Гамлету? Кобольд-философ-самурай. Попробуйте объяснить такому, почему орчанка плачет из-за того, что её дети не могут найти друзей среди цвергов. Серьёзно. Попытайтесь. Даже я не могу предположить, что он такое ответит.
Всё это подводило к очень простой мысли. Городу нужна единая гражданская власть. И точно не по расовому признаку, потому что ставить каждой расе своего представителя — значит закрепить то самое разделение, от которого я пытаюсь избавиться.
Нужна иная схема распределения полномочий и власти. Например, функциональная. Жильё — один ответственный. Снабжение — другой. Порядок — третий. А над всеми — координатор, который видит картину целиком.
Где взять последнего? Ответа у меня пока не было. И это напрягало куда сильнее, чем всё остальное.
Я посмотрел на Тррока, который с громоподобным кряхтением забирался обратно в свой гусеничный монстр. Что ж. Придётся импровизировать. И действовать по ситуации.
Тролль наконец забрался на своё место и что-то пророкотав, принялся разворачивать свою машину, беспощадно сминая остатки асфальта. Весьма быстро, надо сказать — спустя пару минут мы все вместе мчали в сторону Ярославля.
Глава XI
Ярославль остался позади часа полтора назад. Наш борт набрал высоту и лёг на курс.
Изначально я собирался в Мурманск. К Хоргу, Обсерватуму, к делам, которые не терпят отлагательства. Но когда мы уже были около взлётного поля, на связь вышел Йорик. Настоявший на изменении маршрута полёта — мол, у кобольдов уже готовы полноценные образцы, которые нужно испытать.
Потому сейчас я пялился в тёмный иллюминатор, а наш борт мчал к Царьграду.
Честно говоря, мне и туда не слишком-то хотелось. Вот чего я на самом деле желал рвануть куда глаза глядят. Без плана с повесткой и пачки входящих на планшете. Даргская натура требовала движения, новых мест, чего-то неизведанного. Ей казалось, что я сам запираю себя в клетке. Отсекаю забором от всего интересного снаружи.
Только вот забор — это в данном случае вовсе не деревянные доски. Это разумные. Кобольды, гоблины, цверги, дарги, орчанки и эльфы, которые зависят от того, встану ли я утром с правильной ноги. Распусти я всех завтра и объяви отпуск на неопределённый срок — через неделю Тррок отправится в обратную эмиграцию, Гоша развяжет войну, а Сорк подведёт юридическое обоснование под захват Армении. Либо поедет искать сардельки на складах Константинополя. Что будет с участниками реалити-шоу я даже загадывать не хочу.
Жаль. Я надеялся, что затея с передовой группой сработает. По сути, так оно и случилось — я был максимально эффективен на переднем краю. Только вот с одним «но» — мне всё равно придётся постоянно оставаться на связи. И регулярно посещать каждый из своих «городов». Особенно, если говорить про общину под Мурманском.
Салон погрузился в темноту. Светились только полоски на потолке и у пола. Которые давали ровно столько света, чтобы не наступить на кого-нибудь по дороге в туалет.
Гоша дрых в ряду справа, скрючившись едва различимым клубком. Что-то бормотал во сне, вроде как о премиях. Сорк развалился в кресле позади него. С пачкой бумаг, которую не выпустил из рук, даже отключившись.
Дальше по салону — Пикс с планшетом в обнимку. Айша и Тогра развалились в крайнем ряду, заняв по два кресла каждая.
Вырубились все до единого. Кроме одного человека. Арины, которая сидела рядом. Она вроде бы тоже спала, но вот сейчас чуть повернула голову и посмотрела прямо на меня.
— Не спится? — спросил я тихо.
Она повернула голову. Блеснула глазами. И соскользнула вниз.
Вот чего я не ожидал — так это того, что два центнера даргской массы можно парализовать одним движением. Без всякой магии и артефактов. Просто — пальцы расстёгивают ремень, а через секунду ты уже охреневаешь от наслаждения.
В какой-то момент она вдруг прекратила. Выскользнула из-под моих пальцев, которые оказывается машинально обхватили её голову. И ловко поднялась на мои колени, стягивая штаны уже с себя.
Было ли это опасно? О, да. Заводило ли это дополнительно? Ещё как. Она аж в плечо мне зубами вцепилась. Прям в полную силу. Даже печать регенерации чуть засветилась.
Зато после того, как мы закончили, никакого хаоса мыслей в моей голове больше не было. Только приятная тишина.
Арина, которая устроилась на соседнем сиденье подняла голову. Убрала прядь с лица. Посмотрела на погнутый подлокотник, который послужил мне опорой.
— Зачёт, — прошептала она. — Минус одно кресло. Плюс бесконечность к вайбу.
Спустя пару минут она уже засопела, устроившись в своём кресле и положив на меня руку. А чуть позже отключился и я. Правда вместо сна провалился в пространство медальона, где меня ждал изрядно раздосадованный Варнес. Как я недавно выяснил, наставник мог наблюдать за происходящим вокруг. Так что с тех пор я его частенько «блокировал». Чаще всего во время какой-то личной беседы. Но потом нередко забывал вернуть в исходное состояние, из-за чего тот мог долго оставаться заглушенным.
Минут двадцать он объяснял мне всю полноту жестокости подобного метода. После чего мы всё же приступили к обсуждению печатей и тренировкам.
— Снижаемся, — голос пилота вытащил меня из погружения. — Константинополь. Посадка через двадцать минут.
Салон зашевелился. Гоша подскочил первым — с таким лицом, будто его разбудили посреди сна, где он завоёвывал небольшое королевство.
— Чё? — он потянул за козырёк фуражки и заозирался. — Шеф, мы ж в Мурманск летели. Или уже не?
— Планы поменялись, — я потянулся, стараясь не обращать внимания на подлокотник. — Сначала Царьград.
— А-а, — Гоша широко зевнул. — Ну и правильно. У нас так-то сардельки тоже хоть куда.
Арина тоже проснулась. Секунду назад ещё спала, а сейчас уже сидит с ровной спиной и проверяет телефон.
Вот и знакомый пейзаж. Тот же терминал и коридор для «биологических объектов с повышенным магическим фоном» — отдельный рукав, бетонные стены, царапины на полу от когтей и копыт.
Кью нервничала, как и в прошлый раз. Фыркала, водила ушами, косилась красным глазом на рамки сканеров. Я держал её под уздцы, похлопывая по шее.
Сорк не удержался — снова развернул баталию с ветеринаром таможни. В этот раз на тему компенсации морального ущерба животным. Вон прямо сейчас грозил какими-то защитниками прав животных. Мол, он получит от них грант и всех засудит. И аэропорт себе заберёт. Помните я совсем недавно думал о том, что он без проблем найдёт обоснование для захвата целого города? Ну вот — резон для того, чтобы оттяпать аэропорт, гоблин уже нашёл.
Правда есть нюанс — тут не Мурманск. Нескольких даргов и одной мглистой косули, для успеха будет маловато. Однако, ушастика это ведь всё равно при случае не остановит.
А вот и кое-что новое. Стеклянная будка внутреннего контроля. Честно — не помню, как у нас проверяли доки в прошлый раз. Но такой вот хреновины, с пулемётными турелями по обеим сторонам, точно не было.
Я выложил на стойку документы. И вдруг узрел внутри знакомое лицо. Вроде тот же самый офицер, который проверял у нас документы при прошлом прибытии. Или в самый первый раз, когда мы отсюда вылетали. Не помню уже, если честно.
Выглаженная форма, капитанские погоны и взгляд человека, которого сложно чем-то удивить.
— Господин Белый, — он произнёс это с такой интонацией, что сразу стало понятно — узнал. — Снова к нам.
— Необходимость, — отчеканил я стандартную формулу. — Инспекция имперского военного отряда и недвижимости. Всё как в прошлый раз.
Офицер просмотрел бумаги. Глянул на монитор.
— Вижу, — он помолчал. Рука с печатью зависла над документами. — С вашего последнего визита многое изменилось, господин Белый. Будьте осторожнее. — Рука опустилась, поставив штамп. — Добро пожаловать в Константинополь.
Забавно. Это вот что сейчас было? Такое странное предупреждение сверху? Или частная инициатива одного, отдельно взятого капитана?
