- Ци…
В нашу сторону, верно угадав источник проблем, бросилось полдесятка солдат, на ходу доставая оружие, чтобы тут же пасть от града пуль, выпущенных из материализовавшегося в моих руках пулемёта.
- Аль…
Призывы атаковала вновь, порождая новые очаги огня и хаоса.
- Ность…
Буквально несколько секунд мне понадобилось для того, чтобы превратить будущую угрозу всей Планете в горящее и взрывающееся скопище рушащихся цехов. Осталось только разобраться с реактором. Ну и с ещё парой вопросов.
- Айрис… Я, конечно, всё понимаю, но причину бы услышать не отказался, – поворачиваюсь к девушке и, поражённый, замираю.
Всклокоченные каштановые волосы, потёкшая тушь, сжатые до белизны кулаки. Но что самое для меня пугающее – это глаза. Прекрасные изумруды девушки источали сейчас ничего кроме злобы и ненависти. Такого я точно не ожидал.
- Э-э-э-э, всё в порядке?
Айрис не обратила на вопрос никакого внимания, сверля своим пугающим взглядом некую точку под землёй.
- Эм, как скажешь. Сейчас, пару вещей сделаю.
Срываюсь в сторону Хайвинда. Там внутри уже все стояли на ушах.
- Никаких вопросов, всё идёт так, как и было запланировано. Сейчас я обрублю троса, и вы отлетите на несколько километров севернее. Мы потом доберёмся до вас на Багамуте.
Не слушая сбивчивых вопросов, схожу обратно на землю и начинаю отшвартовывать наш корабль. Сид не подвёл и, как только последний трос был отсоединён, Хайвинд начал подъём. Возвращаюсь к Айрис. Девушка ни на йоту не изменила своего положения.
- Теперь пошли… куда там тебе надо… – она лишь молча зашагала вперёд в ответ на мои слова.
Шаг за шагом мы пробирались глубже внутрь стремительно разрушаемой Призывами фабрики. Навстречу нам бежали редкие рабочие, которым не повезло сегодня стоять в ночную смену. Противопожарные системы и люди пытались бороться с очагами возгорания, но их становилось с каждой атакой Левиафана и Багамута только больше.
Спустя пройденные нами пару цехов мне пришлось отдать команду Призывам переключиться на внешнюю часть завода, так как стало практически невозможно идти дальше из-за дыма. Пожары сразу пошли на спад, но мы не обращали внимания на происходящее. Я по причине постоянного наблюдения за окружающим, а Айрис просто смотрела куда-то в одну только ей ве́домую точку, продолжая шагать к этой цели.
Мы миновали главный зал и направились дальше, по узкому коридору вниз. На пути стали вновь попадаться рабочие. Но не такие, что встречались нам на поверхности. С бешеными, красными от полопавшихся капилляров глазами, в грязных и вонючих робах они провожали нас безумными взглядами, продолжая свою тяжёлую монотонную работу. Мне показалось, что они даже не вполне отдают себе отчёт в происходящем.
Глубже и глубже. Коридоры перемежались цехами, выпускающими детали к непонятным механизмам. В моих ушах начал нарастать тонкий писк, крайне похожий на чей-то полный боли крик. Рабочие, встречаемые нами по пути, становились всё более грязными и пугающими. Будто дикие животные. Гортанно засипев, один из них пошёл в нашу сторону, вытянув руку с обломанными ногтями.
- Говорю только раз – лёг на землю и не шевелись, иначе я прострелю тебе башку, – направляю на него пистолет.
- Он тебе не слышит и не понимает, – вместо безумца мне ответила Айрис, – лучше закончи его мучения прямо сейчас.
Выстрел послужил сигналом для остальных. Рабочие сорвались со своих мест и набросились на нас. Пули беспрепятственно рвали их тела, но они не сбавляли натиска. Пришлось взяться за меч и оттеснить девушку к стене, чтобы её никто не смог задеть.
Разлетались отрубленные конечности, пол заливало кровью из множества тяжелейших ран десятков тел. Воздух был наполнен гортанным звериным рыком из глоток взбесившихся рабочих.
Я же молчал. Молчал и работал мечом как пропеллером, рассекая на части нападавших. Спустя пару минут жестокого боя всё было кончено. Оставалось лишь добить немногочисленных раненых, которые, несмотря на своё положение, всё равно пытались доползти до нас и хотя бы зубами вцепиться в обувь. Но получали лишь сапогом по голове.
- Да что за срань здесь происходит? Опять, кстати, – но мне никто не ответил. – Айрис. Айрис!
Но девушка вновь продолжила идти вперёд, к неизвестной цели, напрочь меня игнорируя. Хотелось рвануть её за плечо и потребовать объяснений здесь и сейчас, но было понятно, что вскоре я и так всё узна́ю.
Писк в ушах всё нарастал, становясь громким криком. Мне даже пришлось остановиться на несколько мгновений, чтобы привыкнуть к подобному. Когда мы дошли до, как я понимаю, цели – закрытых створок дверей в очередной цех, вопль стал практически невыносимым. Мне на голову легла рука, чуть взлохматив волосы. Громкость крика немедленно уменьшилась. Не до конца, но до той меры, что можно было находиться в здравом состоянии сознания. Кажется, теперь я понимаю, что свело здесь рабочих с ума.
В интересующее нас помещение пришлось пробиваться силой, отозвав и вновь призвав Багамута. Толщина прожжённых его атаками створок впечатляла. Но то, что скрывалось за ними, поражало куда как больше.
В огромном зале, пол которого состоял из сходящихся к центру помещения крупных труб, все стены были заставлены капсулами. Весьма знакомыми, должен заметить. Те же самые покеболы, от которых Сефирот в своё время словил кризис идентичности. И они не были пустыми.
Я заглянул в ближайший. Из него на меня смотрело лицо человекоподобного монстра – сморщенное, покрытое коркой, крайне напоминающей кору дерева, только тёмно-сиреневого цвета. И глаза… Широко распахнутые глаза были полны невыразимой боли.
- Твою-то мать, – отшатываюсь от смотрового окошка, – опять сраные эксперименты Шинры. Ну сколько можно? Они что, всю Планету своими лабораториями уже загадили?
На моё плечо легла ладошка. Айрис встала рядом, разглядывая монстра внутри. Затем она положила руку на вместилище жертвы эксперимента.
Меня охватило чувство невесомости. Картинка перед глазами сжалась в точку, а затем вновь расширилась, раскручиваясь по спирали. Когда я снова смог разбирать действительность перед глазами, то понял одно: происходящее явно случилось когда-то давно. Трубы на полу только устанавливали, а покебол был лишь один. Напротив него и стоял тот, или же та, чьими глазами я наблюдал происходящее.
Средних лет учёный, крайне напоминающий мне приконченную пародию на адмеха, что-то пытался беззвучно втолковать такому же ещё не старому Ходжо. Видимо, бессмысленно. Вот они вдвоём повернулись ко мне. После чего второй щёлкнул пальцами, и из-за поля зрения показался солдат в шинровской форме. Он схватил меня за… руку? Плечо? Шею? Было непонятно. После чего повёл мимо учёных к контейнеру. Меня охватывает страх. Нет, настоящий ужас. Я пытаюсь сопротивляться, но силы, по-видимому, неравны.
Крышка капсулы открывается, и меня заталкивают внутрь. После чего контейнер закрывается. По иллюминатору изнутри начинают колотить маленькие ручки. Ручки, на которых медленно прорастает тёмно-синяя кора. Только сейчас я понимаю, что и учёные, и солдат Шинры были куда как выше меня. Возвращаюсь в собственное сознание и меня выворачивает наружу.
- Кха-кха, вот же… блядь… – снова опорожняю содержимое желудка.
- Теперь ты понимаешь, в чём дело? – мне на плечо легла рука Айрис.
- Кха, да, кха… А ты это поняла по…
- Мне это всё, можно сказать, приснилось. Ночью. Но что-то неладное я чувствовала с самого начала.
- Пиздец, – я чуть боднул ногу девушки головой, пытаясь хоть как-то выразить свою поддержку. На большее меня просто не хватало сейчас.
Крик в ушах стал чуть тише. Кое-как поднимаюсь на ноги. В глазах мелькали многочисленные мушки, но уже было значительно лучше. По крайней мере, меня не выворачивало наизнанку.
- Так и что это всё значит? – снова подхожу к капсуле.
- А разве не ясно?
- Хорошо, перефразирую – это сколько же они тут уже находятся?
- Долго. Настолько долго, чтобы давным-давно потерять счёт времени.
