— Прости, — прошептала она ему на ухо. — Не знаю, что нас там ждёт. Но здесь нам точно конец.
Ольфария сжала портальный камень в ладони и сосредоточилась. Кристалл начал нагреваться, затем засветился знакомым зловещим светом.
— Нет! — завопил император, бросаясь к ним.
Но было поздно. Портал раскрылся прямо под ними, пространство исказилось, и реальность начала рваться по швам.
Последнее, что увидела Ольфария, — искажённое яростью лицо Гордея, тянущегося к ним рукой. Затем её поглотила вихрь света и энергии.
Ощущения были ужасными — словно её разрывали на атомы и собирали заново, пропуская через мясорубку времени и пространства. Желудок подкатывал к горлу, в ушах свистел ветер между мирами, а кожу жгло статическим электричеством.
Сквозь хаос междумирового перехода Ольфария слышала голос императора, становящийся всё более далёким:
— ОЛЬФАРИЯ…
Но его крики тонули в реве портальной энергии. Гиперион висел у неё на руках безжизненной тяжестью, его кровь капала в бесконечность между мирами.
Ольфария не знала, куда их несёт. Не знала, что их ждёт в том мире, куда отправили Крида. Не знала даже, попадут ли они туда или окажутся в совершенно другом месте.
Но она знала одно — что бы ни случилось дальше, она не оставит Гипериона умирать на полу дворца. Он утешал её в самый тяжёлый момент, и теперь её очередь быть рядом с ним.
Портал начал сужаться, энергия ослабевать. Где-то впереди замаячил свет — выход в другой мир. Ольфария крепче прижала к себе раненого полководца и приготовилась к новой жизни.
Или к смерти. В этот момент для неё не было большой разницы.
Главное — они уходили от тирана, который думал, что может распоряжаться чужими жизнями. И возможно, где-то в бесконечности миров их ждёт Крид, удивляясь тому, что его ученица последовала за ним.
Портал схлопнулся, оставив в тронном зале лишь слабое мерцание в воздухе. Император стоял посреди разрушенного дворца, держась за рану в груди и проклиная всех богов подряд.
Его идеальный план рухнул. Но Гордей не собирался сдаваться. Он найдёт способ вернуть беглецов. И тогда они пожалеют о том, что ослушались императора.
А пока что ему предстояло объяснить придворным, как вышло, что от торжественного бала остались одни трупы.
**ЭПИЛОГ**
Императорский дворец погрузился в зловещую тишину. Гордей сидел на своём троне посреди опустошённого зала, где ещё несколько часов назад звучала музыка и лился смех. Теперь повсюду валялись тела — ассасинов, придворных, слуг. Кровь засыхала на мраморном полу, превращаясь в тёмные пятна.
Император держался за рану в груди, где ледяное копьё Ольфарии пробило его доспех. Боль была острой, но не смертельной — она задела лишь мышцы, не затронув жизненно важные органы. Гордей выжил, но цена победы оказалась слишком высокой.
Крид исчез в неизвестном мире. Ольфария и Гиперион последовали за ним. Все свидетели его плана мертвы. Казалось бы, абсолютная власть наконец в его руках, но зал, полный трупов, напоминал о том, что править теперь будет некем.
— Двадцать лет подготовки, — пробормотал он себе под нос, оглядывая результаты своих действий. — И вот к чему это привело.
За окнами дворца уже забрезжил рассвет. Скоро придут слуги, обнаружат бойню, начнут задавать вопросы. Нужно было придумать объяснение, найти козлов отпущения, восстановить видимость порядка.
Но сейчас Гордей просто сидел среди мёртвых и пытался понять, стоило ли оно того. Вся его жизнь была посвящена этому моменту — избавлению от тех, кто стоял между ним и истинной властью. Теперь он один, абсолютный правитель разрушенной империи.
Внезапно воздух в дальнем конце зала начал дрожать. Температура упала на несколько градусов, а запах серы заполнил пространство. Гордей выпрямился на троне, инстинктивно нащупывая рукоять кинжала.
Появилась точка света — не белого или золотого, а тошнотворно-зелёного, шартрезового оттенка. Точка расширялась, превращаясь в портал, но не такой, какие открывал Гнилоуст. Этот был другим — древним, наполненным первобытным злом.
Из портала повеяло жаром адских печей и стенаниями проклятых душ. Гордей почувствовал, как волосы на руках встают дыбом от ужаса, который излучал этот проход.
— Что ещё за чёрт? — прошептал император.
Как будто в ответ на его слова, из зелёного сияния вышла фигура. Она была высокой — почти три метра ростом — и угольно-чёрной, словно вырезанная из самой тьмы. Но самым пугающим были глаза — два изумрудных огня, горящих в пустых глазницах.
Существо сделало шаг в зал, и тут же произошло нечто невероятное. Его кожа вспыхнула вязью ядовито-зелёного света — тысячи рун, символов и знаков проступили по всему телу, словно живые татуировки. Они двигались, переплетались, меняли форму, создавая постоянно трансформирующийся узор.
Гордей смотрел завороженно на этот танец символов. В них был какой-то код, язык, который он не понимал, но который пробуждал в нём первобытный ужас. Это были руны власти, доминирования, порабощения.
— Император Гордей, — произнесло существо голосом, похожим на скрежет металла по камню. — Наконец-то мы встретились.
— Кто ты? — Гордей попытался говорить уверенно, но голос дрожал.
— Меня зовут Дарк Нэт, — ответила тёмная фигура, приближаясь к трону. — Я представитель Инферно — измерения, которое ваши простые умы называют адом.
Каждый шаг Дарк Нэта оставлял на мраморном полу тлеющие следы. Руны на его коже пульсировали в такт его движениям, создавая гипнотический эффект.
— Инферно? — переспросил Гордей. — Что тебе нужно в моём мире?
— О, это больше не ваш мир, император, — усмехнулся демон. — По крайней мере, не только ваш. Видите ли, покойный Гнилоуст был нашим агентом. Его задачей было ослабить магические барьеры между измерениями.
Дарк Нэт остановился у подножия трона. Вблизи он был ещё более устрашающим — в зелёных глазах плясали языки пламени, а руны на коже складывались в неприятные символы.
— Барьеры? — Гордей начинал понимать масштаб происходящего.
— Каждый мир защищён естественными магическими барьерами от вторжения извне, — объяснил демон. — Но когда в одном месте концентрируется слишком много смертей, особенно магических существ, эти барьеры ослабевают.
Он обвёл рукой зал, полный трупов.
— Пятьдесят ассасинов, десятки придворных магов, некромант уровня Гнилоуста… Такое количество магической крови, пролитой в одном месте, открыло брешь между мирами.
Гордей почувствовал холодок ужаса. Его план обернулся катастрофой не только для империи, но и для всего мира.
— Что вы хотите? — спросил он.
— Сотрудничества, — ответил Дарк Нэт с улыбкой, обнажившей ряд острых, как бритвы, зубов. — Инферно интересуется вашим измерением. Столько душ, столько энергии, столько возможностей для… экспериментов.
Руны на коже демона заплясали быстрее, формируя новые узоры. Теперь в них читались символы подчинения и контроля.
— Но нам нужен местный правитель, — продолжил он. — Кто-то, кто знает этот мир изнутри. Кто-то достаточно амбициозный, чтобы пойти на сделку с силами тьмы.
Из воздуха материализовался свиток — не обычный пергамент, а что-то живое, пульсирующее. На нём пламенными буквами были написаны слова на неизвестном языке.
— Контракт, — пояснил Дарк Нэт. — Мы предлагаем вам истинную власть. Не только над этой жалкой империей, но над всем континентом. Мы поможем вам завоевать соседние королевства, подчинить всех врагов, стать богом среди смертных.
— А взамен?
— Ваша душа после смерти, — демон пожал плечами, словно речь шла о незначительной мелочи. — И небольшие… уступки при жизни. Разрешение построить несколько храмов Инферно. Право проводить определённые ритуалы. Доступ к магически одарённым подданным для экспериментов.
Гордей смотрел на пульсирующий свиток. Всю жизнь он мечтал о абсолютной власти. Боролся за неё, планировал, жертвовал всем. И вот она — истинная сила, власть над целым континентом.
