Вокруг них бушевала их работа. Вода шумела в трубах, кристаллы пульсировали ярким светом, руны сверкали, создавая сложные узоры. Всё работало на полную мощность, в точности так, как задумали гремлины.
Идеально. Правильно. Эффективно.
— Теперь работает правильно-хорошо! — довольно выдохнула Шпиль-Ка, любуясь своей работой.
— Эффективно-быстро! — кивнул Вин-Тик, его хвост мягко покачивался от удовольствия.
Оба гремлина сидели, гордо выпрямив спины, глядя на переделанную систему водоснабжения с тем же удовлетворением, с каким художник смотрит на законченный шедевр.
Снизу, откуда-то из глубин монастыря, доносились крики, плеск, шум. Звуки хаоса, паники, растерянности.
Шпиль-Ка наклонила голову набок, прислушиваясь:
— Почему они кричат-вопят?
Вин-Тик тоже нахмурился, его уши насторожились:
— Не знаю-не понимаю. Мы же улучшили-исправили! Теперь всё работает правильно-оптимально!
Они помолчали, обдумывая эту загадку.
— Может быть… — медленно начала Шпиль-Ка, — им ещё что-то нужно улучшить-починить?
Вин-Тик вскинул голову, его глаза загорелись:
— Точно-верно! Они недовольны, потому что мы не всё исправили!
— Надо найти-обнаружить, что ещё работает неправильно-криво!
— И починить-улучшить! — согласился Вин-Тик, подпрыгивая на месте от энтузиазма.
Они соскочили с трубы, приземлившись на пол с лёгким стуком. Оба были полны решимости продолжить своё благородное дело по улучшению монастыря Белого Облака.
— Пошли искать-находить! — скомандовала Шпиль-Ка, устремляясь к вентиляционной решётке.
— Исправлять-обновлять! — эхом откликнулся Вин-Тик, следуя за ней.
Они протиснулись в узкое отверстие вентиляции и исчезли в тёмных недрах монастыря, оставляя за собой бурлящий, ревущий, абсолютно неуправляемый водопровод.
И затопленный монастырь, в котором никто пока не понимал, что самое страшное ещё впереди.
* * *
Крыши монастыря Белого Облака были покатыми, выложенными тёмно-серой черепицей. Идеальное место для скрытного перемещения, если, конечно, знаешь, куда ступать.
Я вёл нашу небольшую группу вперёд, держась в тени от высокой сторожевой башни справа. Октавия шла за мной, а дед Карл замыкал шествие, двигаясь с той невозмутимой грацией, которая свойственна только личам, существам, которым уже не нужно беспокоиться о таких мелочах, как равновесие или усталость.
Внизу, в другой части монастыря, бушевал хаос.
Духи воздуха, освобождённые гремлинами, всё ещё носились в небе, в виде белых журавлей они пикировали на охранников, создавали вихри, швыряли людей в разные стороны. Крики, звон оружия, вспышки боевой магии, всё это доносилось откуда-то с восточной стороны комплекса, где основные силы Канваров пытались взять ситуацию под контроль.
Отличное прикрытие.
Я переместился через тень от одной крыши на другую, преодолевая разрыв в несколько метров за долю секунды. Октавию я разумеется вновь подхватил на руки.
Она только и успела что охнуть от неожиданности, но уже не возмущалась, что я её не предупредил, а приняла правила игры.
Дед возник рядом без лишних комментариев, просто шагнул из одной тени в другую, словно это был самый естественный способ передвижения в мире.
— Духи, кажется, чувствуют себя весьма вольготно, — заметил он, кивая в сторону очередной вспышки магии где-то за стенами. — Канвары явно не готовились ни к чему подобному.
— Гремлины постарались, — я снова двинулся вперёд, перепрыгивая через низкий парапет. — Хотя, признаться, даже я не ожидал, что они справятся настолько… эффектно.
Октавия фыркнула за моей спиной:
— Да, духи действительно разбушевались, — всё ещё не понимала о чём я говорю, Октавия.
Но дед пояснил:
— Пигалица, элементали уже вовсе не единственная и не самая большая проблема этого монастыря. Во внутренних помещениях начался настоящий потоп. А тебе пора научиться работать с теневыми разведчиками, если не хочешь узнавать всё последней.
— Научусь! — мгновенно отозвалась ведьмочка, — я вообще-то быстро прогрессирую! Стой… ты сказал потоп?
— Творческий подход, — усмехнулся я. — Надо будет их похвалить.
— Или запереть подальше от любых технических систем, — пробормотала ведьмочка, но я услышал в её голосе плохо скрываемое восхищение.
Мы продвигались дальше, держась в тенях, используя выступы зданий и башен как прикрытие. Несколько раз мимо нас пролетали Канвары. Кто-то в одиночку, другие парами, все спешили на помощь своим товарищам, которые сражались с элементалями. Никто даже не посмотрел в нашу сторону.
Артефакты маскировки Октавии работали безупречно.
Центральная пагода возвышалась перед нами, величественная и угрожающая одновременно. Пятиярусное строение с загнутыми краями крыш, украшенными резными деталями в виде облаков и ветра.
Красиво.
И очень, очень хорошо защищено.
Я остановился на краю крыши соседнего здания, всего в нескольких метрах от пагоды. Отсюда я мог рассмотреть её во всех деталях, не только физические стены и крыши, но и то, что скрывалось за пределами обычного зрения.
Магическая защита.
Она окутывала пагоду плотным коконом, слой за слоем, образуя сложнейшую сеть заклинаний, рун, энергетических потоков. Даже не обладая сильным магическим чутьём, я видел намёки на неё, лёгкое искажение воздуха вокруг здания, едва заметное мерцание, словно сквозь невидимую вуаль.
— Работа Регины, — констатировала Октавия, остановившись рядом со мной. Она прищурилась, разглядывая пагоду. — Чувствую её почерк. Многослойная, рекурсивная, с ловушками внутри ловушек.
— Да уж, — я усмехнулся. — Она действительно постаралась. Наверное, взяла с Канваров двойную цену.
— Тройную, — сухо поправил дед, подходя с другой стороны. Он тоже смотрел на пагоду, но его взгляд был более сосредоточенным, проникающим. — Судя по сложности плетений, это была одна из её лучших работ.
Я повернулся к нему. Дед Карл обладал уникальной способностью, он видел магические потоки и плетения так же чётко, как обычные люди видят физические объекты. Не просто чувствовал, не догадывался, а именно видел. Каждую руну, каждую связь, каждый узел энергии.
Это умение уже спасло нам жизни в пирамиде Регины, когда мы пробирались сквозь её ловушки. Без деда мы бы вряд ли смогли победить ведьму в её же логове.
И сейчас я понимал, что и здесь помощь лича будет сложно переоценить.
— Можешь разглядеть структуру? — спросил я.
Дед кивнул, не отрывая взгляда от пагоды:
— Да. Вижу семь основных слоёв защиты. Каждый связан с предыдущим, но не напрямую, а через буферные узлы. Умно. Если попытаться сломать один слой грубой силой, остальные среагируют и усилятся.
— Классическая тактика Регины, — заметила Октавия. — Она всегда любила системы с обратной связью.
— Но, — продолжил дед, и в его голосе появилась нотка удовлетворения, — у любой системы есть слабые места. Точки, где плетения не такие плотные. Где энергия течёт не так гладко, как должна.
Я выжидающе посмотрел на него.
Дед медленно поднял руку, указывая на невидимую для меня точку где-то на уровне третьего яруса пагоды:
— Вот здесь. Видишь? Нет, конечно не видишь, — он усмехнулся. — Там пересекаются два потока энергии под неправильным углом. Регина пыталась это компенсировать дополнительной руной, но она работает не идеально. Если разрушить именно эту связь, весь третий слой дестабилизируется.
— А остальные слои? — спросила Октавия, уже доставая из рюкзака какой-то артефакт, тонкий серебряный жезл с кристаллом на конце.
— Среагируют, — подтвердил дед. — Но медленно. У нас будет окно в несколько секунд, чтобы ударить по следующему слабому месту. — Он переместил палец чуть ниже и левее. — Здесь. Четвёртый слой. Связь между двумя буферными узлами. Она тоньше, чем должна быть.
Я кивнул, уже понимая план:
— Точечные удары. Быстро, последовательно, не давая системе времени на полную перестройку.
