— Максим? Мирослава? — раздался за нашими спинами удивлённый голос Аркадия Годунова, который был в компании незнакомой нам девушки. Очень красивой, но определённо уступающей Мирославе. — Не ожидал вас здесь встретить. Я так понимаю, что Юсуповы всё же решились наладить с вами связи. Что же, похвально. Они станут первыми из высшей знати, кто на это осмелился. Уверен, что вскоре их примеру последуют и другие рода. А я ещё думал, с чего это Альберт решил сам встать за плиту? Не занимался этим уже лет десять. Но теперь всё встало на свои места.
— Добрый вечер, Аркадий Вячеславович, боюсь, что вы неправильно поняли сложившуюся ситуацию. Этих детей нет в списках приглашённых, — осторожно произнёс администратор, уже не понимающий, как ему поступить.
— Любезный, вы уверены? — спросил племянник императора, явно решивший исправить эту оплошность.
— Аркадий Вячеславович, можно вас на пару слов? — спросил я, утягивая мужчину за собой.
Отошли буквально на несколько метров, где нас точно никто не сможет услышать. Но я всё равно позаботился о защите и быстро рассказал всё без утайки. Не хватало ещё, чтобы Годунов сообщил тому же Романову, и тогда всё пойдёт насмарку. Вечер испорчен. Свидание не получилось. И вообще припёрлись мы сюда зря, могли бы и в Слободе куда‑нибудь сходить.
А так мой расчёт оказался полностью оправдан. Аркадий лишь рассмеялся и похлопал меня по плечу.
— Эх, молодость. Как же я вам завидую. Сам уже не могу себе позволить чего‑нибудь подобного. А порой так хочется выкинуть какую‑нибудь… Эх… Ладно, раз я уже начал говорить за вас, то в ресторан проведу. Сам должен понимать, не сделаю этого, потеряю лицо. Но даю слово, что внутри не подойду к вам. И вообще сделаю вид, что не видел.
— Спасибо, — только и смог ответить я.
Действительно, отступать в данной ситуации значит потерять лицо. И здесь я ничего не могу сделать. Так что придётся соглашаться с проигрышем. На этот раз Мира выиграла: без своей магии я не смог провести нас в ресторан. Но я обязательно возьму реванш.
Через две минуты мы уже находились внутри ресторана, больше похожего на один из залов императорского дворца. Я был не во всех, но с чем сравнивать знаю.
Здесь стояло всего пять столиков на довольно приличном расстоянии друг от друга, и при необходимости они легко могли быть скрыты от остальных. На стенах, полу и потолке были установлены довольно специфические артефакты. И мы с ребятами также приложили свои усилия к их созданию.
Левша вообще довольно часто привлекает нас к работе над своими заказами. Нашёл способ, как совместить наше обучение с работой.
Так вот, эти артефакты создают непроницаемые барьеры. Через них не сможет пробиться даже магия. Очень тонкая и сложная работа, на которую даже Левше понадобилось почти полгода.
В центре зала оставалось довольно большое свободное пространство, которое сейчас было также отгорожено такими барьерами, непрозрачными. Скорее всего, именно там расположено рабочее место Юсупова. Ведь здесь всегда готовят прямо перед гостями. Мира именно из‑за этого выбрала «Столичный».
Аркадий отказался от сопровождающего, которого ему предлагал администратор.
Свою спутницу он представил нам как графиню Ростову. А нас назвал своими старыми друзьями, чем весьма удивил графиню. Мы перекинулись парой пустых фраз, как это принято у аристократов, и меня уже начало подташнивать от всего этого. Благо, что в зал мы входили по отдельности. Как и договаривались, внутри Годунов не имеет к нам никакого отношения.
— Прошу сюда, господа, — глядя на нас с нескрываемым удивлением, произнёс появившийся словно из ниоткуда официант. В дорогущем костюме, с вышитым гербом на груди, видимо, рода Юсуповых.
Удивлён он был, явно не ожидая увидеть неизвестных ему людей. Но раз нас пропустили, то мы ничем не отличаемся от остальных гостей. К слову, уже были заняты три столика из четырёх.
Помимо племянника императора, я больше никого не знал. Да и на нас никто не обращал внимания.
Официант проводил нас за свободный столик, где уже всё было сервировано на двоих. Или это стандартная практика ресторана, или мы просто заняли чьё‑то место, что было более похоже на правду. И получается, что нас могут прогнать.
— Господин Юсупов скоро начнёт вечер, осталось дождаться прихода всех приглашённых. Пока могу вам предложить вина. Урожай сорок второго года…
Официант продолжал рассказывать нам о каком‑то невероятно вкусном и выдержанном вине. А я в это время работал над тем, чтобы мы стали частью сегодняшнего ужина.
Сперва создал иллюзию ещё одного столика, а затем и материализовал её, потратив почти две сотни Рю. Невероятный расход магической энергии, но копия получилась идеальной и гарантированно продержится до конца вечера. Гораздо сложнее было сделать так, чтобы никто из присутствующих ничего не заметил.
Даже пришлось прибегать к слабенькой хитрости и использовать артефакты барьеров. Я прекрасно помню, как нужно с ними обращаться. Почти за два года с момента их создания никто даже не подумал сменить коды доступа.
— Спасибо, но я не буду вино. Принесите мне сока. А моя прекрасная половина, — я посмотрел на Миру и получил утвердительный кивок, — попробует так расхваленный вами напиток.
А чего? Мы уже совершеннолетние. Да к тому же с одного бокала вина точно ничего не будет. Это я не любитель.
— Конечно, получилось немного не так, как я рассчитывал. Но мы в ресторане, попали на закрытый ужин. А ещё я проиграл тебе желание.
— Не проиграл, — улыбнулась Мира. — Мы же попали сюда без использования иллюзий. А это было главным условием. То, что ты использовал их внутри, уже ничего не значит. Это ни на что не повлияет, вечер пройдёт, как и должен.
— На что не повлияет?
Как‑то слова Скворцовой меня немного напрягли. Но ответить она не успела.
Свет в зале резко погас, чтобы появиться лишь в центре. Никакого барьера уже не было, а за оборудованной всем необходимым кухней стоял, сверкая белозубой улыбкой, темноволосый мужчина слегка за сорок. Очень похожий на какого‑то индийского раджу, но никак не на наследника одного из древнейших родов России.
И отчего‑то он мне показался очень знакомым, хотя никого из Юсуповых я раньше точно не видел.
— Да! У меня получилось! Я правильно всё спрогнозировала! Выкуси, Мартинсен! Сделала тебя почти на тридцать лет! — воскликнула радостная Мира, вскакивая со своего места и начиная танцевать, но никто даже не обратил на нас внимание. Взгляды присутствующих были прикованы исключительно к мужчине в центре.
Я вообще ничего не понимал. Чего такая радостная Мира? Чего она там спрогнозировала? И почему на неё никто не обращает внимание?
Нас гарантированно должны все видеть и слышать. Пусть между столиками приличное расстояние, но не настолько же.
— Как же я рад видеть всех вас, — тем временем заговорил мужчина, и от его слов начало вонять. — Вы даже не представляете, через что мне и моим людям пришлось пройти, чтобы появилась возможность собрать вас всех в этом паршивом ресторане.
Как‑то мне эти слова совершенно не понравились. На всякий случай создал пару заготовок заклинаний, которые не требуют много времени на активацию.
Мира продолжала свой радостный танец, также не обращая внимания на происходящее. Впервые вижу, чтобы она чему‑то так сильно радовалась.
Хотел бы и я разделить с ней этот замечательный момент, но не могу. Вонь усиливалась и исходила она от человека в центре.
Что‑то мне подсказывает, что это никакой не Юсупов. Ну не может быть у наследника княжеского рода индийских черт.
— Особенно я рад тому, что на приглашение откликнулся господин Годунов. Нанести удар по императорскому роду — это практически то же самое, что поиметь жену каждого аристократа этой империи.
Мужчина рассмеялся собственной остроумной шутке, и все гости поддержали его.
Да какого лешего здесь вообще происходит?
— Мира! Скворцова, твою мать! — не выдержал я и рявкнул так, что в ушах начало звенеть.
