– Себастиан, возвращайся скорей, – прошептал Лис, когда закрыл за собой дверь.
И вспомнил: Руэри сказала, что король умер. Герцогу поплохело ещё сильнее. Если допустить, что во сне принцесса была настоящей, то она могла и солгать. Но сон – это ведь то, чего мы желаем или боимся. Так всегда говорила мама. А, если так, это Лис боится, что побратим умер, или вымышленная Ру озвучила тайные надежды подлого влюблённого сердца? А чем тогда Элиссар лучше, чем Руэри?
Кстати, а обещание, данное во сне, считается ли обещанием?
Герцог задумался. Если Руэри – плод его воображения, то есть ли необходимость выполнять слово, данное плоду собственной фантазии? А, с другой стороны, клятва, данная самому себе, всё равно – клятва, разве не так?
Себастиан наверняка уже получил ворону. И, скорее всего, ответ в Шуг прибудет раньше захода солнца. Но до этого времени Лису с Астрой нужно разгадать загадку, загаданную Тигром. Что он имел ввиду, когда отдал книгу старинных легенд?
Но Астра спит, и будить её Элиссар не хотел.
Он засунул трость под мышку и, придерживаясь за поручни, запрыгал по ступенькам в сад.
– Ваша светлость?
Крутобёдрая Трин встретила герцога на тропинке, поворачивающей во внутренний двор.
– Вели мне оседлать коня и привести его сюда.
Лис вытер пот. Да, тяжко будет руководить обороной без ноги. Вернее с ногой, которая ему не послушна. Элиссару понадобилось полчаса, чтобы просто завернуть за угол особняка, а конюху, чтобы оседлать Арчисвальда и подвести к господину, хватило десяти и минут. И ещё пятнадцать – чтобы помочь герцогу с грехом пополам усесться на коня.
Выехав на набережную, Серебряный хранитель задумался.
Беспокоить Леси, чтобы задать малознакомой женщине идиотский вопрос, ему не хотелось. Он не любил выглядеть глупо. Ну а тогда… может начать с Нэйоса? Слава хитреца опережала Первого советника короля Ульвара. И потом, его дворец был совсем рядом.
Старик сидел в кресле, кутаясь в пушистые пледы и дрожа у жарко растопленного камина. Нэйос приветливо улыбнулся прыгающему гостю.
– Рад видеть внука моего старинного приятеля. Как быстро летит время! Ещё вчера, казалось, мы с Лараном спорили на Совете, а сегодня ты никому не нужен и можешь лишь наблюдать, как королевство спасают малыши.
– Приветствую вас…
Лис запнулся. Он не знал, как следует обращаться к бывшему герцогу. Вообще, герцоги бывают бывшими, или это пожизненный титул?
– Сошлись кот и лис и стали судить да рядить как бы им с волком справиться, – округло рассмеялся Нэос. – Друг мой, к чему нам с тобой чиниться? Когда одной ногой стоишь в могиле, то всё это: титулы, этикет, условности – кажется таким ничтожным… О чём вы хотели со мной поговорить?
– Это может показаться глупым, – начал Элиссар и вдруг понял, что поступил безумно, явившись к старому человеку с такой ерундой.
Нэйос кивнул, сложил пухлые ручки на округлом животике, прикрыл глаза.
– Может, – согласился мягко. – Но иногда в глупостях смысла бывает больше, чем в том, что нам кажется мудрым.
И Лис решился:
– Мне приснился сон. Мне привиделась принцесса Руэри, и во сне я дал слово исполнить её желание. Я понимаю, как это звучит…
– … но слово, данное даже во сне, всё одно остаётся данным словом.
– Да. Она говорила, про какое-то послание герцога Эйда королю Ульвару, которое…
– … хранится у Леси?
Лис вздрогнул.
– Да.
– Я пошлю за госпожой Леси, мой дорогой друг. Я вижу, лишние движения для вас сейчас очень нежелательны. Она сама приедет в ваш особняк. И… вы виделись с моим внуком, Ойвиндом? В последнее время он не заходит ко мне…
– Лорд Ойвинд уехал в Гленн, чтобы встретиться с королём Себастианом и помочь ему выбить помощь Элэйсдэйру против тигров. А теперь и против Южного ветра. Вернее, наверное, уже против двух ветров. Риан напал на Серебряный щит, а Тигр предлагает мир. Всё очень сложно.
Ему нужно было всё это сказать. Мать считала Шёлкового герцога одним из умнейших людей королевства, и рчдом с ним Элиссар ощутил себя действительно малышом, остро нуждающемся в мудром совете.
Нэйос открыл глаза и с любопытством взглянул на гостя.
– Тигр предлагает союз?
– Я жду ответ от государя.
– Шёлковые нити так тонки, что кажется их очень легко порвать, но они весьма прочны.
– Я не понимаю вас…
– Знаете, что самое тяжёлое в старости? – вдруг спросил Нэйос, снова прикрывая глаза.
Лис не стал гадать:
– Что?
– Ты перестаёшь быть нужен. Даже собственным внукам. Увы. Ойвинд, сын Верерса, пару раз заходил ко мне, но в один я спал, а в другой… тоже спал. И я так и не понял, как мой внук избежал гибели в Персике, сразу после начала войны?
– Он пробрался через сточную канаву своего дворца и бежал, – послушно пояснил Элиссар. – Благо, в пути лорд встретил принца Ярдарда и тот дал ему свежего коня…
– А! Вот оно как. Ну надо же, какая удача. А, кстати, как себя чувствует принц Ярдард?
Элиссар нахмурился. «Он не знает, или стал забывчив?». Но вежливо пояснил:
– Его высочество умер.
– Отчего?
– Никто не знает. Говорят, что принца отравили, но…
– Когда?
– Недели три… Подождите, я вспомню..
– Нет, – Нэйос вдруг бросил на гостя острый взгляд, – на неправильный вопрос мы получаем неверный ответ, не так ли? После чего принц умер?
– На следующий день после…
Элиссар вдруг замолчал.
– Вы же не хотите сказать…
– Я? Нет-нет. Я – всего лишь старик. Любопытный, глупый и забывчивый старик. Увы, возраст берёт своё. Но, вот что я действительно хочу сказать, так это то, что моему внуку очень повезло, что король Ульвар умер. Да и герцог Эйд… Оба бы заподозрили моего лорда, и, боюсь, сын Верерса оказался бы в темнице. А пытки, знаете ли, очень неприятны. Хорошо, что юный король великодушен и… доверчив. И, кстати, если принц был бы отравлен, то с этим бы поручили разобраться дворцовому лекарю...
Элиссар побелел. Поднялся из кресла.
– Вы позволите, я…
– Да-да, идите, мой друг. Благодарю, что составили компанию и немного развеяли мою скуку. А Леси… Леси – хорошая женщина. Я вам её пришлю… Всегда рад буду видеть вас, повспоминать о днях былых… Жаль Ларан не может увидеть, какой красавец у него внук. Глаза-то у вас, я так понимаю, в отца, а вот волосы – волосы это в деда, помяните моё слово. Ни у кого в целом королевстве не было таких красивых волос, как у Морского хранителя.
Глава 35. Заговоры муравьишек
Ворона от Себастиана прилетела уже вечером. Солнце стояло ещё довольно-таки высоко, но северный ветер ерошил прохожим волосы и проникал под плащи, выстуживая тепло. Прохожие жались к стенам и торопились домой, к очагу. Однако, несмотря на холод, в Шуге царило радостное оживление: прибыли первые корабли с зерном из Южного щита. Это был акт доброй воли Джарджата, и шугчане воспрянули духом. На сытый желудок и оборонять вал казалось легче.
А вот настроение Лиса упало.
Взъерошенная, злая, порядком отощавшая птица рвала мясо крепким клювом – тяжёлая дорога порядком измучила её. Пока ворона наполняла пустой желудок, Элиссар всё перечитывал и не мог понять: «Никакого союза с Тигром! Медведи и Гленн с нами. С.».
Медведи действительно выдвинулись. Правда, их войска до сих пор не покинули Медвежий щит. Или только-только миновали его, ведь вороны летят не так быстро, как хотелось бы. Из Гленна иных известий не было, а вот Ильз… Южный ветер находился в дне пути от столицы. И, если Лис сейчас объявит Джарджату ответ короля, то союза не будет, и Шуг окажется зажат в клещи между Ветром и Тигром.
Дьярви угрюмо пожал плечами, отвёл взгляд.
– Продержимся. Мы усилили вал башенками…
Да. Башенки, конечно, их спасут...
Приказ короля был категоричен и не подразумевал иных толкований.
Трэнэр молчал. Он сидел за столом и мягко барабанил по столешнице пальцами. Астра была тут же. Её присутствие удивило обоих участников малого совета, и коронеля и наместника, но никто не стал возражать. Девушка злилась. Это было видно по тому, как она складывает и раскладывает ещё одно письмо из полученных Лисом сегодня.
