— В холодильнике пельмени есть, — по мнению Максима, спорить уже бесполезно. Лучше поддержать. Тем более, Лена права на все сто, давно ведь никуда не выбирались. Так и заплесневеть можно.
— А Олимпиада?
— Ну ее к черту. Все равно сегодня никого травить в Сене не будут.
Последние дни календарного лета. Марковы совершенно не пожалели о решении выбраться в центр. В парке у Кремля уличный концерт. Непризнанные гении может и проигрывали профессионалам в техническом оснащении и умении двигаться по сцене, но брали свое энергией, экспрессией, душу вкладывали.
Лена встретила знакомых и осталась с ними, клятвенно пообещав звонить если что. То, что девочке недавно исполнилось тринадцать, совершенно не пугало. В этом городе и этой стране ничего плохого с подростком случиться просто не может. Общественный транспорт ходит допоздна. Тем более, Лена не одна, а с друзьями и подругами.
Максим и Марина отправились на набережную. Не они одни решили ухватить последние дни лета. На эспланаде и у воды полно народу. Много молодых мам с колясками, кругом дети. На площадке перед Горбатым мостом старый дед в электрическом кресле-каталке любуется закатом.
Кстати, полиции не видно. Максим поделился открытием с супругой.
— Ну да, у концертной площадки был городовой. А больше нет и не надо.
— Центр, массовое мероприятие, много народу, и нет патрулей? — недоверчиво отозвался Максим. — А если какие беспорядки или хулиганы?
— Ты что? Перегрелся? — супруга участливо приложила руку ко лбу мужа.
— Не придумывай. Ты тоже не видишь патрульных?
— Нет, Максим, — медленно и ласково. — Что с тобой? Ты забыл, что мы в России? Ну какие хулиганы? Какие беспорядки? Ты на людей то посмотри.
— Мы с тобой давно никуда не выбирались.
— Оно и видно! — насмешливо ответила жена.
Понимание пришло само собой. Максим раньше не обращал на это внимания. Как-то все воспринималось, как должное. Ну есть, значит, так и положено. А ведь достаточно смотреть на мир открытыми глазами и иногда читать Кодексы, Положения и Законы Империи.
Со стороны невозможно угадать, у кого из встречных господ под курткой скрывается боевой короткоствол, у кого из гуляющих дам, у мамочек с колясками в сумочке заряженный револьвер. Новгород в центральной России, тихая патриархальная губерния. Но и здесь по полицейским сводкам у каждого четвертого есть оружие. На окраинах, в областях с многочисленным туземным населением люди не так расслаблены и благодушны. В казачьих землях тем более, там ношение оружия сословная традиция.
Потому все очень вежливы и доброжелательны. Потому одного городового на народном гулянии достаточно. Потому тяжелые преступления давно явление редкое. В случае, если вдруг произойдет что чрезвычайное, открывается большая охота. От желающих поучаствовать отбоя нет.
Можно вспомнить недавний эксцесс в Бухаре. Граждане сами разобрались. Бухара раскручена журналистами. На днях подобные попытки погромов произошли еще в трех городах. Результат аналогичен. Вооруженное и самостоятельное гражданское общество жестко давило погромщиков и любителей прихватить чужое под прикрытием красивых лозунгов. Полиция только следила, чтоб люди не увлекались и не выходили за берега.
Если подумать, полиция ведь сама часть общества. Суды присяжных на стороне добропорядочных граждан. Да и законы в части прав на самооборону в России весьма и весьма либеральны. Так и получается, сила и закон на стороне добра.
— Кстати, — взгляд на окружающую действительность навел на определенную идею. — Лене через год четырнадцать. Расцветает барышня.
— Ты только заметил?
— Напомни, со скольких лет разрешено ношение малокалиберного пистолета?
— Думаешь Лене купить? Да, с четырнадцати, до того только детская винтовка.
— Конечно надо, — как и любой отец мыслил Максим в определенном направлении. — Растет девчонка. Город хороший, чистый, но конец у нас не самый благополучный. Друзья друзьями, но так будет спокойнее.
— Если хочешь, купим, конечно. И если она сама захочет. Подросткам в школе оружие нельзя, только учителям. В сумочке место занимает. В кобуре с платьем не идет.
— Я не настаиваю. Но все бывает. Читала, в прошлом месяце в Старой Руссе вечером студентку изнасиловали?
— Один случай в год, — отмахнулась Марина. — Дорогой, мы в России живем. У нас за изнасилование вешают. Даже в Штатах в белых чистых районах и в Швейцарии насилие чаще бывает.
— Так в Штатах в нормальных штатах огнестрел в порядке вещей.
— А сам то что себе не купил?
— Думал. Но не привык со стволом ходить. Нож тоже давно не ношу.
— С Катаклизма, — Марина как всегда была права.
Домой с прогулки они возвращались на метро. Витя дома, кипятит воду под пельмени. Лена с компанией отправилась на Валы. Обещала оттуда домой. В метро как-то само собой разговор вернулся к Олимпиаде. Максим вдруг вспомнил, что оказывается этой зимой в России пройдет белая Олимпиада. Причем на Урале.
— Хотелось бы съездить, — закатила глаза Марина.
— На ноги встанем, съездим. Здесь это не проблема.
— Но и следующая Олимпиада не в России.
— Интересный вопрос.
Максим был прав. Писали об этом мало, говорили еще меньше, но у Российского Олимпийского комитета очень большие разногласия с местным Международным комитетом. Причем разногласия принципиальные, касающиеся вопросов государственного суверенитета и прав человека. По последнему пункту позиция России непоколебима.
Никакие международные организации не имеют власти над российским подданным. Любые их требования не могут противоречить российским законам. Никакая дискриминация участников, навязывание ограничений по тренировкам и подготовке недопустимы. А если это так, то идут они все дальним лесом, Антидопинговое агентство в том числе.
Вот так получилось, что мир в ближайшее время ожидают целых две зимние Олимпиады. Все были бы рады провести только одну, но Россия от своего права отказываться не собирается, а Олимпийский комитет оказался не готов к новым правилам и подходам. Потому, сам очень быстро самоустранился от организации мероприятия, хотя их приглашали, просили помочь со своим опытом.
Глава 2
29 августа 2024.
В этом мире, когда все хорошо обычно министров вызывают к императору, а не наоборот. Так принято. Увы, царь Владимир выше правильности и обыденности. Князь Николай набрасывал пункты и этапы задачи для своих людей как из приемной позвонили. В следующую секунду дверь распахнулась и на пороге возник император собственной персоной.
— Не помешал? Добрый день!
— Здравствуй, — князь поднялся навстречу визитеру. — Что случилось?
— Решил проверить, как ты устроился и еще раз увидеть твое удивленное лицо. Коля, ты бы на себя в зеркале посмотрел.
— Спасибо, не пользуюсь. Не завел. У меня в штате дам нет.
Император подошел к окну, постоял, скрестив руки на груди и глядя на улицу, затем вернулся к столу.
— Кабинет хороший. Все на месте, русский деловой стиль. Секретарь тебя набрал предупредить? Я ему сказал, чтоб не звонил, — с этим император неожиданно продолжил. — Оставь его. Он все правильно сделал.
— Дядя, не верю, что ты пришел чтоб проверить достоинства моего секретаря, — князь сел за стол. Нарушение субординации? Это допустимо. Тем более между родствениками.
— И это тоже, — император опустился в кресло. — У тебя намечается официальный тур по Скандинавии. Включи себе в график.
— Куда и когда?
— Швеция и Норвегия. Все очень официально, как мой доверенный министр и член дома Романовых.
— Дипломатия с Бернадотами и Глюксбургами? Если не ошибаюсь, первые правят номинально.
— Это не важно. В Швеции торгуешь лицом, обнимаешься и пьешь кофе на камеру. В Норвегии на тебе завершение переговоров и подписание договоров.
— С королем? — уточнил князь.
— Да. Если ты не слышал, старик Харальд устроил негласный переворот и подмял под себя парламент. Не знаю сколько он продержится, надо спешить. Понимаешь, у старика больное сердце.
