— Ну да, — пожал плечами ушастик. — Очередная глобальная резня. Такое всех напугает.
— Или разозлит, — резонно заметила блондинка. — Дарги и так отреагируют экспрессивно.
Тут она права. Пусть разногласий среди кланов даргов было множество, но нападение на одну из общин, да ещё без уведомления — такое вызовет шум. Впрочем, Пикс тоже дело говорит. Ничто не пугает всех больше, чем масштабная мясорубка. Искренне радоваться войне могут лишь те, кто ни разу с ней не сталкивался. Либо те, кто гарантированно туда не попадут. И станут смотреть сводки, попивая коктейли и засунув под стол очередную шлюху. Хотя, не. Есть ещё вариант. Те, кто вжился в такой образ. Адреналиновые наркоманы.
В любом случае — подавляющее большинство ничего подобного не захочет.
— Может сработать, — озвучил я свою точку зрения. — Но нам нужен формат.
— Прямой эфир, — Арина. — Без монтажа. Я перед камерой, говорю от себя. Показываю фото с места атаки. Видео, если есть.
— Я ничего не снимал, — начал Гоша. — Там не до того было.
— С дронов снимали, — посмотрел на него Пикс. — Я вырезал пару жестких дисков. Качество так себе. На стриме пойдёт. Сырой материал даже лучше — достовернее, чем продакшен.
— А переписку наёмников показать? — Гоша подался вперёд. — Контракт? Чтоб видно — это заказ, а не случайность?
— Контракта у нас нет, — тут же вклинился Сорк.
— Ну так сделаем! — возмущённо заметил Гоша. — Пикс, ты ж умеешь в генерацию?
— Генерировать фейки не будем, — ровным тоном заметила Арина. — Гейм Овер обеспечить нам захотел? Тридцатку в остроге?
Атмосфера напоминала запуск реалити-шоу. Похожий драйв. Только тогда было весело. Сейчас же драйв был злым и с привкусом крови.
— Арина, — я посмотрел на неё. — Когда выйдешь в эфир — не обвиняй конкретных людей. Никаких имён. Обвиняй систему. Говори о том, что есть силы, которым выгодно, чтобы расы ненавидели друг друга и постоянно лили кровь.
— Да я понимаю, — в её глазах мелькает что-то вроде лёгкой обиды. — Это будет легендарный стрим.
Ну да. Чего-то я не туда свернул. Уж кто, а блонда и сама всё прекрасно понимает. Это она просто от своего любимого сленга отошла. Вот меня и переклинило малость. Раньше, что ни слово — вайб или кринж. А сейчас, как у Сорка — почти ничего.
— Сколько по времени на подготовку? — окидываю я взглядом всех.
— Технически — час, — тут же отзывает Пикс. — По контенту — зависит от шефини.
— Текст уже в голове, — немедленно вклинивается Арина. — Двадцать минут на причесать, столько же на макияж. И пять минут на всякий случай.
— Макияж? — брови Гоши взлетают вверх. — Мы войну объявляем. В прямом эфире. Какой макияж?
— Такой, который заставит три миллиона зрителей смотреть на меня, а не переключать на котиков, — отрезала Арина. — Ты видел успешного спикера с мешками под глазами?
Гоша открыл рот. Чуть посидел так и всё-таки закрыл. Посмотрел на меня. Я пожал плечами. Она права. Картинка решает не меньше, чем содержание.
— Через сорок пять минут — эфир, — подытожил я. — Пикс готовит трансляцию. Арина отвечает за контент. Сорк — передашь итоги Виталию. Гоша…
— Морально поддерживаю! — вставил сам ушастик. — И слежу за котировками. Если после стрима бумаги Баразовой пыли дёрнутся, я должен быть готов.
— Гоша готовится выступать, — закончил я. — Выразишь позицию гоблинов. Справишься?
— Шеф, — ушастик посмотрел на меня с выражением оскорблённого достоинства. — Я три года выживал в зоне отчуждения, пока не попробовал спереть твою личную карту. И чё токо мне не приходилось втирать всяким разным пришлёпкам.
Действительно. Пожалуй надо бы поспать. Хотя бы полчаса. Туплю настолько, что риторические вопросы всерьёз задаю.
— Хорошо, — кивнул я ушастику. — Значит решено. Через сорок пять минут начинаем.
Если быть честным — на самом деле подготовка к трансляции заняла пятьдесят пять минут. Слишком уж повреждёнными оказались видеофайлы, извлечённые из памяти дронов.
Пикс ковырялся в них, как хирург в полевом госпитале. Почти все записи оказались битыми — дроны получили повреждения при обстреле, данные шли кусками. В итоге удалось вытащить минут двенадцать связного материала. Горящие постройки. Тела. Фигуры наёмников в доспехах. Качество паршивое, а звука нет вообще — но именно поэтому и работало. Профессиональный продакшен аудитория восприняла бы как постановку. А трясущаяся картинка с помехами — это реальность. Люди чувствуют такие вещи.
Параллельно связались с общиной. На том конце звонок принимал Тарв — молодой дарг, который один из немногих в общине умел обращаться с техникой. Именно он должен был подключиться к нам оттуда. Пробовали объяснить северному даргу, который с трудом научился принимать видеозвонок, как правильно вести съёмку и что говорить? Мой совет — без критической необходимости, даже не пытайтесь.
Сам стрим мы вели с четвёртого яруса Цитадели. Того самого, где культурные дарги восстанавливали свою архитектуру. С потолка свисали платформы с висячими садами. Арина специально выбрала эту точку. «Живые растения на фоне камня и напоминание о культуре.»
Пикс за ноутбуком. К стене присобачили монитор, где будет отображаться чат. Почти как в нашей старой аппаратной. Арина уже на террасе — расхаживает из стороны в сторону, выбирая ракурс.
— Поехали, — наконец остановилась девушка. — Есть контакт.
— Эфир через пять секунд, — Пикс клацнул по клавише. — Три. Одну. В эфире.
Арина посмотрела в объектив. Продемонстрировала им лёгкую улыбку.
— Привет, империя, — сказала она. — Это снова ваша любимая стримерша. Прямое включение из «Цитадели Феникса». И если кто-то из вас думает, что это очередной вайб-стрим про то, как мы тут строим новое общество и варим кофе на секретном подземном вулкане — вынуждена разочаровать. Сегодня мы проходим хардкорный рейд. Без точек сохранения и вторых жизней.
Пауза. Улыбка полностью исчезает.
— Прошлой ночью на нашу северную общину напал вооружённый отряд. Профессиональные наёмники. С тяжёлой техникой, магами, бронёй, — голос блондинки звенел от напряжения. — Они пришли убивать. И убили.
На экране поплыли кадры с дронов. Горящие постройки. Обломки. Сложенные рядами трупы.
— Это не кринж, Империя. И не провокация ради хайпа. Реальные кадры. Настоящая кровь. Мёртвые дарги, которые вчера строили дома и учили детей, — продолжала девушка. — Кто-то в высоких кабинетах решил, что им не положено жить как все. Захотели втоптать в грязь.
Чат взорвался. Я хорошо видел эту лавину сообщений, которая обрушилась после кадров с севера. «Что происходит?» — «Это реально?» — «Фейк наверное» — «Какие наёмники?» — «Ого»
Счётчик зрителей рос. Уже перевалил за сотню. Прямо сейчас это же анонсировалась и дублировалось во все наши сообщества.
— Но мы вышли в эфир не для того, чтобы жаловаться, — продолжила Арина. — Мы затеяли это, чтобы вы увидели — нас не так просто сломать. «Цитадель Феникса» стоит. И будет сражаться насмерть, если придётся. Уж поверьте, когда к нам придут убивать, мы заберём столько жизней, сколько сможем.
На экране новый видеоряд. Кобольды в полной экипировке. Штурмовые комплексы, доспехи, мечи. Хитиновые панцири в свете тусклых ламп. Вооружённые дарги. Хмурые цверги в экипировке. Гигантский тролль, вооружённые крупнокалиберным пулемётом. Караульные посты. Огневые точки в склонах горы.
— Все жители мурманской общины будут переведены в Цитадель, — голос Арины стал жёстче. — На севере останется форпост, охраняющий земли предков и Обсерватум. Мы объединим свои силы здесь в новом городе.
Сообщения в чате неслись всё быстрее. «Жёстко» — «Эт чё за кобольды с пушками» — «Щенки Косуль — легенда!» — «Война будет?» — «Вы тролля видели? Ему пулемёт, как игрушка».
— А теперь, — Арина посмотрела в камеру, — я хочу, чтобы вы услышали тех, кто нас защищает. Командира нашего гарнизона.
Пикс переключил картинку. На экране — Гамлет. Высоченный кобольд в полной броне, с мечом на поясе и штурмовым комплексом за спиной. Волосы-щупальца светятся тёмно-синим с оранжевыми вкраплениями. За ним — каменный коридор.
