Ярость на краю империи (СИ) - Бадевский Ян

Я не ответил.

Смотрел на каббалиста и улыбался.

— Великий Артефакт, — прошептал Каримов. — Абсолют!

Маро вытянулась в струну.

Бессмертная, естественно, знала о навязчивой идее своего сына. Лука хотел стать бесом и верил, что мифический Абсолют меняет природу одарённых. Шанс на миллион.

— Не подделка? — Маро перевела взгляд на меня.

Пожимаю плечами:

— Я слишком много усилий приложил, чтобы его достать. Кроме того, на медальон реагирует Компас.

— У тебя и Компас есть? — воскликнул Лука.

— Тсс, — я приложил палец к губам. — У меня много чего есть. Вы вступили в непростой Род, дорогие мои.

А ещё я мог бы рассказать о том, что подлинность артефакта подтверждена Администратором. Мог бы, но не расскажу. Пока, на сегодняшний день, сделка с Администратором касается только меня, Феди и Джан.

— Подождите, — неуверенно произнесла Маро. — Это что сейчас происходит такое? Ты пьёшь чай и достаёшь артефакт, за которым гоняются все одарённые планеты? Просто берёшь и выкладываешь его на стол?

— Почему бы и нет, — хмыкнул я.

— Можно? — Добрый Эх протянул руку к медальону.

— Пожалуйста, — кивнул я.

— Значит, ты бессмертный, — в глазах Маро промелькнула догадка. — Я сразу поняла. Ты мыслишь и действуешь, не как…

— Малолетка? — перебил я.

— Да, — мечница не смутилась. — Это в твоих глазах. В словах. Я думаю, ты даже старше меня. И это многое объясняет. Не всё, но многое.

Лука уже изучал Абсолют.

Трогал гравировку, ленту, жадно всматривался в детали.

— А что не объясняет? — уточнил я.

— Огнестрельное оружие, — прямо ответила Маро. — То, что находится под строжайшим запретом у инквизиции.

— Запретом, — хмыкнул я. — Сами они пользуются и пистолетами, и автоматами, и компьютерами. Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку.

— Чем? — не поняла Маро. — Компьютерами?

— Пока забудь, — отмахнулся я. — Ты в чём-то права. Я прожил долго, очень долго… Но я не бес.

— Тогда кто? — нахмурилась мечница.

— И это я тоже предпочёл бы сейчас не обсуждать. Важно другое. Я хочу стать настоящим бесом. Как и Лука. Хочу, но не могу. Потому что этот медальон не работает.

— С чего ты решил? — вскинулся Лука.

Пожимаю плечами:

— Легенда гласит, что скарабей оживает, впивается тебе в затылок и начинает перекраивать психотип. По твоему заказу. И происходит это, когда берёшь медальон в руки. Ну, вот. Ты его держишь в руках. Обычная железка.

Я умолчал и про то, что Администратор владеет тайной медальона. Просто мне надоело играть в эти игры с сомнительным финалом. Лука может найти решение. Больше просто некому.

— Подожди, — глаза Доброго Эха уже горели огнём исследования. — Городские легенды — такой себе источник. Эта штука существует, её признаёт Компас. Значит, она работает. Предтечи говна не делают. Их механизмы исправно функционируют десятки тысяч лет.

— Что нам с того? — равнодушно отвечаю я. — Мы не знаем, как эта игрушка включается.

— И ты её принёс сюда, — догадалась Маро.

Я посмотрел в глаза мечнице:

— Да. Но отвечу на твой невысказанный вопрос. Если бы артефакт работал, я помог бы Луке стать бесом. И не только ему. У меня ещё Джан с Федей есть, между прочим.

И герцогиня Воронова, связавшая меня обещанием.

— Спасибо, — кивнула Маро. — Именно это я и надеялась услышать.

— Знаю.

— А где ты достал эту игрушку? — вдруг понесло не туда моего каббалиста.

— Где достал, уже не дают, — отрезал я. — Но, раз уж ты связан клятвой верности моему Роду, отвечу. Некоторое время Абсолют находился в руках адептов Серебряного Круга.

У Каримова отвисла челюсть.

— Ты с ними схлестнулся?

— Было дело, — уклончиво ответил я. — Те ещё психи.

— Что ты вообще о нём знаешь? — спросил Каримов.

— Немного, — честно признался я. — Медальон реагирует на психотип оператора в радиусе двух метров. Превращается в скарабея. При этом он должен быть настроен на ментальном уровне особым образом. Там целая схема.

— А ты не боишься лишиться своей уникальной способности? — поинтересовалась Маро. — Перестанешь ходить сквозь стены. Больше не сможешь становиться бесплотным. Но бессмертие… оно того стоит.

— Всё гораздо круче, — возразил я. — Скарабей наделяет человека бонусным Даром. У меня будет и вечная жизнь, и всё, что я уже освоил. Лука сохранит навыки каббалиста.

— Постой, — вскинулась Маро. — А я смогу стать ещё кем-то… кроме беса?

Перехватив мой взгляд, девушка смутилась:

— Извини. Ты не должен раздавать такое… всем подряд. Я ведь тебе никто.

— Ты ошибаешься, — мягко ответил я. — И насчёт «никто» — тоже.

— Эй! — возмутился Лука. — Вы что, флиртуете? Нашли время.

Маро сделала глоток чая.

Её взгляд всё время был прикован ко мне.

— В общем, — резюмировал я. — Человек реально может иметь два Дара. При этом второй оформить по своему желанию, через настройки скарабея. Но я не умею настраивать Абсолют. У меня нет никаких схем.

— Проблема, — согласился Добрый Эх. — Точнее, сложная задача. Хорошая новость в том, что я уже работал с артефактами на ментальном управлении. И даже настраивал их. У меня есть опыт, но потребуется время. И оборудование.

— А оборудование зачем? — не дорубил я.

— Чтобы заглянуть внутрь и ничего не сломать, — пояснил каббалист. — Могу ли я оставить это устройство себе?

Тонкий момент.

Но этому человеку я доверял.

— Можешь. Только я хочу предупредить: это один из самых разыскиваемых артефактов планеты. Никто не должен знать, что он здесь.

— Это я понимаю, — заверил Лука.

— Сколько тебе потребуется времени?

— Пока не берусь делать прогнозы, — вздохнул каббалист. — От нескольких недель до месяцев. После полной диагностики будет ясно. Мне ведь нужно не просто его изучить, но и тебе объяснить, как Абсолют работает.

— Тогда удачи, — я допил чай и встал с кресла. — Держи меня в курсе.

Глава 12

Плановый сеанс связи с Администратором состоялся в начале ноября.

На Фазис обрушился шторм.

Ураганный ветер вырывал с корнем деревья, сносил крыши автобусных остановок и всячески мешал жить. Тучеразгонители на пределе мощности противостояли разбушевавшейся стихии. Что интересно, все эти явления происходили внизу, на побережье. У нас, в кольце гор, было просто холодно. Красную Поляну накрыло дождём, уровень воды в озере повысился. И, как обычно, ливнёвка не справлялась со своими задачами. Крутые улочки, проложенные под уклон, превратились в мутные бурлящие потоки.

Обычно в такую погоду я вынужден отменять пробежки.

Джан даже не шевельнулась, когда я выбрался из постели и неслышно покинул комнату. У меня был чёткий план на случай погодных аномалий. Вместо пробежки — медитация, заплыв в крытом бассейне на первом этаже. Сразу после этого — тренажёры, разминка, упражнения с шестом, короткими и длинными клинками, кусаригамой. Небольшой перерыв, созерцание дождя за окном. И — метание. Ножи, топоры, сюрикены. Спуск в подвал с оборудованным тиром, открывающимся исключительно для одного человека — меня. Стрельба по мишеням из «глока», нагана и штурмовой винтовки. Обычные патроны. Расточительство? В реальности, где патроны нельзя купить, а только призвать из мира идей — да. Но это неизбежные потери, с которыми я вынужден мириться. Уж лучше тратить бесценные патроны в тире, чем разучиться стрелять и сдохнуть из-за этого в очередном замесе.

Из тира я вышел часам к девяти. Ну, без четверти девять. Как раз успевал принять душ и сытно позавтракать. Уже под горячими струями вспомнил, что сегодня нужно пообщаться с Администратором. Потому что понедельник. Начало, так сказать, рабочей недели.

Коммуникатор я включил, запершись у себя в кабинете.

Здравствуй, человек. У меня появилось задание.

Я вздрогнул.

Мы уже долгие месяцы не охотились за наследием Предтеч. Я успел отвыкнуть от этих странных чудес и инопланетных опасностей.