Пару секунд было слышно, как свистит ветер, как над головами клекочет сокол, нарезая круги под сизыми тучами. А затем воины повалились на колени. Джарджат вытер саблю, убрал её в ножны. Поднял правую руку, и Нож, спикировав, опустился ему на предплечье.
Тигр развернул послание Тайганы.
«Я верну тебе Руэри, – писала Благословенная, – когда ты привезёшь мне голову Себастиана».
***
К удивлению Элиссара, Астра спокойно восприняла сведение об отъезде Себастиана. Кивнула, а потом посмотрела на Лиса радостным взглядом:
– Письма Лари – это просто чудо. Эдакие северные сказки, понимаешь? Я даже зачиталась! А сколько в них мифологии! Ветры, которые и люди, и дуют, Джерго, способный гневом поднять пургу – прелесть. Надо будет отправить госпоже Иларии письмо и спросить, согласится ли она напечатать книгу. Это вам не пафосная и глупая книга про Арчисвальда и его дурацкую любовь!
– Почему дурацкую? – растерялся Лис.
Он плохо помнил про любовь в известном романе. Помнил, что она там была, и, в целом, была прекрасной, но княжича больше интересовали бои с людоедами, троллями, драконами и другими, не менее симпатичными, существами. И ещё вот это: «Да, я погибну. Смерть мне суждена, но город я не сдам…». Эти слова особенно врезались в память. Ну и как Арчисвальд расправился с тысячей рыцарей на Вишнёвом мосту… А любовь… Да, рыцарь, конечно, всё подвиги совершал во имя возлюбленной, но Лис плохо помнил, кем она была. Помнил, что – красавицей, и, в принципе, его это устраивало.
– Как можно любить человека, которого ты мимолётно видел в окне?
– А почему нет? – Элиссар прожал плечами. – Там же написано, что дама была прекраснее солнца.
Астра раздражённо закатила глаза.
– Ну а если она, например, брюзга? Или тупа? Если, например, она за столом чавкает и обсасывает куриные косточки?
Лис рассмеялся.
– Странные фантазии у вас, Астра. Она же явно леди…
– А я считаю, Арчисвальду очень повезло, что он погиб. Вот представляете, Элиссар, вернулся бы он, женился. Счастье, любовь, а потом она бы ныла ему постоянно: «Ах, вот у Женниры есть бриллиантовое колье, а у меня – нет! Ах, почитайте мне что-нибудь печальное! В каком смысле хотите потанцевать? Фи, как пошло!».
– Я никогда о таком не задумывался…
– Себастиан тоже не задумывается о таких вещах, – вздохнула Астра. – Я ненавижу это всё: придворных, прислугу, корсеты, все эти бесконечные реверансы. Я легко постигаю теоремы геометрических фигур, но не могу запомнить, кто кем приходится кому из лордов, например, Шёлкового щита. Кого куда сажать, и кто из придворных подаёт руку королю, когда тот выходит из кареты, а кто закрывает дверь в его спальню… Это ужасно! Мне бесконечно жаль тратить на это своё время.
Они гуляли по внутреннему саду, среди елей, сосен и туй, и в зимнем жемчужном свете серые глаза девушки казались почти серебряными. Лис невольно залюбовался этим вдохновлённым лицом.
– И вам не скучна геометрия?
– Как она может быть скучна? – светлые брови вскинулись в изумлении. – Там всё так чётко и логично. Нет, вы только послушайте: «квадрат, построенный на гипотенузе треугольника, равновелик сумме квадратов, построенных на его катетах». И ничего лишнего! И неважно, какой это треугольник, какого он происхождения, кто его отец, кто мать… Геометрия совершенна. А как прекрасны доказательства этого утверждения! Вот послушайте…
Элиссар слушал, но больше смотрел. «Она – совершенно удивительная девушка, – думал он, – и голос такой красивый, словно множество сверчков в степи… Себастиан сделал верный выбор». Порывом ветра со светлый волос сорвало накидку. Юноша бросился, успел перехватить кусочек полупрозрачной ткани до того, как тот испачкался о землю, раскисшую от дождей. Протянул ей. Астра взяла, и их пальцы коснулись друг друга. Лис вздрогнул, отвёл глаза. И, злясь на себя за неуместные реакции, резко выдохнул:
– Положим, геометрия прекрасна. Но все эти треугольники не помогут спасти город от врагов. И не помогут навести в нём порядок.
– Дайте мне точку опоры и рычаг, и я переверну землю, – прошептала Астра, поправляя на голове накидку. – Вам нужен рычаг.
– Рычаг?
Лис с недоумением посмотрел на собеседницу.
– Да, конечно. Люди, или человек, на кого можно опереться.
– «Не опираться на сильных – они предадут и попытаются выхватить твою власть. Обопрись на тех, кто зависит от тебя, и от кого при этом зависят другие», – процитировал герцог.
– Наместники! Честно признаться, мне никогда не нравилась идея Себастиана вернуть герцогам власть над их щитами. Я не романтик. И, кстати, единственный щит, верный короне, и который до сих пор остался – Серебряный. То есть тот, в котором остался наместник.
– Потому что это те люди, которые целиком зависят от короля, и те, от кого зависят другие, – прошептал Элиссар.
– Да, но не только. Эти ещё люди, которых назначили на должность за заслуги. Право рождения – странная вещь. Кто поручится, что твой сын будет достоин своего титула, и унаследует от тебя ум, титул, ну и вообще…
Лис покосился на неё.
– Королём тоже становятся по праву рождения.
– Думаешь, это хорошо? – Астра смотрела прямо и твёрдо ему в глаза. – Себастиан – очень хороший и добрый мальчишка. Но по-хорошему, ему ещё учиться и учиться.
Он её резко прервал:
– Астра, подобные слова – измена. Будем считать, что я их не слышал.
Девушка пожала плечами и отвернулась. «Обиделась», – понял герцог.
– А насчёт наместников, – начал примиряюще, – думаю, ты права. Вот только сейчас их уже не найти. Я хорошо знаю драконов, я отлично знаю собственных ребят, с которыми ходил поход, но вот тут… Понятия не имею, кто и за что отвечает в Шуге. И на кого можно положиться, а на кого нет.
– Тогда поехали. Познакомлю тебя с одним человеком. Мне он показался толковым.
Толковым человеком оказался Трэнэр, наместник короля в Серебряном щите. Его сестра – темноволосая Леси – проводила герцога с его спутницей в голубой кабинет.
– Я распоряжусь подать вам чаю, – улыбнулась приветливо. – Будете ли вы вафли?
– Я считаю, есть вафли в наше время, когда у людей нет хлеба, это преступление! – резко отозвалась Астра.
Леси меланхолично улыбнулась:
– Всегда у кого-то нет хлеба.
– Нам просто чаю, пожалуйста, – Элиссар внимательно посмотрел на хозяйку особняка.
Ей лет… сорок? Больше? По дороге Астра пояснила, что Леси, по-видимому, тайная любовница Ульвара, и герцог был готов увидеть роскошную красавицу, но Леси оказалась как-то слишком… обычной. Простые черты, прямой нос, чуть поплывший контур лица, морщинки и… Наверное, Астра что-то не так поняла.
– За братом я послала. Думаю, через четверть часа он будет здесь.
– У вас очень уютный дом, – вежливо заметил Элиссар.
– Мы его продаём. Возможно, вы захотите купить? – Леси чуть оживилась.
– Но зачем?
– Сейчас все бегут из Шуга, ваша светлость. Все, кто может. Говорят, что нас ждёт голод и прочие ужасы.
Элиссар нахмурился.
– Ваш брат тоже хочет бежать?
– Брат нет. Трэнэр остаётся. А я уезжаю. Мне жаль оставлять королевскую усыпальницу, но жизнь дороже, а скорбеть по покойникам можно везде.
Герцога поразило прямодушие женщины. Астра что-то снова хотела сказать. Но юноша сжал её руку.
– Это правда, что вы были фавориткой короля Ульвара?
– Да, – Леси пожала округлыми плечами. – Великий был король.
– Тиран, лжец и манипулятор, – не выдержала Астрелия.
– Должность у королей такая… А, вот, похоже брат приехал.
Бывшая фаворитка вышла. Элиссар перевёл дыхание, оглянулся на девушку:
– Астра, если нам нужна помощь Трэнэра, а она нам нужна, не стоит ссориться с его сестрой.
– Ваша светлость? – дверь открылась и вошёл темноволосый мужчина средних лет.
Оба учтиво поклонились друг другу.
– Мне нужна ваша помощь, – честно сказал Лис. – Король сегодня уехал в Медвежий щит.
– Тогда мы погибли, – Трэнэр побледнел.
