком прагматичен, чтобы тратить ресурсы на столь пустяковую цель. Что-то здесь не так.
Ви делает шаг ближе и с лёгким шуршанием останавливается рядом со мной. Она не отрывает от меня взгляда, её глаза словно пронизывают меня насквозь, ища в них отражение правды. Её губы, некогда расслабленно приоткрытые в лёгкой улыбке, теперь плотно сжаты, а бровки над глазами нахмурились, словно она собирается разгадать какой-то сложный пазл.
— Ты уверен, что рассказал мне всё? — её голос становится более твёрдым, но в нём нет упрёка, а скорее заинтересованность, возможно, даже беспокойство.
Её рука бесшумно опускается на моё плечо, лёгкое прикосновение провоцирует ускоренное биение сердца.
— Что ты скрываешь?
Её слова пронзают меня, как ледяной ветер, пробирающий до костей. Внутри меня что-то шевелится, неуловимая тревога, как тень, которая следует за мной всю жизнь. Она не даёт мне увиливать, заставляет встретиться с правдой, пусть даже она и страшна.
— Я… — начинаю говорить, но слова застревают в горле. Голова заполняется путаницей мыслей, как в лабиринте, выход из которого не видно. Я не могу солгать ей, не могу скрыть правду, но и не знаю, как объяснить то, что сам ещё не понимаю.
В глазах Ви читается ожидание, её взгляд не отрывается от моего лица, словно она пытается уловить малейшее движение мышц, чтобы разгадать мою тайну. Я пытаюсь собрать мысли в кучу, но всё равно чувствую себя загнанным в ловушку, из которой нет выхода.
— Я… не знаю, что происходит, — шепчу я, голос мой звучит тихо и неуверенно. — Я сам ещё не разобрался во всем этом.
Сглатываю, чувствуя, как горло пересыхает.
— Это какая-то ошибка, — продолжаю я, пытаясь убедить себя и её в том, что происходящее не может быть правдой.
— Ой, я тебя умоляю, ты совершенно не умеешь играть правдой, малыш. Так что давай будем честным друг с другом, ибо у ликвидатора не должно быть тайн друг от друга. — Она явно придумала это только что.
Но я лишь кивнул, да и в конце концов, что я теряю?
Ви отстраняется от меня, её взгляд становится игривым и проницательным, словно она прочитала мою душу насквозь.
— Хорошо. По моей вине был активирован маяк, что привлёк всех демонов в мой город, и армия «спасения» попала в ловушку, как и всё воеводство, — ответил я без утайки, ощущая, как с каждой произнесённой фразой тяжесть на душе становится немного легче. — После этого за мной и охотятся демоны.
— Так это тебя нагрел демон в шкуре святого отца? — тут же понимающе продолжила Ви и неожиданно обняла меня, прижимая к себе. — Ну ничего, теперь ты один из нас, и никакое демоническое отродье не посмеет тебя тронуть! А если… то весь двадцать восьмой отдел встанет на твою защиту.
Её объятия такие теплые и уютные. Я чувствую, как напряжение в плечах отпускает, и на душе становится легче.
— Спасибо, — шепчу я, утопая в её объятьях.
— Не благодари, — отвечает она, звонко смеясь. — Мы ликвидаторы и своих не бросаем.
Она отстраняется, но её рука остаётся на моём плече.
— И помни, — добавляет она серьезно, смотря мне в глаза, — никогда не бойся признаться в том, что ты не знаешь. Мы всегда будем рядом, чтобы помочь тебе разбираться с твоими демонами. Буквально! — хлопнув меня по плечу, она вернулась в отдел.
